Самую большую симпатию из всех русских императоров у меня всегда вызывал Николай II, но не как самодержец, а как человек. Человек очень тонкий, добрый и интеллигентный до кончиков пальцев, однолюб... И при всем этом настоящий... Как мне всегда казалось. Немудрено, что в один прекрасный день я решила прочитать книгу Эдварда Радзинского о Николае II.
Эдвард Радзинский - знак качества.
Эдвард Радзинский - имя, которое у всех на слуху, и, если вас не раздражает его голос, вы видели его передачи на центральных каналах. Он очень интересный рассказчик и, помимо того, что историк, хороший психолог. Ему важно не просто выстроить логику событий и понять мотивацию личности, о которой говорит и пишет, а ощущения, чувства, те внутренние сдвиги, которые изменяют героя и бросают его из огня да в полымя. К каждому герою видно личное отношение: Сталина он яро ненавидит, например, а к вышеупомянутому Николаю II относится с пиететом. Иными словами, он пишет книги не как историк (хотя опирается на документы, воспоминания современников, старается быть максимально точным в каждом слове), а как писатель. Именно это и подкупает, ведь хроника событий есть и в школьном учебнике истории.
Неделимость личности.
Порой писатели, режиссеры и даже историографы берутся освещать какой-то период жизни исторической личности. Здесь они встречаются с большим искушением: взять самый пикантный момент в биографии, так, знаете ли, пожирнее, и ковать железо, не отходя от кассы. Выходит, порой, так, что человек, показанный автором, не сходится с общим представлением о нем и никак не соотносится с реальной личностью. Представьте себе полнометражный фильм об Артюре Рембо, который освещает только момент его ссоры с Верленом, после которой они расстались навсегда.
Так получилось с фильмом "Матильда". Алексей Учитель извлек сочненький момент из жизни императора, добавил Кшесинской чуть-чуть наивности, Николаю чуть-чуть решительности и мужественности и этот коктейль выдал на суд общественности. Получилось неловко... Во-первых, император действительно очень тепло относился к Матильде и после расставания, но их отношения были скорее ритуалом инициации и попыткой отвлечься от сильной влюбленности в Аликс (Александру Федоровну) и не могли иметь никакого продолжения. Во-вторых, ради сюжетной изюминки режиссер пожертвовал исторической правдой.
Этим не грешит Радзинский, он пытается подать нам личность Николая со всех сторон: вот вам документ, вот вам запись из дневника, вот вам письмо. Мы видит Николая его глазами, глазами близких, глазами окружающих и все это в историческом контексте от первых дней до жуткой смерти.
Николай II - настоящий человек без крыльев за спиной.
Когда рассуждаешь о последнем русском императоре, гораздо приятнее говорить о его "тишайшем" характере, простоте, светлых и наполненных любовью семейных отношениях, но не о политике, мягкотелости и влиянию на него со стороны. В книге Радзинского нет однобокости: отдается дань его добросердечности, его хозяйственности (рост сельского хозяйства, экономики Российской Империи происходит именно при нем), но отмечает и его недальновидность в некоторых вопросах, влияние на его решения супруги и, в целом, податливости.
Гибель царской семьи как синоним гибели империи.
Описание последних месяцев жизни семьи императора занимает значительное место в книге. Параллельно с их почти идиллической жизни набирает обороты Гражданская война. Обзор того, что происходит в стране, показывает нам, как раздвигаются тектонические плиты под ногами бывшего самодержца. Со смертью семьи Николая II наступает и конец царской семьи: все, кто не успел эмигрировать из России и имел кровное отношение к Романовым, были жестоко истреблены. Наступает и закат империи: умирает прежняя Россия, утопая в крови и бросаясь в руки военной диктатуре большевиков.