Y-хромосома изменяется в среднем раз в поколение. Иначе говоря, при передаче (мужской половой) Y-хромосомы от отца к сыну в среднем изменился один нуклеотид, из 58 миллионов, которые насчитываются в Y-хромосоме. Строго говоря, Y-хромосома изменилась. И при переходе к сыну этого сына опять в среднем один нуклеотид станет другим. Это называется "снип-мутация". Таким образом, за тысячу поколений, то есть примерно за 25 тысяч лет, появится примерно тысяча новых мутаций. Все старые останутся.
Посмотрим на примере. У носителя, скажем, гаплогруппы R1a мутация, которая задает гаплогруппу R1a, останется навсегда, и все его потомки мужского пола тоже навсегда останутся R1a. Таким образом, у носителя R1a не может родиться сын, у которого была бы не R1a, а например, G2a, или J2a, или R1b, или I2a, или какая другая гаплогруппа. Но поскольку снип-мутации появляются в итоге сотнями и тысячами, то исследователи иногда добавляют новые индексы к названию гаплогрупп или субкладов, и R1a становится R1a1, потом R1a1a, и так далее. Но это становится ясным через тысячелетия, а именно стоит ли добавлять новый индекс к названию гаплогруппы или субклада. Так что при переходе от отца к сыну новый индекс добавиться никак не может.
В январе этого года была опубликована статья под названием "Популяционная геномика мезолитической Скандинавии". Как обычно, "геномные" статьи попгенетиков имеют фундаментальные проблемы, поскольку весь "интерпретационный аппарат" базируется на "похожести" геномов в одном и другом месте, а похожесть симметрична по направлению, иначе говоря, "похожесть" не дает сведений, откуда куда перешли древние - то ли оттуда сюда, то ли отсюда туда. Геномы принципиально выравнивают вклады предков как по отцовской, так и по материнской линии, и в итоге получается каша, которая оставляет гигантский простор для интерпретаций, фактически по полному желанию исследователей. Автоматически происходит подгонка под существующие исторические концепции, или, напротив, под желаемые, если есть желание те концепции изменить. Проверить все равно невозможно, геномные файлы "весят" терабайты, и никто за проверку не возьмется. Иначе говоря, степени свободы таких систем практически бесконечны. Да и компьютеры при расчетах не могут разобраться, откуда эта каша - то ли от наследства, то ли от случайных факторов, то ли от неизбежных совпадений фрагментов геномов, потому что все люди похожи более чем на 99% по геномам.
В итоге "геномная попгенетика" - это огромное поле для фантазий. Ограничить эти фантазии, то есть резко уменьшить число степеней свободы для интерпретаций, могли бы гаплогруппы, но геномные попгенетики с ними не работают, и определяют редко, для обсуждений не используют. В обсуждаемой статье гаплогруппы определили для трех древних мужчин, но, как обычно, их не обсуждали, просто привели в таблице. А они характерны - все три I2 (две - родительские, I2-M438/L68, и одна нижестоящая I2-M423), которых в современной Скандинавии практически не осталось, видимо, погибли в ходе геноцида в III тыс до н.э., когда эрбины стремительно заселяли Европу. Сейчас I2 в Швеции 1.5%, в Дании 2%, в Норвегии 0%. Для сравнения, носителей гаплогруппы I1 во всех трех странах 32% - 37%. Митохондриальные ДНК, из которых много не вытащить, четыре U5a1, и три U4a.
Всего в статье для определения геномов взяли 7 древних скандинавов (датировка 9500-6000 лет назад). Вот как описывает это Абстракт статьи:
Surprisingly, among the Scandinavian Mesolithic individuals, the genetic data display an east–west genetic gradient that opposes the pattern seen in other parts of Mesolithic Europe. Our results suggest two different early postglacial migrations into Scandinavia: initially from the south, and later, from the northeast... These two groups met and mixed in Scandinavia, creating a genetically diverse population…
То есть - удивительно, что их генетика показывает градиент по линии восток-запад, что отличается от других частей мезолитической Европы. Наши результаты предполагают два различных типа миграций в после-ледниковый период в Скандинавию: сначала с юга, и затем с северо-востока. Эти две группы встретились и смешались в Скандинавии, создав генетически разнообразную популяцию. Правда, судя по тому, что все трое имели одинаковую гаплогруппу I2, и все семь имели мтДНК U4 и U5, особого разнообразия там не наблюдалось, но авторы это не обсуждают.
А.А Клёсов, профессор