Здравствуй, грусть!

«Здравствуйте. Я сплю с вашим мужем». Яна держала телефон в левой руке, а правой мешала молочную рисовую кашу, вечно пригорающую ко дну кастрюли, поэтому смысл прочитанного дошёл до неё не сразу. Сначала она увидела только слово «сплю», и в голове мелькнуло: кто-то жалуется на бессонницу. Но тут «сплю» соединилось в голове Яны со словом «муж», и деревянная лопатка выскользнула из пальцев и шлёпнулась в кашу, обдавая плиту горячими молочными брызгами. Она перечитала сообщение ещё раз, вглядываясь в аватарку – размытое фото какого-то цветка – и так и не придумала, что отвечать...

Аня стояла у огромного, от пола до потолка, окна Национального центра «Россия» и смотрела на десятки нарядных подростков, взволнованных родителей с телефонами наготове, вспышки камер и тихий гул голосов...

С мужем уже давно всё как-то испортилось. Почему – сложно сказать. Было такое ощущение, что он не слышит её. – Вечно ты всем недовольна, – огрызался он. – Попробовала бы работать столько, сколько я работаю! Юля не работала уже семь лет – как ушла в декрет с первым ребёнком, так и не выходила больше...

Олеся и подумать не могла, что начальник испытывает к ней какие-то, кроме отеческих, чувства. Он был откровенно старым – с резкими морщинами на лице, седыми усами и просвечивающей лысиной на макушке. Нет, конечно, не дедушка, но старше её отца...

Отчим появился через полтора года после того, как отца посадили: мать привела его на кухню, поставила чайник и сказала: – Это Виктор. Он будет жить с нами. – А где будет жить папа, когда вернётся? – спросил Ян...