Легче говорить о том, как плохо без возможности заказать нормальную готовую еду в новом городе, чем о том, как плохо без близких, от которых пришлось уехать.
Легче говорить о том, как невыносимо голит...
Пирожки по четвергам на тёмной стороне. а в понедельник в магазине
подорожало снова всё
затем опять подорожало
во вторник среду и четверг тебе звезду достану с неба
олег оксане обещал
но полку чтоб звезду поставить
уже который год не мог зимой гулять неинтересно
другое дело по весне
ведь по весне куда ни выйди
и ни ступи то...
Ранят не только сами тяжёлые и неприятные события, ошибки, потери, сложные ситуации, но то, как мы на это всё реагируем.
Вот маленький ребёнок сломал любимую игрушку. Он злится, топает ногами, требуя починить, плачет, проживает своё детское горе...
17 часов назад
Ме-ме-мемошная
17 часов назад
Думаю повторить летом группу «Уместно ли сейчас». Она в прошлом году хорошая получилась. При том, что встреч было немного, участники пришли в точку сплочённости и многое успели. Ну, как «многое»? Насколько это возможно. Точно успели заметить важное о себе. А ещё из неё потом случился такой аккуратный переход большинства участников в две другие группы, которые стартовали осенью. И да, на следующий год точно будет ещё одна группа о стыде. И вот эта тема уместности и неуместности, она как будто бы хорошо предваряет переход к теме работы со стыдом, потому что суть-то, в общем-то, одна. Но чтобы мочь, вообще, перейти к теме стыда, которая для многих достаточно сложная, иногда необходимо время для создания какой-то безопасной атмосферы даже не вовне, а, скорее, внутри себя. Такой, в которой будет возможно само это слово хотя бы произносить. Кому интересно, можно посмотреть описание здесь. Суть будет та же. Время: либо утра суббот, либо — вечер пятниц. Я склоняюсь к субботам пока. А ещё думаю о судьбе рефлексивной группы. Изначально она начиналась с ежеутренней и ежевечерней, в виде пространства, где можно поделиться актуальными переживаниями и отразиться в глазах других. Без динамики, почти без взаимодействия с другими участниками, без обязательности посещения. Поделиться своим, иногда кое на что посмотреть с непривычного ракурса. Чтобы начать или завершить день с тёплого хорошего места, где ждут. Постепенно мы перешли на встречи в конкретные дни недели. Сейчас остались пятничные вечера. Я бы даже сказала, что и не вечера, а часовые полуночничания. И вот в мае тоже завершаемся. Можно продолжить с осени. Но для этого нужно определиться со стоимостью встреч, при которой и я не рискую выгореть к середине сезона, и участники смогут приходить, не превращая это в очередную нагрузку для себя. И с постоянным днём тоже определиться. Чего это я внезапно аж про осень? Апрель и май у меня — традиционные месяцы для планирования года. А год традиционно начинается с сентября.
Ответственность — это не история о том, чтобы быть идеальным, хорошим, правильным, удобным. Это не про то, чтобы никогда не ошибаться, не вредить, не путаться, творить исключительно благое. Ответственность — это способность честно признать: да, я сейчас поступаю вот так, и это мой выбор, мой вклад, который повлечёт последствия, с которыми мне иметь дело. Ответственность — это способность признать: да, сейчас я веду себя как не самый хороший и приятный человек, я бы такого назвал нелестными словами...
1 день назад
Иногда думаю о длительности групп. Думаю о том, что года не всегда достаточно. Иногда это ровно тот срок, за который группа только начинает становиться группой. Если в составе больше людей, у которых жизнь в целом устойчива, и они приходят скорее «поднастроить» что-то, чтобы стало лучше, тогда года отлично хватает, чтобы пройти преконтакт, закрыть все цели, как-то всё осмыслить, ассимилировать и, подведя итоги, неспешно завершиться. Если же в группе больше тех, кому приходится буквально пересобирать себя из осколков, времени нужно больше. Значительно больше. И тогда, возможно, вопрос не в том, чтобы собрать «идеальный состав». А в том, чтобы выдерживать длительность и честно признавать на старте, что группе нужно время, больше, чем год, два, иногда и три. Тогда в начале возможен, скорее, поддерживающий формат, затем — тематический или заданный иными рамками, а после — свободный динамический. Как будто тот факт, что некоторые участники переходят плавно из одной группы в другую, это подтверждает.
Банальное сегодня повторю в очередной раз. Терапия не превращает человека в идеального человека. Даже в какой-то одной сфере не превращает. Терапевтические отношения становятся пространством, где человек постепенно учится относиться по-доброму к себе неидеальному, а не привычно себя, далёкого от идеала, бросать, ругать, наказывать... Кое-что в терапии меняется. То, что не успело сформироваться в отсутствии благоприятных условий, в благоприятных условиях формируется. Неспешно, но формируется. Но то, что сломано, никогда не станет таким, как если бы его никогда не ломали...
Иногда страдание обусловлено не столько тем, что происходит в реальности, сколько тем, что реальность достраивается до образов, которые делают её гораздо более пугающей и болезненной. Снизить интенсивность такого страдания, а иногда и вовсе его убрать, можно, если удаётся отделять происходящее от того, что дорисовывает воображение. Но есть и другое страдание — связанное с тем, что происходит в реальности. И здесь всё упирается в то, хватает ли возможностей как-то на эту самую реальность повлиять...
Порой те строгие, обвиняющие вопросы, что эхом звучат внутри, стоит задать себе, сменив интонацию, спрашивая не с осуждением и раздражением, а с теплотой и искренним любопытством, как будто беседуешь с близким другом. Какие именно вопросы? Например, вот такие: «Как ты мог это сделать?» «Что ты за человек-то такой?» «Что с тобой происходит?» Ведь сами по себе эти вопросы ценны, они помогают разобраться в ситуации. А ответы на них часто рождают сострадание: желание обнять, поддержать, утешить. Представьте:...
Изменения начинаются не с действий. Они начинаются с того, как человек описывает себя и происходящее, что считает проблемой и каким видит её решение. То, как сформулирована проблема порой не просто отражает реальность, а организует её. Внутри привычного способа описания уже предрешено, что возможно, а что нет. Потому, если какая-то задача не решается, есть вероятность, что загвоздка не в недостаточности приложенных усилий, а в том, что само условие задачи либо недостаточно для решения, в принципе,...
Иногда отказ от выбора становится единственным способом сохранить себя. Потому что любое принятое решение изнутри воспринимается либо как провал, либо как предательство себя. Что бы ни выбрал, ты проиграешь. Выберешь менять то, что не устраивает, — рискуешь разрушить единственный островок устойчивости. Выберешь не менять, оставив, как есть, — придётся это признать: да, я остаюсь здесь, да, мне в этом плохо, да, это мой выбор. И вот это «мой выбор» может быть невыносимым, потому что в этом месте исчезает надежда, что всё как-нибудь само разрешится...