Свет торшера

За три дня до последней смены заведующая спросила, какой торт купить на прощание. Татьяна посмотрела на лист с фамилиями сотрудников и сказала: «Кофе выпью, а речи не надо». Я как раз ставила чашку на подоконник и подумала, что у нас уже есть повод для спора. — Тогда без торта? — спросила Вера Михайловна. — Я этого не говорила. — А что ты говорила? — Кофе выпью. Вера Михайловна решила, что торт всё-таки нужен. Татьяна попросила без крема. Я записала это на обратной стороне списка, рядом с временем доставки бахил...

Тетрадь появилась на подоконнике в понедельник утром. Римма закрыла её ладонью, прежде чем снять с полки роман. — Я беру книгу, а фамилию писать не буду. — Я фамилии и не прошу, — сказала Вера. — Только название, чтобы знать, какие книги берут. — А если я её не верну? — Тогда не вернёшь. Мы с Верой поставили в тамбуре общую полку для книг прошлой зимой. Поставили низкий стеллаж, наклеили на стену листок «Возьмите почитать». Сначала на полках лежали только наши старые книги. Потом соседи стали приносить...

В понедельник Оксана положила куртку на стойку и не стала снимать шарф. — Поставь меня в очередь, — сказала она. — В какую очередь? — Обычную. Как всех. Я посмотрела на куртку. На синей подкладке разошёлся замок, бегунок застрял у самого воротника. Я могла поменять его за час, если размер подходил. Но в блокноте уже стояли две пары брюк и пальто, которые обещала отдать к пятнице. — На следующей неделе, — сказала я. — Хорошо. Запиши. Оксана достала кошелёк и положила на стойку тысячу рублей. Я не взяла...

Ася включила камеру, и бабушка сразу накрыла объектив ладонью. — Лицо не снимай. — Я ещё даже не начала. — Вот и хорошо. Снимай руки. Ася приехала к нам после уроков: для школьного проекта ей нужно было записать короткое видео о семейном блюде. Она выбрала бабушкин яблочный пирог. В телефоне уже был открыт план съёмки, а на столе лежали три яблока, мука и лист бумаги с вопросами. — Первый вопрос: откуда у вас этот рецепт? — сказала Ася. — Не у меня он. Я у Галины с работы записала. — Бабуль, тогда это не семейное блюдо...