Поздно не бывает

Они прощались с матерью. Двое — брат и сестра. Ольга в чёрном платке, с красными от слёз глазами. Игорь в строгом костюме, сдержанный, но тоже бледный. Был четверг. Дождь моросил с самого утра, как будто небо плакало вместе с ними. Мария Степановна прожила семьдесят девять лет. Последние три года болела — сердце, диабет, давление. Ольга ухаживала за ней. Каждый день. Готовила, делала уколы, водила по врачам, сидела рядом ночами, когда матери было плохо. Игорь приезжал раз в месяц, привозил продукты и деньги, сидел полчаса, уезжал...

Глава 3. Битва за порог Утро на Малой Бронной пахло мокрым асфальтом и крепким кофе из соседней кофейни, который Елена так и не заварила — руки всё еще подрагивали, несмотря на ледяное спокойствие в голове. Она переоделась. Вместо вечернего шелка теперь на ней был строгий серый костюм — её «броня» для походов в министерство или на важные редколлегии. Волосы уложены волосок к волоску. На губах — непривычно яркая помада, как боевой окрас. Начало Глава 1 (часть 1) , Глава 1 (часть 2) Глава 2 (часть 1) , Глава 2 (часть 2) Ровно в десять ноль-ноль в дверь позвонили...

Чердак дачи пах старым деревом, пылью и чем-то неуловимо родным — детством, наверное. Наталья поднималась сюда впервые за много лет. После смерти отца прошло два года, и только сейчас она решилась разобрать его вещи. Мать просила не трогать. «Зачем ворошить? Пусть лежит». Но дачу нужно было продавать — слишком далеко, слишком старая, никто не ездит. Дети выросли, разъехались, внуки предпочитают море заграницей, а не грядки в Подмосковье. Наталья открыла старый сундук. Внутри — одежда отца, аккуратно сложенная...

Глава 2. Первая ночь в осаде Елена сидела на полу в прихожей, прислонившись спиной к прохладной стене. Телефон в её руке, обычно покорный, сейчас казался чужим и тяжелым, как кусок гранита. Из динамика доносились короткие, равнодушные гудки — Кристина сбросила вызов в третий раз. «Пока» — сказала сестра. И в этом простом слове было больше предательства, чем во всех синих печатях на бумагах пристава Савельева. Елена осталась сидеть на полу, одна в квартире, которая ей больше не принадлежала, и в мире, где у неё больше не было сестры...