ОТВЕТ ДНЯ

— Я не буду это пить, — сказала Надя, отодвигая кружку. — От него пахнет дедушкой. Она была права. Вересковая коптильня, дым, старая жесть и многолетняя горечь тех, кто пытался здесь выжить. Ровно так же пахло моё прошлое до того, как я встретила Артёма. И ровно так же пахло настоящее, когда он исчез. Я запомнила этот день не по числу, а по запаху: кондиционер в автомобиле вышел из строя окончательно, и кожаное сиденье неприятно липло к ногам. Я везла Надю на аэробику и размышляла о том, что неплохо бы заказать устрицы к его приезду...

Каждый вечер в половине десятого я сворачивала с Ленинского проспекта во дворы. Потом — мимо качелей, на которых уже три года никто не качался, мимо скамейки у подъезда, где летом курили подростки, мимо мусорных баков, которые никогда не вывозили вовремя. Потом ключ, домофон, три пролёта, и запах. Запах появлялся на втором этаже. Сначала чуть-чуть, на третьем уже в полную силу. Камфора, валерьянка, старая аптека. И ещё что-то — влажное, тёплое, от чего хотелось дышать ртом. Трёхкомнатная квартира налево от лифта...

Прошло две недели с тех пор, как я впервые услышала шепот. Или, может быть, три. Я уже сбилась со счета, потому что время в этой квартире потекло иначе — тягуче, как смола, и липко, как страх, который я отказывалась в себе признавать. Моего сына Мишу всегда было сложно уложить спать. Колики, прорезывание зубов, просто ночные капризы — мы пережили всё. Я не спала нормально почти два года, существуя в режиме полусна, вечно на взводе, вечно прислушиваясь, не заплакал ли он снова. А потом появился шепот...

Работа в ночном музее всегда казалась мне подарком судьбы. Я люблю тишину, люблю, когда экспонаты принадлежат только мне, без толпы посетителей, без назойливых экскурсоводов. Я прихожу к восьми вечера, проверяю сигнализацию, обхожу залы и до утра сижу в маленькой комнатке у служебного входа. Пью чай, читаю книги, слушаю, как потрескивает старый паркет. Идеальная работа для интроверта. Или, как выяснилось, идеальная ловушка для того, кто слишком долго смотрит в прошлое. Диорама «Быт крестьян XIX века» — гордость нашего филиала...

Это началось три недели назад. Или, если быть честным до конца, я не уверен, что это вообще началось. Возможно, это всегда было, просто я не замечал. Как та самая трещина на лобовом стекле, которую видишь только тогда, когда солнце встает под определенным углом. Я много езжу на такси. Работа у меня разъездная, парковка в центре стоит бешеных денег, а к такси я привык. Заказываю машину через приложение, сажусь, называю адрес, иногда перекидываюсь парой фраз с водителем, чаще просто смотрю в окно...