Виктория Новак

Перфекционизм долгое время ошибочно принимали за добродетель. Его преподносили как «стремление к совершенству», двигатель прогресса и залог исключительности. Однако с точки зрения психологии мы видим иную картину. Перфекционизм — это не путь к успеху. Это сложный защитный механизм, который со временем превращается в тюрьму. Перфекционизм рождается как психологическая защита, как вариант адаптации при неустойчивой привязанности или в ситуации, где какие‑то внешние факторы блокировали доступ ребёнка к достаточно хорошему родителю...

Здоровая совесть расположена в ипостаси внутреннего родителя, потому что именно там содержатся предписания и запреты. Внутренний критик — это тоже внутренний родитель. Однако, как мы с вами выяснили из прошлых двух статей, он гипертрофирован и парализован в своей основной функции — воспитании личности. Он представляет собой своего рода искажение здоровой структуры, отравляющее остальной психологический организм чувством вины. Если влияния внутреннего критика не так много, его «голос» можно слышать наряду со здоровым пониманием совести...

Продолжение предыдущей статьи. Как мы уже выяснили, внутренний тиран стоит за: Причём даже когда человек принимает антидепрессанты, ему становится лучше чуть‑чуть или не становится лучше совсем. Он ведь запрещает себе хорошо себя чувствовать. Ему нельзя выздоравливать, иначе он подвергнется ещё большему наказанию со стороны враждебного внутреннего критика. Кроме того, из прошлой статьи мы выяснили: если у вас внутренний критик вместо внутреннего родителя, то, по большому счёту, он является интроектом — той инстанцией, которую вы забрали у кого‑то...

Внутренний критик — это всегда часть суперэго, то есть часть надзорного органа внутри нашей психики. Однако само по себе суперэго носит не карающую, а воспитательную функцию. Поэтому неверно воспринимать внутреннего критика как внутреннего родителя в целом. Это только его часть, и, к сожалению, у многих людей критик занимает огромную часть внутреннего родителя. То ли это потому, что воспитание сводилось исключительно к осуждению и игнору, то ли потому, что хорошего и поддерживающего было недостаточно — уже неважно...

У меня есть блокнот, начатый мною в 17 лет, то есть 24 года назад. Там осталось чуть‑чуть, но надо признать, что какие‑то страницы я заклеивала новыми листами, чтобы написать что‑то взамен старым мыслям. Этот блокнот — свидетель моего становления. Помимо записей, касающихся основных жизненных событий, там содержатся инсайты, которые я хотела запомнить навсегда. В основном они почерпнуты из моей личной терапии, но кое‑какие дополнены мыслями великих людей прошлого. Хочу поделиться с читателями теми трансформирующими мыслями, которые сделали меня такой, какая я есть...