Художественные рассказы Ники Вербинской

Светлана остановилась перед дверью переговорной и впервые за все утро заметила, что у Сергея дрожит левая рука. Он держал папку с распечатками, словно щит, хотя внутри лежали не документы, а чужая аккуратно придуманная ложь. За матовым стеклом слышались голоса. Кто-то кашлянул, кто-то передвинул стул, и этот обычный офисный шум вдруг показался Светлане чем-то неприличным, будто там уже расселись люди, которым предстояло посмотреть, как она сама сотрет себя ради чужого повышения. – Ты хочешь, чтобы...

Лена подняла покрывало не для того, чтобы искать улики. Она просто хотела сесть на край кровати, стянуть с ног пыльные ботинки после дороги и наконец-то выдохнуть после ночного поезда, который опоздал почти на час. Серёжки лежали у самой ножки, там, где ткань чуть провисала к полу. Маленькие, золотистые, с прозрачными камешками, совсем не её вкус и точно не её вещь, потому что Лена такие застёжки терпеть не могла со школы. Вадим в этот момент стоял у шкафа спиной к ней и слишком быстро пытался задвинуть дверцу...

Лена сразу поняла, что женщина за спиной у Игоря пришла не из больницы. У настоящих сиделок, которых она видела в коридоре, были усталые руки, тяжелые сумки, тапочки в пакете, голос без лишней мягкости и взгляд человека, который уже три раза за утро мыл чужие кружки в холодной воде. У этой женщины была маленькая бежевая сумочка, светлый джемпер без единой складки, аккуратно завитые волосы и улыбка, которую надевают не в палату после операции, а в гости к людям, с которыми нужно понравиться. Лена...

Лена заметила чужой брелок не сразу. Она вернулась из магазина, поставила на кухонный стол пакет с творогом, зеленью и хлебом, машинально смахнула крошки ладонью, и только тогда увидела связку ключей возле сахарницы. Связка была знакомая и незнакомая одновременно. На ней висел старый ключ от калитки на даче, короткий ключ от сарайчика и новый пластиковый брелок с блестящей зеленой крышечкой, такой обычно дают в строительных магазинах при покупке замков. Лена долго смотрела на эту зеленую крышечку, пока на плите тихо булькала забытая кастрюля...

Лена сняла рабочий бейдж перед зеркалом в прихожей так осторожно, будто отцепляла от кофты не кусок пластика на синем шнурке, а последний доказанный факт своей нормальной жизни. На бейдже еще держалась наклейка с прошлогоднего корпоратива, уголок отклеился и смешно торчал, но смеяться ей почему-то не хотелось. Игорь стоял у обувницы, в серой домашней футболке, с телефоном в руке и мокрыми волосами после душа. Он посмотрел на бейдж, потом на ее сумку, потом на тонкий конверт с документами, который Лена весь путь домой держала под мышкой, боясь помять...