Место, где пахнет горячим хлебом

Ключ от маминой квартиры лежал у Сергея в кармане куртки, рядом с распиской о получении аванса. Он нащупывал бумагу сквозь ткань, как будто мог так удержать ситуацию в руках. Через три дня у нотариуса должны были подписать договор купли-продажи, покупатели уже перевели сто тысяч, и риелтор каждый вечер присылал сообщения с напоминанием о сроках. Сергей отвечал коротко, без смайлов, и ловил себя на том, что читает эти напоминания как угрозы. Он поднялся на пятый этаж без лифта, остановился у двери, перевёл дыхание и только потом позвонил...

Она успела снять куртку только наполовину, когда услышала из комнаты сына короткое, будто заранее отрепетированное: — Мам, я хочу жить у папы. Рука с рукавом застыла на уровне плеча. В коридоре горела лампочка, в прихожей стояли его кроссовки, сбитые носами друг к другу, как всегда после школы. На кухне на плите остывала гречка, крышка чуть приподнята, чтобы не разварилась. Всё было на своих местах — и от этого фраза прозвучала как удар по стеклу. Она медленно стянула куртку, повесила на крючок, проверила, закрыта ли дверь...

Она возвращалась из магазина с пакетом молока и ключами в руке, когда у подъезда её остановил незнакомый мужчина. — Вы из квартиры… — он назвал номер. — Нам надо поговорить. По поводу задолженности. Она замерла. — Вы ошиблись адресом. — Не ошиблись. Там прописан ваш сын. Откройте, поговорим. Она молча прошла мимо него в подъезд, поднялась на свой этаж, вошла в квартиру и сразу закрыла дверь на оба замка. В голове ещё стоял вчерашний голос из морга: «Тело можно забрать завтра, документы у вас?» Ключи легли на тумбу, пакет — на кухонный стол...

Света держала в руках папку с чеками так, будто это был паспорт, который могут отобрать на входе. На кухонном столе лежали ключи свекрови — аккуратно, зубцами к окну. Свекровь стояла у плиты, не включая конфорку, и смотрела на Свету так, как смотрят на человека, который пришёл не вовремя. — Я сказала: до конца месяца, — произнесла она. — И без разговоров. Это моя квартира. Света почувствовала, как в горле поднимается сухая злость. Она открыла папку, вытащила первый лист. — Здесь всё. Плитка, сантехника, двери...

Она закрыла дверь за агентом ритуальной службы и прижала к груди папку с квитанциями, будто это могло удержать квартиру на месте. На кухне тихо капала вода из крана, который муж всё собирался подтянуть, и теперь капли звучали как чьи-то шаги по пустому коридору. На столе лежали ключи от его машины — связка с красным брелоком, рядом паспорт в прозрачном файле. Ей нужно было разложить всё по порядку, иначе казалось, что и он, и жизнь разъедутся по углам, как пыль. Похороны прошли без истерик. Она держалась,...

В аптечном органайзере на кухонном столе таблетки лежали по дням, как в школьном расписании. Она повернула крышку на «среда», высыпала на блюдце две белые и одну розовую, проверила по листку из поликлиники и только потом позвала: — Мам, давай. Из комнаты ответило сухо: — Я сама знаю, что мне давай. Она взяла стакан с водой, поставила рядом с блюдцем и пошла в комнату. Мать сидела на краю дивана в ночной рубашке, волосы собраны в редкий пучок. На тумбочке лежали очки и пульт, под ногами аккуратно стояли тапки, будто сейчас придёт кто-то чужой и оценит порядок...

🚀 Наша книга уже в бесплатном каталоге на полках популярных платформ электронных книг! 📘 «Обновление доступно» — короткая история о студенте Андрее, которому на телефон прилетает странное “обновление”: приложение Mirra, умеющее сдвигать вероятность событий. Он просит совсем малого — “лишь бы не вызвали к доске”… и это срабатывает. Но очень быстро становится ясно: любое вмешательство в реальность запускает цепочку последствий, и где-то рядом “подкручивается” шанс беды...

Виктор Петрович держал в руках пакет с лекарствами, когда соседка по лестничной площадке, тётя Нина, остановила его у почтовых ящиков. — Виктор Петрович, поздравляю вас. Дочка-то у вас… — она замялась, будто проверяла, можно ли продолжать. — Замуж вышла. Вчера. В интернете видела, у племянницы в ленте. Он не сразу понял, что именно не сходится. «Поздравляю» звучало как чужое слово, не к нему. Он кивнул, будто речь шла о каком-то дальнем знакомом. — Какая свадьба? — спросил он, и голос оказался ровным, почти деловым...

Сергей остановился у почтовых ящиков, потому что на стенде, где обычно висели объявления про поверку счётчиков и потерянных котов, появился новый лист. Его прикололи кнопками криво, будто спешили. Вверху крупно: «Сбор подписей. Принять меры». Ниже — фамилия из квартиры на пятом и короткий список претензий: ночной шум, стуки, крики, «нарушение закона о тишине», «угроза безопасности». Внизу уже тянулись подписи, аккуратные и размашистые. Он прочитал дважды, хотя смысл был понятен с первого раза. Пальцы сами потянулись к ручке в кармане куртки, но Сергей остановился...

Наталья стояла у кассы и считала выручку, не поднимая глаз на очередь. Терминал дважды выдал ошибку, покупательница раздражённо постучала картой по стойке, а за спиной уже звала мастер смены: «Наташ, у нас крем закончился, что ставить вместо?» Она машинально кивнула, вытащила из ящика стопку чеков, сверила с отчётом, отметила карандашом. Внутри всё было разложено по привычной схеме: наличные в один конверт, возвраты отдельно, мелочь в коробочку. С утра она уже успела принять поставку, поругаться...

Она как раз закрывала ведомость в «1С», когда на экране высветилось имя брата. В кабинете бухгалтерии было тихо, только принтер в соседней комнате выплёвывал листы. Она потёрла переносицу, взглянула на часы. До конца смены оставалось сорок минут, потом надо было заехать к отцу, отвезти лекарства и оплатить коммуналку через приложение, пока не забыла. — Привет, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Слушай… — брат говорил быстро, будто боялся, что его перебьют. — Мне нужна помощь. Срочно...

Невестка открыла дверь ключом и сразу увидела в коридоре чемодан свекрови, аккуратно стянутый ремнями, а рядом — коробку с лекарствами. Саша держал в руках список покупок и, не поднимая глаз, сказал: — Мам, раздевайся, проходи. Мы сейчас быстро всё докупим и останемся дома. Невестка поставила на кухонный стол пакет с мандаринами, не снимая куртку. Валентина Петровна сняла шапку, расправила волосы и оглядела прихожую так, будто проверяла, не изменилось ли что-то в планировке за последние годы. — Я вам не помешаю, — сказала она тихо и сразу добавила, словно оправдываясь: — Только на зиму...