Игорь Олин

Пионерский лагерь, куда по просьбе классного руководителя второго класса с началом летних каникул направили Виталия, располагался в школьном здании села Мулино. Приехавших детей распределили по отрядам, и сразу повели в отдельно стоявшее здание деревянной столовой. На грубо сколоченных столах дымилась манная каша, окаймлённая в тарелках жёлтыми полосками растопленного масла. Лежал нарезанный свежий хлеб, чей аромат наполнял окружающее пространство. Этот позабывшийся запах поначалу даже вызвал спазмы в горле, ведь зиму и весну 1947 года Виталий с матерью прожили без хлеба. Позавтракав, Витя отпил...

Грибовница, что может быть в оттенках от светлого до тёмно-серого, почти чёрного. Отвар из белых и масляников прозрачный, аппетитный, но, чтобы не разочароваться в ожиданиях, в него необходимо добавлять сыроежки, чеснок и репчатый лук. Сыроежки, только не ярко-красные – горькие, не бледно-жёлтые – на худой ножке, вялые и крошащиеся, часто червивые, а любые другие – зелёные, жёлто-коричневые, голубые, тёмно-красные придадут особую прелесть супу из подосиновиков и подберёзовиков. Лисички с картошкой – блюдо, обожаемое детьми...

- Ох, не к добру она так воет. Ох, не к добру, - причитала дородная пожилая женщина на автобусной остановке в ожидании первого рейса на город. - Да уж, - поддержала разговор старушка с корзиной в руке. - Однажды собака так выла, когда на улице пожар случился. Дом сгорел, спасти ничего не успели. Поздно заметили, а она, видимо, чуяла. - Перед войной собаки так выли, - вступил в беседу сухой высокий старик в очках. Стояло раннее прохладное утро позднего лета. С высоких тополей изредка слетали грачи. На крыше сельской столовой, каркнув и замолкнув, одиноко сидела ворона. Стайка воробьёв тихо чирикала возле мусорной урны...

Деревня Олины, в которой проживала моя семья, была совсем маленькой – десятка полтора дворов. Располагалась она на крутом косогоре, с которого в южную сторону, преодолев небольшую речку, убегала дорога к горизонту. До Павлушонок было недалеко, с километр, до следующего населенного пункта ещё версты четыре, а до райцентра – все двадцать. С остальных сторон света её окружали дремучие леса и непроходимые болота. По ягоды или грибы женщины отправлялись только гурьбой, боясь заблудиться, опасаясь хищных зверей, в изобилии водившихся в этих местах. Редкий охотник отваживался забредать вглубь чащи, продираясь сквозь буреломы и валежники...

Несколько лет назад в системе образования придумали очередную программу повышения качества образовательных результатов и назвали её "500+". В оборот было введено понятие "школы с низкими образовательными результатами" (ШНОРы). Так как "эффективных менеджеров" в нашей системе - министерствах, департаментах, управлениях, отделах, академиях, институтах, центрах - словно сельдей в бочке, то они тут же уцепились за идею сравнивать школы по статистическим показателям ВПР, ОГЭ, ЕГЭ, олимпиад и т.п., почуяв, что это поле непаханое для сочинения разного рода бюрократических фолиантов, псевдонаучных диссертаций и, главное, для приложения своих неуемных усилий...

Раннее утро. Выпал первый снег. Мокрые белые хлопья продолжают посыпать землю, но уже с неохотой. В праздничный день улицы безлюдны. Жители спят или только-только встали в предвкушении радостных событий. Мне же нужно на работу, сажусь в пустой автобус и вдруг слышу приветствие. Галина Ивановна, дорогая замечательная учительница литературы, несколько лет назад вышедшая на пенсию, одиноко сидит в салоне. Едем вместе одну остановку, ей выходить. Отмечаю про себя, что годы, увы, берут своё: она в очках с толстыми линзами, с палочкой в руках, чуть сгорбленная, закутанная в чёрный платок. - Откуда в такую пору? – интересуюсь...

Заблуждается тот, кто думает, что квартиру в России сложно приобрести только сейчас. Мои родители ждали обещанной квартиры в знаменитой советской очереди 17 лет. Сестра Надя, бросив работу школьного директора через год, приехала с мужем и маленькими детьми из леспромхоза на Бечеве в родительский дом. Средства вложили в покупку квартиры в строящемся доме в Макарье рядом с работой, но в начале 1990-х такое дело без обмана обойтись могло редко. Мотивируя отсутствием договора, заверенного нотариусом, продавцы потом потребовали значительную доплату - пришлось собирать с миру по нитке...

- Не везёт, так не везёт, - в который раз с раздражением повторил Пантелей, выбираясь сквозь еловые заросли на дорогу. Это он уговорил Виталия взять ружьё и патроны, чтобы пострелять птицу и мелкого зверя, но многочасовое блуждание по лесу добычи не принесло. И ведь рябчики попадались, глухари с шумом вылетали почти из-под ног, два зайца русака улепётывали с опушки в чащу, но то ли прицел был сбит, то ли навыка молодым паренькам не хватало – весь боезапас расстреляли по очереди, всё мимо. - Брось переживать, - Виталий почувствовал досаду товарища...

В СССР было много лжи. Было много обид, связанных с подавлением индивидуального начала. Страдали художники, писатели, учёные. Преследовались диссиденты. Сахаров сидел в нижегородской ссылке. Слово «КГБ», со зловещей интонацией произносимое в голливудской продукции, заставляло трепетать всю планету. Пива и лимонада вдоволь хватало лишь в дни выборов, а выборов-то настоящих и не было. Не спорю. Я поведу речь о другом. На заднем плане в ту пору оставались граждане, которые также являлись многочисленными жертвами советского режима, их личное своеобразие совершенно не учитывалось. К примеру, фарцовщик,...

Сто лет назад мальчишки - разносчики газет, привлекавшие покупателей на городских улицах громкими звучными заголовками, были обыкновенным явлением. Во второй половине 80-х, когда я в летние каникулы подрабатывал почтальоном в родном селе, кричать прохожим уже не было нужды - периодические издания приходили по подписке в каждую советскую семью. Трактористы, читавшие прессу на обеде, - вполне типичная картина того времени. В мой бобинский округ входили улицы Советская, от школы (нынешней школы искусств)...

Не так часто в исторических фильмах, книгах, передачах всероссийского уровня возникает Кировская область. Поэтому всякий факт, будь то ссылка Василия Шуйского в Вятку или пребывание в Кирове во время эвакуации Евгения Шварца, привлекает внимание местного жителя. Цикл "Исторические хроники" с Николаем Сванидзе состоит из документальных лент с начала 20 века до распада Советского Союза. В серии "1961. Хрущёв - начало конца" авторы приводят любопытный эпизод из истории нашего региона. Чтобы выполнить и перевыполнить авантюристические планы руководства страны, не получить по шапке и хотя бы временно...

Двери резко распахнулись, и в кабинет влетела маленького роста, сухощавая женщина неопределённого возраста: - Это вы директор школы? - грубым хриплым голосом больше для проформы спросила она. Лицо в глубоких морщинах, чёрные, густые, несколько небрежно уложенные волосы, недобрый прищуренный взгляд. - Что же это у вас здесь творится?! - прокричала женщина и плюхнулась на стул, не дожидаясь приглашения. - Вы что же это детей травите?! Я опешил. Не сказать, что с бесцеремонным вторжением столкнулся впервые — нет, претензии и скандалы случались регулярно, родители жаловались на предвзятость педагогов,...