Неукротимые дамы | Рассказы

– Шестакова, сорок минут опоздания! – Марина Голубева поднялась из-за стола и замахала мне обеими руками, как на школьной линейке. – Штрафной тост с тебя, а сидишь, где я посадила! Длинный стол у окна был накрыт на двадцать три человека: собрался весь наш выпуск, оба класса. Салфетки торчали из бокалов веером, у каждой тарелки стояла карточка, подписанная круглым Марининым почерком. На моей было выведено: Аня Шестакова. На соседней: Витя Шестаков. – По старой памяти, – подмигнула Марина. – Вы ж у нас первая пара были...

Щелчок я услышала раньше слов. Сухой, двумя пальцами над плечом – так подзывают официанта в кафе, когда лень повернуть голову. – Прислуга не сидит с гостями, – процедил мужчина во главе стола и щёлкнул пальцами ещё раз, теперь уже мне. – Пепельницу принеси. И воды без газа. Было без двадцати восемь. Солнце садилось в море прямо за соснами, по белой скатерти тянулись рыжие полосы, снизу от обрыва несло дымом мангала. Я сидела на крайнем стуле, под фонарём, со стаканом минералки, которую налила себе сама...

– А холодильник забирай сразу, всё равно ей столько не съесть. Одна-то она чем питаться будет? Аркадий сказал это громко, на всю кухню, и хохотнул. Его брат Гена как раз тащил из комнаты мой книжный стеллаж, и оба заржали так, будто удачнее шутки в жизни не слышали. Я стояла в дверях своей же кухни и смотрела, как чужие руки выносят из дома вещь за вещью. Суббота, десять утра, а они приехали к восьми – видно, чтоб успеть побольше за день. В прихожей уже громоздились три сумки и две коробки, перетянутые скотчем...

– Собаку я беру, а гулять с ней – твоя забота была. Олег сказал это так, будто мы уже сто раз всё обсудили и я просто забыла. Хотя обсуждали мы ровно наоборот: я говорила, что собака – это не диван и мячик, это шесть утра, дождь, лужи в коридоре и долгие годы ответственности. А он кивал и смотрел куда-то поверх моей головы, где, видимо, стоял он сам – в резиновых сапогах, с ружьём и красивым псом у ноги, как у Витьки с работы. В переноске на полу сидело это. Ушастое, рыжее с белым, с лапами не по росту и глазами, от которых у меня внутри что-то мягко осело...