Строки фронтовые

В этот памятный день Михаил Родионов занимал окоп в невысоком ельничке, недалеко от неторопливого лесного ручья. Перед ним была просека. По ней к нему бежали немцы. Мечтали они к железной дороге прорваться. Лезли изо всех сил. Чего только ни придумывали, чтобы обмануть красноармейцев, сломить их упорство. Но наши бойцы стояли твердо. Ни шагу назад - лучше смерть! - было у каждого на устах. Сначала Родионов держал Фрицев на почтительном расстоянии. Он укладывал их рядами, именно в том порядке, в каком они к нему бежали...

Четыре часа утра. Я вышел на поиски. Укрылся в старой, давно заброшенной траншее. Пулеметчик мне говорил, что там, за линией нашей обороны, в расположении противника у самого озера, промелькнула какая-то фигура и скрылась в кустах. Всматриваюсь. Вот пень. Правее его показалась голова вражеского солдата. Потом, точно из-под земли, во весь рост поднялась фигура. Фашист, как видно, пытался переменить позицию. После моего выстрела он резко покачнулся и грохнулся наземь. Так начался мой снайперский день...

Не раз Насте Оликовой и ее неразлучной подружке Ане Кононовой приходилось вместе с партизанами драться против белофинских бандитов в глубоком тылу врага. Мужественно и стойко переносили девушки-героини все тяжести и лишения походной жизни, а за отвагу и доблесть в бою Настя Оликова была награждена орденом Красной Звезды. В этом походе они также были среди партизан. В одной из схваток осколком мины был ранен командир тов. Г. Когда ему сделали перевязку, партизанский отряд уже уходил в атаку. Тов. Г...

Туго приходилось нам в лесу без продовольствия. Большинство местного населения ушло из этих районов, а ту малую часть, которая не успела эвакуироваться, белофинны угнали в лагеря. Некому было помочь нам достать продукты. Стрелять дичь и зверя мы не решались, так как это могло нас выдать противнику. По нескольку дней мы оставались без пищи. Зато какая была у всех радость, когда прилетал советский самолет и сбрасывал несколько мешков, с продуктами. На-днях, скрываясь от финского карательного отряда, мы переменили место стоянки...

В кругу бойцов сидел широкоплечий, подвижный, ловкий воин. Это минометчик Игнат Яковлев. Боевые товарищи вели оживленную беседу. Речь шла о силе человека, потом стали говорить о ненависти к жестокому врагу. Кто-то из товарищей неожиданно и как бы шутя спросил: - А ты можешь, Игнат, медведя руками задушить? - Если попадется - задушу. Самого чёрта, и всякого вредного гада задушу! До того разозлили меня немцы - ведь они хуже хищных зверей. Только зачем же руками душить зверя. У меня есть грозное оружие: миномёт, винтовка, гранаты, серьёзным тоном ответил на шутку Игнат...

На немецком аэродроме стояли новые истребители «Мессершмитт-109ф». Шестерка советских пикирующих бомбардировщиков направилась к этому аэродрому и сбросила бомбы. Стрелок-радист сержант Озерной летел на одном из бомбардировщиков. Внезапно штурман сказал стрелку по радио: «Смотри, слева два истребителя». Да, к группе бомбардировщиков приближались два истребитель «МЕ-109ф». Они быстро заходили по одному в хвост левому соседу Озерного. Сержант открыл заградительный огонь. В это время справа появились еще шесть «Мессершмиттов»...

Анатолий Козлов проявил себя в разведке как отважный и смелый воин. С виду он парень простой, тихий, но как только вопрос касается немцев, то сразу в нем большая злость проявляется, что для боя самое первое и необходимое дело. Было раз задание: достать к утру «языка». Повел нас сержант Козлов через наше минное поле, через проходы в нем, к вражеской обороне. На этом участке фронта действовали против нас финны, и мы знали, что они каждую ночь выходят на работу, проволочные заграждения ставить. Легли мы на землю и стали скрытно передвигаться...

Гвардейцы прислали мне две бирки. Освободив от немцев несколько сел, гвардейцы увидали на колхозниках и колхозница деревяшки с номерами. Каждому жителю захваченного населённого пункта немцы дают бирку - как скотине. У человека больше нет имени. У человека - номер. Номер в немецком стаде. Номер на немецкой каторге. Старик из деревни Новая, девушка из колхоза «Красный пахарь» стали у немцев номерами. «Если русский покажется без опознавательного знака на груди, рассматривать его, как партизана, и вешать» - таков приказ немецких властей...

Захватив наше село Шелтозере, белофинские бандиты сожгли среднюю школу, здание райисполкома, райкома партии, больницу. Всего в районном центре они в первый же день уничтожили 35 лучших зданий, которыми гордились шелтозерцы. Группа белофиннов ворвалась в районную библиотеку и стала из окон швырять в грязь книги. Потом все эти книги были снесены в овраг и сожжены на большом костре. Здание библиотеки фашистские грабители превратили в склад отобранных у населения «трофеев» - одежды, обуви, велосипедов и прочего имущества...

На болоте перед темно-зелеными лесистыми сопками возникли черные клубы дыма. Они разрастались и расплывались широкой полосой. И сейчас же в воздухе появилось несколько самолетов с красными звездами на крыльях. Ориентируясь по черной дымовой завесе, летчики стали сбрасывать бомбы на сопки. Там зарылись в землю фашисты. Еще не успели затихнуть раскаты взрывов авиабомб, как по болоту под прикрытием дыма уже поползли советские пулеметчик и. Одним из первых среди них был Якуббо. Якуббо упрямо толкал свой станковый пулемет...

В городе Маннгейма, в глубоком тылу Германии, жили два брата - Артур Герига и Эрвин Герига. Эрвин Герига попал на советско-германский фронт, и его пригнали в леса Карелии. Артур не забывает своего брата и пишет ему часто письма. Он сочувствует своему брату: «Тебя сцапали опять и снова приходится тебе воевать», - писал он. Эрвин, видно, всё время искал лазейки, чтобы ускользнуть в тыл, и однажды ему это даже удалось. Но арийца, как точно выражается братишка, все-таки снова «сцапали» и послали обратно на фронт...

Сосны еле шевелили своими вершинами. Дул слабый ветер. Утопая во влажном мху, бесшумно шли по лесу разведчики. Всего пятнадцать человек. Молодец к молодцу. Все бывшие моряки. Вёл их главный старшина Кабанов, человек бывалый. Места были здесь им знакомые. Уже не раз отправлялись сюда разведчики за боевыми сведениями. Не раз заставали они тут врасплох финских солдат. Но теперь они решили забраться подальше - к озеру. Когда солнце ушло за горизонт, за стволами деревьев блеснула синяя поверхность озера...