Завод «Красный Октябрь» стоял на окраине города уже больше шестидесяти лет. Его корпуса, выкрашенные в блеклый серый цвет, давно слились с небом, которое здесь, в промышленной зоне, почти всегда было затянуто дымкой. Внутри пахло машинным маслом, нагретым металлом и временем — тем самым запахом, который пропитывает стены и одежду настолько, что его уже не вытравить. Здесь работали люди, чьи отцы и деды стояли у этих же станков. Они знали каждый винтик, каждый уголок, каждый звук, который издаёт оборудование...
Реальная жизнь
Он приехал улучшать и модернизировать, а сам только искалечил судьбы
Городок назывался Лысьев. Пятьдесят две тысячи жителей, одна центральная площадь с памятником Ленину, дворец культуры, построенный ещё при советской власти и давно не видевший ремонта, и металлургический завод, дымивший на окраине, как старый дракон. Завод был сердцем города: почти каждая семья так или иначе была связана с ним. Мужчины работали в цехах, женщины — в заводоуправлении, столовой, лаборатории, детских садах, принадлежавших предприятию. Дети учились в техникуме при заводе, чтобы потом прийти на смену родителям...
Дорогая цена успеха
Я сидел в очередном самолёте, глядя в иллюминатор на проплывающие внизу облака, и думал о том, что моя жизнь похожа на этот бесконечный рейс: взлёт, турбулентность, посадка, снова взлёт. И так уже шесть лет. Шесть лет я работаю руководителем среднего звена в крупной логистической компании. Шесть лет я хорошо зарабатываю. Шесть лет я почти не вижу свою семью. Мне тридцать восемь. У меня красивая жена Света, двое детей — сын Артём десяти лет и дочка Алиса семи. Дом в хорошем районе, две машины, счёт в банке, который позволяет не думать о ценах в супермаркете...
Не нравится - увольняйся
Будильник прозвенел в 5:45. Я открыл глаза и уставился в темноту, пытаясь понять, почему я это делаю. За окном едва брезжил рассвет, город ещё спал, и только редкие машины шуршали по мокрому асфальту. В голове пульсировала одна мысль: «Зачем? Зачем я встаю в такую рань, если рабочий день начинается в восемь?» Но ответ был прост: мой начальник, Виктор Петрович, требовал, чтобы все сотрудники отдела были на местах к 7:30. Не к восьми, как написано в трудовом договоре, а именно к половине восьмого. И горе тому, кто осмеливался прийти позже...
