Мир знаменитостей | Арсен Мирский

Дорогие читатели, вы когда-нибудь задумывались, сколько тайн может хранить одна семья и как эти тайны аукаются спустя десятилетия? О, это целая драма, достойная пера самого искусного сценариста! Пока одни актрисы живут открыто и счастливо, другие умудряются пронести через годы секрет, который способен разрушить всё. Их поле битвы — не только съёмочная площадка и сцена, но и собственная жизнь, где любовь, предательство и боль переплетаются в тугой узел. Их оружие — не только актёрский талант, но и умение хранить молчание, когда весь мир пытается разгадать твою тайну...

Помните ту суровую женщину в строгом брючном костюме, с железной хваткой и неулыбчивым лицом, которая правила строительной империей и наводила ужас на московских чиновников? Её называли «мужиком в юбке», обсуждали её тяжеловесную фигуру и полное отсутствие косметики. Казалось, она создана для бизнеса, а не для глянца. А теперь взгляните на неё сегодня. 63-летняя Елена Батурина, вдова бывшего мэра Москвы, выглядит так, что её поклонники просто не узнают на свежих снимках. «Выглядит максимум на 40!» — восклицают одни...

Год назад его жизнь рухнула. 66-летний Дмитрий Дибров, который привык быть в центре внимания, оказался в центре скандала: его 36-летняя жена Полина ушла к соседу-миллиардеру. Ушла громко, красиво и с тремя общими сыновьями. Казалось, это конец. Но Дибров не стал горевать — он нашел новую любовь. И не где-нибудь, а... в кругу общения бывшей жены. Новая пассия — 43-летняя нутрициолог Екатерина Гусева, мать троих детей, обладательница мирового рекорда и женщина, которая на 23 года младше телеведущего...

Она прилетела в Москву инкогнито. Через Стамбул, в медицинской маске и темных очках — чтобы никто не узнал. Думала, что достаточно просто переступить порог, и всё встанет на свои места: мать простит, дети обнимут, а судьи увидят в ней жертву обстоятельств. Но Москва встретила холодом. Никто не бросился в объятия. Никто не поверил в раскаяние. Вместо уютной квартиры в центре — судебные приставы. Вместо родных голосов — тишина в телефонной трубке. Прошло пять лет, и теперь уже очевидно: та поездка не стала точкой возврата...