Мы из Сибири

Артём сначала не придал этому значения, потому что в тайге всегда что-то звучит — то дерево треснет от мороза, то снег с крыши съедет, то ветка заденет стену, и если на каждую мелочь обращать внимание, можно с ума сойти ещё до середины зимы, и потому в первую ночь, когда он услышал этот глухой, ровный стук снаружи, он только повернулся на другой бок и закрыл глаза, решив, что это очередной случайный звук, который исчезнет сам по себе, но он не исчез, и на следующую ночь повторился снова, в то же...

Лето в австралийских степях приходит вместе с сухим ветром и палящей жарой. Трава быстро желтеет под солнцем, редкие деревья стоят неподвижно среди раскалённой земли, а горячий воздух дрожит над бескрайними равнинами. В такие месяцы степь кажется выжженной. Только ветер гонит пыль через сухие холмы. Только цикады звенят среди жары. И иногда на пепельной земле появляются лёгкие следы шакала. Местные фермеры знали одного старого шакала много лет. Худой. Рыжевато-серый. С тёмной полосой вдоль спины и рваным ухом...

Поздняя осень в тех местах всегда приходила тяжело. Днём над рекой висели низкие серые тучи, по берегам стояла мокрая пожухлая трава, а ночами холод пробирал даже через ватную куртку. Но настоящая перемена началась после ледяного дождя. С вечера по реке шёл мелкий колючий дождь вперемешку со снегом. Вода потемнела, течение стало тяжелее, а вдоль берега появилась первая шуга. Местные рыбаки только качали головами. — Всё, теперь до льда делать нечего. — Налим ещё не пошёл. — В такую сырость дома сидеть надо...

Фёдор Касьянов всегда уходил на дальние участки после больших декабрьских морозов. В это время речной лёд уже крепчал, снег оседал, а зверь начинал активно ходить вдоль берегов и старых лесных троп. В тот год зима выдалась особенно суровой. Морозы держались почти под сорок, а ветер по ночам так гудел в кедрачах, что трещали верхушки деревьев. Но Фёдора такая погода не пугала. За тридцать лет промысла он привык к зимней тайге и давно знал: чем тяжелее сезон, тем внимательнее приходится жить в лесу...

В тайге к следам привыкаешь быстро, звериные читаешь почти не задумываясь, человеческие — внимательнее, но без лишней тревоги, потому что человек здесь обычно либо идёт по делу, либо проходит мимо, но в тот день Виктор понял сразу — это не тот случай Он вернулся к избушке уже к вечеру, после обхода путика, уставший, с привычным ощущением, что всё под контролем, и ещё издалека заметил — снег у входа выглядит иначе, не так, как утром, когда он уходил, и когда подошёл ближе, увидел следы Чёткие Аккуратные...