Мы из Сибири

Таёжная река на перекате всегда звучит громче, чем где бы то ни было. Вода здесь не течёт — она бежит, переливается через камни, разбивается в белую пену и снова собирается в струю. Шум постоянный, ровный, будто сама река дышит. На таком перекате и остановились рыбаки. Берег каменистый, местами скользкий от воды. Между камнями растёт редкая трава, а чуть дальше начинается густой лес. Здесь нет тишины — только шум воды и редкий треск веток. Рядом, чуть выше по течению, вытянута на камни лодка. Утро было удачным...

Зимой в тайге главное — не спешить с выводами, но именно это чаще всего и подводит, потому что глаз привыкает к простым решениям, и когда Николай увидел тот след, он сначала прошёл мимо, решив, что зверь прошёл давно, снег уже припорошил отпечатки, края были мягкие, без чёткого рисунка, и всё говорило о том, что это не вчерашний ход, а, может, и вовсе позавчерашний, и смысла тратить время не было Он прошёл метров двадцать, потом остановился Что-то в этом следе не давало покоя Не форма, не направление,...

Зима в горах Монголии приходит вместе с ледяным ветром и бесконечными снегами. Красные скалы быстро покрываются инеем, узкие ущелья тонут в морозном тумане, а холодное небо неделями висит над пустыми степями. В такие месяцы горы кажутся безжизненными. Только ветер воет среди каменных склонов. Только снег медленно сыплется в глубокие распадки. И иногда высоко над скалами появляется тёмная тень беркута. Местные кочевники знали одного старого орла много лет. Крупный. Тёмно-бурый. С широкими крыльями и светлым затылком...

Август в тайге подходил к концу. Днём ещё пахло прогретым кедром и сырой травой, но ночами холод уже уверенно спускался с гор. В тот год погода изменилась резко. Ещё неделю назад рыбаки ходили по реке в лёгких куртках, а теперь утром над водой стелился густой белый туман, трава серебрилась инеем, а ледяная вода жгла руки почти по-зимнему. После похолодания клёв словно отрезало. На таёжной реке возле старого зимовья каждый вечер собирались рыбаки. Кто-то бросал блёсны в глубокие ямы, кто-то пробовал мушки возле коряг, но уловы были слабые...

Андрей Суров всегда уходил на промысел в начале декабря. Не раньше и не позже. К этому времени снег в тайге уже ложился плотно, зверь начинал активно ходить по своим тропам, а морозы ещё не становились такими, при которых трещат деревья и ломаются лыжи на жёстком насте. В тот год зима пришла тяжёлая. Снег валил почти без остановки две недели подряд. Лесные дороги быстро перемело, а старые просеки возле заброшенной деляны совсем исчезли под сугробами. Именно туда Андрей собирался идти. Когда-то на той деляне работал большой лесоучасток...