Мы из Сибири

Северные дороги редко бывают спокойными. Особенно зимой. В тайге всё зависит от погоды: утром ты ещё спокойно идёшь по укатанному зимнику, а через несколько часов уже не видишь дальше капота машины. Люди, которые работают на дальних участках, давно привыкли к этому. Здесь не спорят с природой — здесь стараются успеть раньше неё. Водитель вахтового автобуса Сергей Балахнин собирался в рейс ещё затемно. Старый «вахтовик» на базе «Урала» стоял возле гаража, покрытый инеем. Из трубы густо валил сизый дым, мотор тяжело урчал на морозе...

Он возвращается в избу уже в сумерках, когда лес вокруг становится глухим и плотным, будто сжимается в кольцо, и только снег под ногами тихо скрипит, а из трубы тянется ровная струя дыма, обещающая тепло внутри, он отворяет тяжёлую дверь плечом, стряхивает с себя иней, ставит ружьё в угол и первым делом идёт к печи, где ещё с утра оставлены угли под золой, и, раздув их, он подбрасывает поленья, слушая, как огонь сначала лениво, а потом всё увереннее начинает жадно облизывать сухую древесину, наполняя...

Артём сначала не придал этому значения, потому что в тайге всегда что-то звучит — то дерево треснет от мороза, то снег с крыши съедет, то ветка заденет стену, и если на каждую мелочь обращать внимание, можно с ума сойти ещё до середины зимы, и потому в первую ночь, когда он услышал этот глухой, ровный стук снаружи, он только повернулся на другой бок и закрыл глаза, решив, что это очередной случайный звук, который исчезнет сам по себе, но он не исчез, и на следующую ночь повторился снова, в то же...

Лето в австралийских степях приходит вместе с сухим ветром и палящей жарой. Трава быстро желтеет под солнцем, редкие деревья стоят неподвижно среди раскалённой земли, а горячий воздух дрожит над бескрайними равнинами. В такие месяцы степь кажется выжженной. Только ветер гонит пыль через сухие холмы. Только цикады звенят среди жары. И иногда на пепельной земле появляются лёгкие следы шакала. Местные фермеры знали одного старого шакала много лет. Худой. Рыжевато-серый. С тёмной полосой вдоль спины и рваным ухом...

Поздняя осень в тех местах всегда приходила тяжело. Днём над рекой висели низкие серые тучи, по берегам стояла мокрая пожухлая трава, а ночами холод пробирал даже через ватную куртку. Но настоящая перемена началась после ледяного дождя. С вечера по реке шёл мелкий колючий дождь вперемешку со снегом. Вода потемнела, течение стало тяжелее, а вдоль берега появилась первая шуга. Местные рыбаки только качали головами. — Всё, теперь до льда делать нечего. — Налим ещё не пошёл. — В такую сырость дома сидеть надо...