Маленькая девочка лет четырёх, может пяти, сидит в огромной железной чаше аттракциона «Гонки по вертикали» в Парке Горького. Рядом, совершенно счастливый, её отец. Мотоциклы разгоняются, набирают скорость, поднимаются на стенку, и тут девочка начинает кричать. Крик такой отчаянный, что зрители поворачиваются к мужчине и делают ему замечание: негоже, мол, водить ребёнка на такое опасное представление. Отец хватает дочь в охапку и бежит прочь. Но девочка продолжает рыдать на улице, дома, и утихомирить её не удаётся ещё долго...
Билет в СССР
Мариэтта Шагинян. "Вы угнетаете М. и бьёте её. Я люблю её. Я Вас вызываю..."
В Центральном доме литераторов шёл вечер. Гардеробщика не оказалось на месте, и писатель Новиков-Прибой, колоритный мужчина с пышными усами, сам повесил пальто на плечики, подкрутил усы и уже собрался было пройти в зал. В этот момент в гардероб влетела маленькая пожилая женщина, со слуховым аппаратом, в неизменных огромных очках. Она сунула Новикову-Прибою шубку, сверху бросила чаевые и упорхнула. Писатель, которого приняли за гардеробщика, стоял с чужой шубкой в руках и не знал, смеяться ему или обижаться...
"Наташа, отпусти меня". Дядя Володя из "Спокойной ночи, малыши!" 30 лет укладывал спать чужих детей, а своего дождался только в 62
Однажды в середине семидесятых диктор Центрального телевидения Ангелина Вовк шла по коридору Останкино и услышала за спиной знакомый голос. Владимир Ухин, дядя Володя, которого знала вся детвора Советского Союза, снова заговорил о своём: мол, попробуй вести «Спокушки», тебе понравится. Ангелина Михайловна отнекивалась, у неё и без того хватало работы в эфире. Ухин кивал, улыбался и не настаивал. А потом просто не пришёл на передачу. Редакция забегала, замахала руками, схватила Вовк и потащила в студию, к Хрюше и Степашке...
– Здравствуйте, сынок! – говорил Семён Михайлович Будённый, выходя из подъезда навстречу зятю
Михаил Державин к тому времени уже привык к этим утренним встречам на улице Грановского, где в одном доме жили маршалы, полководцы и опальные политики. Из соседнего подъезда мог показаться Климент Ефремович Ворошилов, почти уже ничего не видевший, но неизменно приветливый. За ним, бывало, проходил Константин Константинович Рокоссовский, красавец даже в опале. А Вячеслав Михайлович Молотов, необыкновенно вежливый, всегда обращался к молодому актёру на «вы». – Здравствуйте, – говорил Молотов, учтиво приподнимая шляпу...
Владимир Мунтян: "Что-то такое должно было случиться. Судьба меня как-то несла. Вот тебе, Володенька, и то, и это. Пожалуйста..."
Киев, 3 мая 1978 года. Весенний дождь заливал Красноармейскую улицу, и асфальт блестел, как каток. Белые «Жигули» неслись мимо троллейбусного парка, туда, где дорога уходила вниз, образуя коварную ложбинку. Опытные водители здесь всегда сбрасывали скорость, особенно в мокрую погоду. Но человек за рулём не притормозил. Машину закрутило, понесло боком, и правой стороной швырнуло на стоящий троллейбус. Удар пришёлся ровно туда, где сидела молодая пассажирка. Она погибла на месте. За рулём был Владимир...
