Рассказы с той стороны

Его взрослая жизнь пахнет остывшим кофе, тёплыми листами бумаги, вылезающими из принтера, и усталостью. Она состоит из дедлайнов, цифр в таблицах Excel и вежливых улыбок, адресованных людям, чьи имена он забывает через секунду после рукопожатия...

Лида привыкла жить по правилам, поэтому у неё всё было идеально: красный диплом филфака, безупречный пробор в волосах цвета воронова крыла, туфли-лодочки, которые никогда не натирают ноги, и жених — будущий юрист из хорошей семьи. Жениха звали Кирилл. От него пахло дорогим парфюмом с нотами кедра и ответственности. Его планы на жизнь были расписаны на пятилетку вперед, его улыбка была ровной, а костюм — идеально отглаженным. Посмотришь со стороны — и не найдёшь ни единого недостатка, глазу зацепиться не за что...

Нам было по семнадцать. Старая телефонная будка на окраине парка стала нашим домиком. Мы сидели на грязном полу, подобрав колени, курили одну сигарету на двоих и слушали ветер. Огни города сочились сквозь выбитое стекло красным и зеленым, превращая наши лица в маски уличных мимов. Сережа рисовал пальцем на запотевшем стекле мой профиль и читал мне Блока хриплым шепотом. — Знаешь, что я подумал, Алина? — вдруг спросил он, прижимаясь виском к холодной металлической стенке. — Эта будка — просто большая консервная банка, в которой будут храниться наши голоса...

Мы прятались от июльского ливня под навесом автобусной остановки. Вода била по ржавому железу так громко, что приходилось кричать, чтобы услышать друг друга. Лена смеялась, стряхивая капли с носа, и в свете тусклого фонаря ее лицо казалось вылепленным из теплого воска. Я протянул ей последнюю карамельку, липкую даже сквозь фантик. Она развернула ее зубами, не сводя с меня прозрачных глаз. — А если я завтра уеду? — вдруг спросила она, вроде как в шутку, и тут же наступила тишина. Дождь продолжал лить, как из ведра, но шума я уже не слышал...