Ал. Разумихин. Классика и классики

У всадницы Джованнины есть довольно любопытное, парадоксальное по сути, словесное сопровождение. Одни называли девушку на коне «летящим ангелом» и восхищались умением Брюллова передавать игру света. Другие называли амазонку Джованнину «девушкой с обложки» модного журнала и упрекали Брюллова в том, что своей «Всадницей» он заявил о себе как салонный художник, интересный только невзыскательной и пресыщенной публике. На их взгляд, картина получилась перенасыщенной и светом, и цветом, и фактурой. Переводя...

Написанная по просьбе или по совету Самойловой «Всадница» даёт возможность для ещё одного рассуждения — на тему, каков характер жанра произведения. Наверное, это ключевое понятие, позволяющее вникнуть в то, что автор задумал изобразить, о чём он хочет поведать своему зрителю, как он намерен смотреть на то, о чём задумал поведать. Надо признать, прежде чем нанести первый мазок кистью, художнику прежде всего необходимо самому себе ответить на эти вопросы. И напрасно думать, что жанр — это определённый вид произведения, будь оно живописное или литературное...

О героинях шедевра («Всадница») разговоры не смолкают по сей день. Проще с той, что младше — выскочившей на балкон девочкой с левреткой. Я не стану рассуждать о живом и шустром ребёнке, изображённом на холсте, об огромных её глазах, которые выражают не только динамизм физический, а и динамизм эмоциональный, о рискованном розовом, почти пудровом цвете платья, присущем скорее утончённой даме, о восторге, с каким малышка любуется наездницей. Скажу только — зовут её Амацилией. Она дочка композитора Джованни Пачини...

В том же 1832 году, опять же параллельно работе над картиной «Последний день Помпеи» Брюлловым написано ещё одно знаменитое полотно — «Всадница». Тут надо заметить, с названием картины не всё так просто. Во-первых, её так же иногда называют «Амазонка». Во-вторых, созданная в Милане, она до своего попадания в коллекцию П.М. Третьякова в 1893 году почти 60 лет гастролировала по Европе. И долгое время, исходя из того, что к рождению картины имела отношение графиня Самойлова (казалось бы чего больше:...

Для кого как, а для меня самое удивительное, что на протяжении стольких лет ему не надоедало писать одну и ту же «модель» — Самойлову. У него автопортретов значительно меньше, чем картин, где возникают черты облика графини. Что она удивительным образом отвечала его представлениям о женской красоте — понимаю. Поэтому портреты очаровательной графини и стали одними из лучших творений художника. Или он писал Юлию Павловну исключительно потому, что страстно любил её? Правда, в жизни она была несколько далека от идеала — и ветреная, и взбалмошная, и потворствующая малейшему своему капризу...

Карл Брюллов и впрямь писал портреты своей Музы, по какой-то причине и из каких-то только ему ведомых соображений, делая её центром различных картин, которых было куда больше двух. Но это всегда были особые виды портрета, будь то «квартет» изображений в «Последнем дне Помпеи» или непременно в группе с кем-то (как, впрочем, и в знаменитом историческом полотне). Начиналась же галерея полотен, на которых их создатель представлял свою пассию публике, и та приходила в восторг даже в тех случаях, когда...

С судьбой «Последнего дня Помпеи» связана ещё одна история, мимо которой я не посмел пройти мимо. Собственно широкую известность в России К.П. Брюллов получил благодаря большой литографии с картины. Потому что, понятно, сколько людей могли увидеть оригинал «Последнего дня Помпеи», выставленный в столице. И здесь Брюллову повезло. Впрочем, любителям живописи повезло не меньше. Литография отличалась замечательною верностью в передаче оригинала. Современники объясняли это тем, что автор литографии создавал свой рисунок в 1839 году непосредственно в Эрмитаже, где картина была выставлена...

Прослеживаются некоторые прямые связи между Карлом Брюлловым и Лермонтовым. Внимательный читатель отечественной классической прозы мог заметить, что Михаил Юрьевич упомянул «Последний день Помпеи» в незавершённом романе «Княгиня Лиговская», начатом им в 1836 году: «Если вы любите искусство, то я могу сказать весьма приятную новость: картина Брюллова «Последний день Помпеи» едет в Петербург. Про неё знала вся Италия, французы её разбранили». Судя по всему, Лермонтов явно знал об отзывах как минимум парижской прессы...

Николай I, волею случая ставший государем, полагал, что император вправе судить об искусстве, как обо всём прочем, ему подвластном. Собственно, он вызвал к себе художника, в адрес которого слово «гений» раздавалось со всех сторон, для вручения ему лаврового венка. Из рук самого Его Императорского Величия. Видимо, памятуя (чему его ещё Жуковский наставлял), что поэтов и художников, людей незаурядных, творческих, желательно привечать. Но то ли Карл Брюллов и впрямь подзадержался в пути. То ли настроение в день, когда художник предстал перед ним, было чем-то испорчено...

(императрица ) Пригласим в качестве пусть не судьи, а лишь консультанта-политолога (модная нынче специализация) аккуратного Модеста Андреевича Корфа (раз уж мы вспомнили его), которого никак нельзя назвать иначе, как убеждённым царедворцем. Попросим его прояснить, так кто же являлся на «маскерад» к Энгельгардту отдохнуть и развеяться, кто был большой охотник до маскарадных игр. Примерно в ту пору, 16 января 1839 года, он сделал запись в своём дневнике: «Элементы, из которых составляются все эти балы большого света, довольно трудно обнять какими-нибудь общими чертами...

(императрица Александра Фёдоровна) При жизни Лермонтова пьесе путь на сцену и к читателю был заказан*. Хотя в попытках пройти цензуру он корёжил текст и сделал несколько редакций. Всё оказалось безуспешно. * Впервые она опубликована с многочисленными купюрами в 1842 году; полный текст, без цензурной правки — в 1873 году. Но, как это всегда бывало, не обошлось без утечек. И так как в драме присутствовало много монологов, каждый из которых мог служить отдельным, целостным произведением, в списках...

Странное дело, непринуждённость, некая раскованность, непристойные скандалы, которые приписывались маскарадам у графини Самойловой и вызывали большое недовольство Николая I, никак не мешали ему смотреть сквозь пальцы на другие маскарады. Хотя, известно, что они устраивались часто и во многих частных светских домах. Почему? Вопрос тем более интересный, что он связан, как мне кажется, с процитированной фразой из книги М.И. Пыляева «Забытое прошлое окрестностей Петербурга», относящейся к Самойловой: «Лермонтов ей посвятил стихи, в которых она характеризована как нельзя вернее»...