Воспоминания о прошедшем или записки офицера ВОСО.

Весной 1982 года Ленинград был серым и промозглым, как всегда. Но для нас, курсантов группы 683, этот май выдался горячим — приближался выпуск, в головах шумел ветер будущих дорог. Сегодня, спустя десятилетия, я понимаю, что тот пасмурный день мы запомнили только потому, что сделали одну-единственную фотографию учебной группы в полном составе. Она была похожа на перекличку: никто не должен был уйти в небытие. Но, как водится, началось всё с ругани. — Я не пойду, — упёрся Валера Казущик — Фотография — это для девочек на танцах...

Екатеринбург, конец 2000-х. У меня был период, когда я плотно подсел на мир выставок собак. Снимал на рингах, где разыгрывались ранги CACIB и CAC. Дело дошло до того, что я даже напечатал небольшой альбом — свое портфолио, визитная карточка фотографа, которого знают в узких кругах. И надо сказать, востребованность была. Приглашали постоянно. Но чем глубже я погружался в эту тусовку, тем отчетливее понимал: это не просто выставка. Это отдельный, закрытый мирок. Со своими законами, королями и придворными...

Январь 2016 года выдался в Свердловской области на редкость снежным и морозным. Город Верхняя Пышма в это время обычно кажется суровым, монументальным, пропитанным запахом металла и остывших цехов. Но в тот выходной мы с женой решили устроить себе не просто прогулку, а настоящее путешествие во времени. Мы отправились в выставочный центр. Скажу честно: моя спутница была настроена скептически. Железо, двигатели, техника — это всегда было моей страстью, а не её. Но, как только мы переступили порог и я увидел первые экспонаты, время для меня остановилось...

2003 год. Мне сорок два. По нынешним меркам — расцвет сил, но тогда в глазах двадцатилетних «айтишников» я был если не древним стариком, то уж точно человеком из другого мира. Ирония судьбы заключалась в том, что я ехал на молодежный фестиваль интернет-проектов. Но организаторы рассуждали здраво: веб-мастером считался человек до 45 лет. Так что я попал в яблочко, проскочив в последний вагон. История началась с того, что жизнь резко сменила курс. После увольнения из Вооруженных Сил я уже не был военным, а учился жить по-новому...

Питерские парки прекрасны, но у каждого свой характер. Летний сад чопорно открывает ворота к десяти, ЦПКиО шумит до позднего вечера, Павловский встречает гостей ближе к полудню. А Гатчина — другое дело. Здесь парк распахивает калитки уже в шесть утра. Я поднялся затемно, пока город ещё спал тяжелым воскресным сном. Кофе наскоро, фотоаппарат на плечо — и на электричку. Сонный вагон качал меня полчаса, а на перроне уже чувствовалось приближение рассвета. Вхожу в парк — и время будто замедляется. Шесть утра...