Вне Сознания

Мария стояла посреди гостиной с рулеткой в руках и прикидывала, куда лучше поставить новый комод. Квартира Романа была небольшой — две комнаты, кухня, совмещённый санузел. Но для начала семейной жизни вполне подходила. Главное — это их собственное пространство, где можно создать настоящий дом. Роман работал до позднего вечера, поэтому всё свободное время Мария посвящала обустройству. Ей хотелось превратить холостяцкую берлогу во что-то уютное и тёплое. В углу валялись грязные носки, на диване лежала куртка, на кухонном столе стояла немытая посуда...

Екатерина сидела на кухне с чашкой остывшего чая и листала квитанции на телефоне. Опять. Снова эти переводы. Пять тысяч туда, три тысячи сюда. Все Людмиле Андреевне. Всё его матери. Екатерина даже не удивлялась больше, просто механически считала суммы в уме. За последние три месяца вышло почти тридцать тысяч. Тридцать! А ведь они копили на ремонт в ванной. Плитка отваливается, швы почернели, но ремонт откладывается раз за разом. Зато свекровь получает новый пылесос, дорогой крем для лица и ещё чёрт знает что...

Валентина Николаевна звонила в дверь длинно, настойчиво. Ольга открыла, вытирая мокрые руки о полотенце. Свекровь стояла на пороге с пакетами, улыбаясь широко. — Олечка, здравствуй! Пришла приглашение вручить лично. В субботу у меня мероприятие - день рождения тети Зины. Помнишь, я рассказывала? Ну та, что в Германии жила двадцать лет. Приедет специально. Надо устроить достойную встречу! Ольга кивнула. Конечно, помнила. Валентина Николаевна обожала праздники. Устраивала застолья по любому поводу...

Ирина стояла у окна, наблюдая, как вечернее солнце окрашивает небо в оранжевые и розовые оттенки. За окном шумел ветер, гоняя опавшие листья по двору. Октябрь в этом году выдался тёплым. Роман сидел на диване с ноутбуком, что-то печатал, периодически хмурясь. — Рома, — позвала Ира, не оборачиваясь. — Ты смотрел путёвки, которые я скинула? — Какие путёвки? — На Кипр. В ноябре. Я вчера отправляла тебе ссылки. Роман оторвался от экрана, почесал затылок. — А, да. Смотрел. Дороговато. — Семьдесят тысяч на двоих...

Анна сидела на кухне и смотрела в окно. За стеклом медленно темнело, включались фонари во дворе, а где-то внизу дети катались на качелях. Эта квартира была её — полностью, безоговорочно, со всеми документами, подписями и печатями. Купила пять лет назад, когда ещё работала в банке и копила каждый месяц, отказывая себе в развлечениях и путешествиях. Тогда казалось важным иметь своё жильё, своё пространство, где никто не скажет, что делать. Потом появился Константин. Высокий, спокойный, с приятной улыбкой...