Вне Сознания
— Мы посоветовались и решили, что квартиру нужно оформить на моего сына! — сказала свекровь в офисе
Анна раскладывала документы на кухонном столе, когда позвонили из нотариальной конторы и попросили подъехать за окончательными бумагами. Дальняя родственница по материнской линии, тётя Роза, с которой Анна переписывалась почти каждую неделю последние пятнадцать лет и раз в год ездила навестить в Ростов, оставила ей квартиру и небольшие сбережения. После продажи доставшегося жилья на счету образовалась сумма, которой хватало на хорошую квартиру в их городе — без кредита, без рассрочки, без единого займа у банка или родственников...
Сидишь дома и тратишь мои деньги! — возмущался муж. А потом узнал, кто все эти годы оплачивал ипотеку
Квартиру на Заречной Андрей купил в ипотеку задолго до знакомства с Викторией — однокомнатную, потом, спустя пару лет, обменянную с доплатой на двухкомнатную в том же районе, ближе к метро. Виктория переехала туда через год совместных отношений, когда стало окончательно ясно, что снимать отдельное жильё для двоих людей, живущих практически вместе каждый день, не имеет никакого смысла. С тех пор прошло уже почти шесть лет. Работала Виктория удалённо — веб-дизайнером в небольшом агентстве, бравшая параллельно частные заказы на разработку логотипов и фирменного стиля для бизнеса...
— Сначала заслужи место в семье, потом будешь рот открывать про квартиру, — холодно сказала свекровь
Чайник на этой кухне закипал долго — минуты три, не меньше. Катя успевала за это время протереть стол, расставить чашки, выглянуть в окно, где двор внизу медленно желтел к сентябрю. Большая квартира, светлая, с высокими потолками — о такой многие мечтают. Катя три года прожила в ней и так и не научилась называть её своей. Домом — да. Своим — нет. Разница тонкая, почти незаметная, но Катя её чувствовала каждое утро, когда наливала первую чашку чая и слышала, как в соседней комнате просыпается Лариса Павловна...
— Мой сын имеет право на эту квартиру! — заявила свекровь. — Тогда пусть сначала оплатит хотя бы половину ремонта, — усмехнулась невестка
Валентины Андреевны не стало в феврале, а завещание огласили только в апреле — старенький нотариус долго извинялся за задержку, ссылаясь на какие-то бюрократические тонкости с документами на дом в Тамбовской области. Анна тётю почти не помнила — виделись пару раз в детстве, потом семья разъехалась, связь потерялась, и когда позвонили из нотариальной конторы, первой реакцией было недоумение: почему именно ей, почему вообще ей, а не более близким родственникам. Оказалось — детей у тёти не было, а...

