Исторические дневники

Июньское солнце растопило снега на вершинах Балканских гор. В Сараево — городе, где муэдзины пели наравне с колоколами католических соборов, — пахло розовым маслом и порохом. По улице Франца Иосифа медленно двигался кортеж: эрцгерцог Франц Фердинанд в мундире с золотыми пуговицами, его жена София в кружевной шляпке. Она смеялась, поправляя перчатку. Её пальцы ещё не знали, что через час они будут сжимать руку умирающего мужа. Сараево, 1914 год: город, ставший часовой бомбой В толпе — десятки лиц. Среди них: — Василь Грабарь, слесарь, завербованный австрийской полицией. Он должен был стрелять в заговорщиков, но замер, увидев знакомого парня из соседнего квартала...

Они начали свой путь в небе, чтобы парить. Но вернулись с заданием убивать. 1911 год, Ливия. Итальянский пилот Джулио Гавотти, привязав к сиденью четыре гранаты, пролетает над турецкими позициями. Его «Этрих-Таубе» трясётся, как испуганная птица. Он выдергивает чеку зубами, бросает гранату вниз и крестится. Взрыв. Пыль. Крик: «Боже, что мы наделали?» — растворяется в гуле мотора. Это был первый шаг в эру бомбардировок — когда небо утратило свою святость. Изначально аэропланы использовали как глаза армии...

Представьте: август 1914 года. Галиция. Воздух дрожит от гула артиллерии, но где-то за холмом — иной звук. Лязг стали о сталь. Топот сотен копыт, переходящий в гром. Это не сражение армий — это поединок двух стихий. Казаки, вольные как степной ветер, против драгун, закованных в дисциплину, как в латы. Они кружат, сходятся, расходятся — словно хищники в смертельном танце. Кто выживет? Тот, кто первым поймёт: здесь нет правил. Только клинок, конь и ярость.   — Так писал в дневнике казачий сотник Федор Калинин...

Представьте: январь 1915-го. Морозный рассвет под Варшавой. Немецкие окопы — тишина. Не слышно даже привычного щелканья затворов. Русские разведчики, прильнув к биноклям, шепчут: «Спит гадюка». Но вдруг — шипение. Из вражеских траншей выползают не снаряды, а... облака. Жёлто-зелёные, тяжёлые, как грех. Они ползут по мерзлой земле, обтекают проволочные заграждения, заполняют русские окопы. «Газ!» — кто-то кричит. Но куда бежать? Противогазов нет. Их просто *не существует* в природе.   Это не сцена из фильма ужасов...

Окопная война – это не только пулемёты, артиллерия и газовые атаки. Иногда изобретательность солдат рождала оружие, которое не описывали в уставах. Представьте себе, что на вас несётся рой разъярённых пчёл, а бежать некуда. Впереди колючая проволока, позади пулемётные гнёзда. Именно так немцы пытались сломить дух врага. Когда мирные труженицы ульев, превращались в биологическое оружие.   Эта идея родилась не на пустом месте. Люди давно знали, что пчелиные рои – страшная сила. В Средневековье осаждённые города сбрасывали на врагов ульи, чтобы создать хаос...