Экономим вместе

- Моя жизнь дороже, чем его. - Мальчик уходил под воду, а миллиардер сжимал ключи от машины и не мог прыгнуть. Он стоял на берегу и смотрел, как тонет чужой ребёнок — и выбирал между жизнью и деньгами Особняк Дмитрия Корсакова стоял на Рублёвке — три этажа, мрамор, хрусталь, коллекционные картины на стенах. В гараже — шесть машин, в бассейне — хлорированная вода, в холодильнике — еда, которую никто не ел. Дом, в котором не было жизни. Было богатство. Была тишина. Была пустота, которую он заполнял работой двадцать лет подряд...

— Не надо. На похороны оставь, если раньше меня умрёшь. А жить буду я на свою пенсию. Мне не нужно. — Но я же живу у тебя... Деньги от суда пришли через месяц. Светлана смотрела на уведомление о переводе — два миллиона рублей. Числа на экране телефона казались нереальными, как будто это был не её счёт, не её жизнь. Она перечитала пять раз. Потом позвонила адвокату. — Это правда? — спросила тихо. — Они действительно перевели? — Правда, — ответила адвокат. — Андрей не стал тянуть. Видимо, понял, что проиграл...

— Ужасно, — Катя всхлипнула. — Мам, она ужасная. — Кто? — Ну эта. Алёна. Новая мама. Прошло четыре месяца. Светлана больше не считала дни — она жила. Утром — скандинавская ходьба в парке, потом душ, завтрак с матерью (без пива, без сигарет, только зелёный чай и творог). Днём — курсы дизайна интерьеров онлайн, бесплатные, на которые её записала Ирина Викторовна. Вечером — рисование, иногда слёзы, иногда тихий смех с Ниной по телефону. Она похудела на восемь килограммов. Волосы отросли, она покрасила их снова — уже в русый с пепельным оттенком, чуть дороже, мать одолжила денег...

— Кого принесло на ночь глядя ещё? — ворчала она, открывая. — Мама, я, — Светлана переступила порог, поставила чемодан. — К тебе... Хрущёвка на Речной улице пахла кошками, старыми коврами и нафталином. Дом 15, квартира 7 — Светлана выросла здесь, на третьем этаже, с видом на гаражи и тополя. Здесь всё было маленьким — две комнатушки, кухня четыре шага, ванная, где помещался только таз. Она выросла, выскочила замуж, ушла в большую квартиру, вернулась обратно — с чемоданом на сломанном колесе и двумя синими пакетами...

— Знакомьтесь, это Алёна, она будет жить с нами — и мать застыла в халате. Муж привёл девятнадцатилетнюю в дом, а дети сказали матери «Ты никто, ты старая» Квартира на юго-западе, три спальни, большая гостиная, кухня с итальянской мебелью. Светлана купила эту мебель десять лет назад, когда Андрей получил повышение. Она выбирала каждый стул, каждую люстру, обои в коридоре. Думала — навсегда. Думала — семейное гнездо, в котором состарятся вместе. Встретят серебряную свадьбу, золотую. Внуков будут качать...

— Да пошла ты вон, никчёмная баба! Вон из моего дома! Голос Андрея ударил в уши так, словно кто-то разбил стеклянную банку о кафельный пол. Вера замерла на пороге прихожей, всё ещё сжимая в онемевших пальцах полиэтиленовый пакет, из которого предательски вываливалась картошка — одна, вторая, третья, они катились по линолеуму, оставляя грязные разводы от талого снега. Она только что вернулась из «Пятёрочки», за полтора километра от дома, потому что автобусы в этом промышленном районе ходили через раз, а Андрей названивал каждые пять минут с требованием принести ему пива и сигарет...

Утро началось с того, что Елена вышла на кухню и увидела Андрея — он сидел за столом, пил кофе и делал вид, что ничего не случилось. Его лицо было спокойным, даже скучающим, как будто вчерашнее разоблачение было просто мелкой ссорой, которую можно замять. — Доброе утро, — сказал он, не поднимая глаз. — Доброе, — ответила Елена, садясь напротив. — Ты собрал вещи? — Какие вещи? — он поднял глаза. В них было притворное удивление. — Твои. Ты съезжаешь сегодня. — Лена, не начинай, — он поморщился. — Вчера были эмоции...

— «Любовницы миллионеров. Запретная страсть» — опять этот роман у всех на устах. Интересно, кто его написал? А Ваня цветы принёс. Какой он у меня заботливый... Татьяна сидела за кухонным столом, сжимая в руках старенький телефон с треснутым экраном. На подоконнике красовалась ваза с алыми розами — первый подарок от мужа за последние три года. Три года, чёрт возьми. Цветы были свежими, даже капли росы на лепестках блестели в свете утреннего солнца. Трубы завода «Химволокно» за окном дымили в предрассветной мгле, но теперь Татьяна почти не замечала этого уродства...

Муж обвинил её в измене, его мать клялась, что видела любовника и как она целовалась с другим Квартира Олега и Нади была большой — четыре комнаты, евроремонт, тёплые полы, итальянская кухня. Всё, о чём можно мечтать. Вера в идеальную семью. Вера в то, что стены родные, а кровь всегда поможет. Но стены были родными только до тех пор, пока кто-то не решил, что ты чужая. Был субботний вечер. Надя накрыла ужин — борщ, котлеты, пюре. Старшая дочка Алина, семь лет, помогала раскладывать тарелки. Младший сын Лёня, пять лет, сидел на коленях у отца и рассказывал, как сегодня в садике кормил хомячка...

Как бросила я? Лет семь уже назад я лежала в больнице. Мне позвонил тогда еще будущий муж и стал настаивать, чтобы я бросила курить. Не подумайте, у меня не диагностировали рак. Нет-нет. Лежала я с другим...

— Их три! Три! Кожаная, замшевая и та, которую я привезла из Парижа. Кто? Кто это сделал? Елена стояла посреди спальни, вцепившись в дверцу встроенного шкафа, и смотрела на пустую полку. Ещё вчера там лежали её сумки. Три. Вернее, тридцать три — всего у неё было тридцать три сумки, это был её маленький каприз, её слабость, её страсть. Но три из них были особенными. Кожаная — тёмно-бордовая, с позолоченными заклёпками, которую она купила на свой тридцатипятилетие. Замшевая — нежно-бежевая, с бахромой и деревянными бусинами, подарок мужа на годовщину свадьбы...

— Тётя Клава, почему у вас в сумке три паспорта, две тысячи евро и кольцо с бриллиантом, похожее на то, что украли из музея? Лена стояла в прихожей, держа в руках потрёпанную кожаную сумку, которую домработница забыла на тумбочке. Руки её дрожали. Голос тоже дрожал — от страха, от непонимания, от того, что год её спокойной жизни только что рассыпался в пыль. Она не хотела заглядывать в чужую сумку. Она вообще была человеком, который уважает личные границы. Но сумка упала с тумбочки, когда мимо пробегал кот Борис, и вещи рассыпались по полу...