- Ты умрёшь, если женишься на ней, - Цыганка шепнула жениху на свадьбе. Ха-ха-ха

Она продала себя, чтобы спасти мать. Мать выбрала смерть, чтобы не жить ценой дочери. Он купил её, как вещь, за миллионы. А через год просил жизни Керима выписали из больницы через две недели. Алина стояла у окна в своей комнате и смотрела, как машина подъезжает к особняку. Из неё вышел человек, которого она едва узнала. Керим похудел ещё сильнее, сгорбился, двигался медленно, с трудом. Дорогой костюм висел на нём мешком. — Хозяйка, — в дверь постучала прислуга. — Керим Хасанович приехал. Спрашивает, можно ли ему войти...

— Мама, я нашла деньги, — сказала она за час до свадьбы. — Поздно, доченька», — ответил голос из трубки. — Ты скоро умрёшь, если женишься на ней, — на свадьбе никто не видел старуху в чёрном. Только жених. Она шепнула ему проклятие и исчезла Алина вошла в палату и сразу поняла — что-то изменилось. Керим лежал ещё бледнее, чем вчера. Кожа приобрела землистый оттенок, глаза запали ещё глубже, дыхание стало прерывистым, с хрипами. Он почти не двигался. — Ты пришла, — прошептал он, увидев её. Голос был едва слышен...

— Это моё проклятие. Ты заплатишь за каждую её слезу, — сказала старуха цыганка и растаяла в воздухе. Он усмехнулся. А через месяц начал считать дни. Врачи до сих пор не понимают, от чего он умирает. На свадьбе была лишняя гостья. Её видел только жених. И эта встреча стала для него последней — Вы уверены, что ничего не находите? — Алина стояла в коридоре больницы, сжимая в руках результаты анализов. Врач развёл руками. — Мы провели все возможные исследования. МРТ, КТ, анализы крови, биопсию. Никаких отклонений...

— За её слёзы, за её мать, за всё, что ты сделал, — прошептала старуха и исчезла в толпе гостей. Цыганка на свадьбе сказала ему только эти слова. Никто их не слышал, кроме него. Через полгода он исчезал на глазах Алина открыла глаза и несколько секунд не понимала, где находится. Потолок был не её. Высокий, лепной, с хрустальной люстрой. Запах был не её. Дорогой парфюм, кожа, дерево. Простыни были не её. Шёлк, холодный и гладкий. Всё это было не её... Она повернула голову. Рядом на подушке лежал муж, Керим...

— Ты продала себя? — спросила мать, увидев его. — Ради тебя, — ответила дочь. — Тогда я не хочу жить — Но. Мама, я нашла деньги, — сказала она за час до свадьбы Телефон вибрировал в кармане. — Алло? — прошептала она. — Алина, — голос Керима был спокойным и деловым. — Через два часа ЗАГС. Ты готова? — Да, — ответила она. — Буду. Она посмотрела на мать. Та спала, тяжело дыша. Монитор пищал ровно, но Алина знала: каждая минута может стать последней. — Мамочка, — прошептала она. — Я сейчас уйду. Но я вернусь...

— Деньги будут после свадьбы, — повторял он. — Ты выйдешь за меня? — спросил старик. — Мама будет жить? — спросила она. — Если успеем, делай что я хочу, — усмехнулся он Утром Алина прогоняя остатки сна твердила: — Керим, гадина, ну когда же ты переведёшь деньги... Алина открыла глаза и сразу потянулась к телефону. Банковское приложение открылось мучительно медленно. 15 340 рублей. Она смотрела на экран, надеясь, что цифры изменятся. Что это просто ошибка. Что сейчас придёт уведомление о зачислении...