Денис Громвель | Писатель

Я выставил руки перед собой, как будто это могло меня спасти. Ноги подкосились от зловонного дыхания, но глаза не хотели закрываться, не мог отвести взгляд от мерзкого чудовища, что нависло надо мной. Сердце колотись с такой силой, будто хотело вырваться из груди, сбежать подальше и спрятаться в укромном месте, как инопланетное существо в фильме про команду корабля «Ностромо». Мне казалось, что вот вот длинная, кривая лапа со скрюченными пальцами сожмет мою голову с такой силой, что череп треснет как спелый арбуз...

Сегодня Филинсбург дарил жителям прекрасную погоду — холодный ветер пронизывал до костей и вырывал зонтики из рук случайных прохожих, а дождь веселыми струями не только бил в лицо, но и заливал тротуары, переполняя водой городскую канализацию. Никакой обещанной теплой осенней ночи с туманом, обволакивающим улицы, фонари и дома, не было и в помине. Опять в новостях соврали, никогда такого не было и вот опять. Единственным островком веселья и тепла в нашем районе, был бар «Лисьи уши», что притаился в одном из кривых переулков набережной реки Щученки...

Из-под моста вынырнула лысая голова без носа, из огромной влажной пасти торчала сотня острых зубов. Леша не успел испугаться, как длинная гибкая рука, со скрюченными пальцами метнулась к его голове. Не прошло и десяти секунд — всё было кончено. Если бы вы провели в Чернодольске больше 15 минут, то поняли одну простую вещь: этот город уже мертв. Дороги петляют между дворов, подъездов, заброшенных деревянных построек, упираются в покосившиеся ржавые заборы или просто теряются в чаще леса или горах, которыми окружен городок...

Бывают же у людей проблемы. Скучные, обыденные. У боярского сына Ивана проблема была иного рода. Сидел он в самой что ни на есть настоящей бамбуковой клетке, подвешенной где-то под потолками невесть какой заморской страны под названием Япония. А виной всему был его неукротимый нрав и боевой сокол по имени Гром. Дело было так. Послал царь Иван Васильевич посольство к здешнему правителю, сёгуну Токугаве, дабы наладить отношения и удивить заморского владыку диковинками. Иван в составе посольства был...

Я прибыл в маленький городок Гнилое Поречье поздней осенью, движимый долгом и тягостным любопытством. Мой двоюродный дядя, Анатолий Петров, некогда уважаемый в Архангельске ихтиолог, последние пятнадцать лет прожил в этом богом забытом уголке, одержимый маниакальным изучением местной фауны. Его последние письма, исполненные всё нарастающего безумия, заставили мою семью опасаться за его рассудок. На мне, как на ближайшем родственнике, лежала обязанность навестить его и, если потребуется, уговорить вернуться в цивилизованный мир...