Авиаразбор | Артём Гилямов

21 декабря 1988 года. Аэропорт Хитроу, Лондон. Предрождественская суета - кто-то спешит успеть на праздники, кто-то возвращается домой после долгих месяцев разлуки. Рейс PA103 "Лондон - Нью-Йорк". Boeing 747 с романтичным именем "Clipper Maid of the Seas" - "Клипер - Дева морей". На борту 259 человек. Экипаж опытный. Погода хорошая. Всё, как обычно. Через 38 минут после взлёта самолёт исчез с экранов радаров. Это не была катастрофа в привычном понимании. Не отказ техники, не ошибка пилотов. Это был теракт - холодный, расчётливый, политический...

Знаете, иногда самые громкие скандалы начинаются с мелочи. С какой-то бюрократической нестыковки, которую можно было решить за пять минут. Но вместо этого всё идёт по наклонной - и уже не остановить. 9 апреля 2017 года в чикагском аэропорту О'Хара никто не думал, что обычный рейс до Луисвилла войдёт в учебники по антикризисному управлению. Что видео оттуда облетит весь мир быстрее, чем сам самолёт долетит до пункта назначения. И что одна авиакомпания за несколько дней потеряет полтора миллиарда долларов капитализации...

Четвёртого октября 2005-го, где-то над водами Персидского залива между Бахрейном и Кувейтом, летел здоровенный вертолёт MH-53E Sea Dragon. Штука размером с двухэтажный дом, три мотора, лопасти в семь метров. Обычный учебный вылет - ничего особенного, экипаж делал такое сто раз. А через несколько минут один парень из экипажа выпадет в море с высоты 38 метров. Не подстрелили. Не техника отказала. Даже погода была нормальная. Он просто решил побыть Суперменом - буквально. Вытянул руки, повис на ремне у открытой двери, полетел...

112 метров. Вдумайтесь - это высота 30-этажного дома. А Boeing 777 в этот момент висел в воздухе с задранным носом, теряя скорость и высоту. Самолёт трясло так, что пассажиры вцепились в подлокотники. Кто-то молился. Кто-то просто закрыл глаза и ждал. А в кабине творилось что-то невообразимое. Командир со всей силы давил штурвал вперёд - пытался опустить нос. Второй пилот точно так же тянул назад - пытался поднять. Каждый делал прямо противоположное. И знаете, что самое страшное? Ни один из них не знал, что творит коллега...

Он лежит на взлётной полосе крупнейшего аэропорта Европы. Вокруг - голоса, сирены, люди в униформе склоняются над ним. Он не помнит последние 11 часов. Последнее, что всплывает в памяти - рёв турбин, невыносимый холод, голос друга: "Да, у нас получилось!" Затем - темнота. Он провел 11 часов в нише шасси Boeing 747, летящего на высоте 11 тысяч метров при температуре минус 60 градусов. Без кислорода. Без защиты. Привязавшись электрическим кабелем к огромной машине, несущейся со скоростью 900 километров в час...

Двадцать пятое февраля 2009-го. Амстердам встречает обычным для себя серым утром - низкие облака, моросящий дождик, ветер с Северного моря. В Схипхоле, который считается одним из самых напряжённых аэропортов Европы, идёт привычная утренняя суета. Сотни рейсов, тысячи пассажиров, десятки диспетчеров за мониторами. А где-то в небе над Нидерландами к посадке готовится турецкий Boeing. Рейс 1951 из Стамбула. На борту сто тридцать пять душ - кто-то возвращается домой после командировки, кто-то летит в гости к родственникам, кто-то просто путешествует...

Экипаж шутил о политике и планах на выходные. Монотонный гул турбин убаюкивал. Пассажиры дремали под шум кондиционеров или смотрели в иллюминаторы на бескрайнюю африканскую саванну - рыжую, выжженную солнцем, бесконечную. Embraer 190 плавно резал разреженный воздух на высоте 11 600 метров. Всё шло по плану. Всё было спокойно. Но через час после взлёта в кабине что-то изменилось. Сначала - тишина. Странная, густая, неправильная. Потом - стук. Один. Второй. Третий. Всё громче, отчаяннее, безнадёжнее...

Семнадцать минут. Именно столько оставалось до конца смены у диспетчера аэропорта Нарьян-Мар. Обычный зимний вечер - сумерки сгущались над заснеженной тундрой, дымка скрывала горизонт, видимость едва дотягивала до километра. На взлетной полосе санитарный вертолет завершал разворот. В салоне семь больных ждали, когда их доставят в окружную больницу. Еще минута - и полоса освободится. В наушниках второго диспетчера - того, что работал по военной линии - раздавался спокойный голос командира Ан-12. Самолет заходил на посадку с грузом товаров для местных предпринимателей...

31 января 2003 года. Четыре двигателя советского грузовика Ил-76 рвут тропический воздух над Восточным Тимором. В грузовом отсеке - 31 тонна телекоммуникационного оборудования для португальской компании. Легальный груз. Легальный рейс. Все документы в порядке. Через 12 минут экипаж из шести человек будет мертв. А расследование австралийского транспортного управления откроет дверь в мир, о котором предпочитают молчать. Мир, где самолеты меняют регистрацию чаще, чем вы меняете одежду. Где компании существуют только на бумаге...

Иногда между обычной пятницей и трагедией - всего несколько секунд. 10 августа 2018 года, тёплым летним вечером, на перроне аэропорта Сиэтл-Такома стоял пустой турбовинтовой лайнер Bombardier Q400. Белый борт с красно-синими полосами Horizon Air, прилетевший днём из канадской Виктории. Его не ждали обратно в воздух до следующего утра - только плановое обслуживание, дозаправка, ночёвка на стоянке. Но в 19:32 этот Q400, двухмоторный 76-местный самолёт, взревел двигателями и взлетел с полосы 16C. За штурвалом не было пилотов...

16 февраля 1998 года, вечер. Пассажиры рейса 676 из Бали в Тайбэй уже предвкушали встречу с родными. Впереди маячили огни аэропорта Чан Кайши, за иллюминаторами стелился дождь. В салоне царило привычное предпосадочное оживление - кто-то проверял часы, кто-то доставал телефон, чтобы позвонить близким после приземления. Самолёт шёл на посадку. Обычная процедура, которую экипаж China Airlines выполнял сотни раз. Но через четыре минуты Airbus A300 разобьётся о жилые дома в двух километрах от полосы, унеся 202 жизни...

11 декабря 1994 года. Манильский аэропорт имени Ниноя Акино. Пассажиры рейса Philippine Airlines 434 рассаживаются по местам в Boeing 747-283B - настоящем воздушном гиганте. Предстоит обычный международный маршрут через Токио, потом Сеул, затем обратно в Манилу. Рутина. В кресле 26K, у окна, сидит невысокий мужчина лет двадцати семи. Ничего примечательного - обычный транзитный пассажир в неприметной одежде. Никто не догадывается, что это Рамзи Юсеф, один из организаторов взрыва башен ВТЦ в 1993-м...