Этой заметкой я хочу начать серию публикаций, посвященных современной необычной музыке. Мы все прекрасно знаем, что есть поп-музыка, рок, джаз, блюз, фанк, метал и прочие более-менее значимые жанры музыки. Но помимо них, в этом огромном поле существуют микрожанры: какие-то из них выделились из чего-то более значимого и стали дальше существовать автономно, а другие появились благодаря случайности. Эти микрожанры порой настолько необычны, что приходится подбирать слова, чтобы их описать. Но самим фактом своего существования они показывают, насколько необычен мир современной музыки.
И разговор я хочу начать с жанра, который вдохновлен не звуком, а тишиной. Ведь есть жанры, которые штурмуют чарты громкостью и энергией, а есть lowercase — экспериментальное направление, построенное на прямо противоположном принципе: чем тише, тем лучше. Само название "лоуеркейс"("строчные буквы") отсылает к маленьким буквам — никакой громкости, никакого крика, только едва уловимые звуковые детали, на которые в обычной жизни никто не обращает внимания.
Термин популяризировал американский художник Стив Роден в начале века во время работы над своим проектом «Forms of Paper» (2001) — звуковой инсталляцией, в которой использовались усиленные с помощью микрофонов записанные манипуляции с бумагой внутри библиотечного пространства.
Сама идея, впрочем, выросла не на пустом месте: среди (часто едва слышных) предшественников жанра — классик авангарда Мортон Фелдман, эксперименты Джона Кейджа с тишиной и "конкретная музыка". Параллельно в Европе развивалось схожее направление микросаунда — например, в работах немецкого композитора Бернхарда Гюнтера, а в Японии формировалась собственная сцена онкё, и все эти течения постепенно сходились в одной точке.
Музыка lowercase обычно строится на сочетании полевых записей, найденных звуков и предельного минимализма — задача не развлечь слушателя, а заставить его вслушиваться. Многие записи жанра нужно проигрывать на очень низкой громкости — настолько, что звуки сливаются с акустической средой самого слушателя, превращая прослушивание в упражнение в активном внимании, где приходится буквально вылавливать звук из тишины, а не получать его в готовом виде. Среди ключевых фигур и лейблов жанра — электронный музыкант Тейлор Дюпре и его влиятельный лейбл 12k, а также минималист Ричард Чартье со своим лейблом LINE; их совместный альбом «spec.» (1999) часто называют одной из показательных работ направления — это нечто вроде минимализма, у которого практически нет громкости.
Жанр тесно переплетён с микросаундом — соседней эстетикой, сфокусированной на звуке предельно малых временных масштабов, буквально на миллисекундах. Вместо привычных мелодий и ритмов микросаунд выдвигает на первый план саму текстуру и морфологию звука — щелчки, обрезки, синусоидальные всплески, статику и едва уловимый звуковой узор, обработанные с почти хирургической точностью. Эта родственная эстетика серьёзно повлияла на лоуэркейс — оттуда жанр заимствовал внимание к цифровым артефактам, остаточному шуму и ошибкам обработки сигнала как полноценному музыкальному материалу.
Здесь нет мелодий, гармоний или ритма. Тогда и задаешься вопросом: это музыка? А что такое музыка? Впрочем, лоуэркейс обзавелся своей фан-базой, гарантирующей, что эти эксперименты не окажутся на задворках истории. Безусловно, дискуссионность ценности таких произведений будет возникать, но современный музыкальный мир давно стремится разрушить старые правила.
Лоуэркейс существует порой не как результат концертного исполнения, а как сопровождение на выставках, инсталляциях, перформансах. Это - часть современного визуального искусства, музейных и галерейных практик. Область, которая не реагирует на скепсис массового зрителя, продолжая собственный поиск. Иногда даже именитые музыканты решаются на создание такого сопровождения. Например, певец Дэвид Сильвиан, давно отошедший от привычной музыки, еще лет двадцать назад создавал саундтреки к выставкам, и эстетически это очень близко.
Несмотря на крайнюю нишевость, lowercase оставил заметный след в более широком ландшафте экспериментальной электроники. Лейблы вроде Raster-Noton, Mille Plateaux и 12k стали центрами притяжения для музыкантов, работающих с разреженными структурами и звуковым дизайном лабораторного уровня, а сама эстетика лоуэркейс-слушания повлияла на онкё-минимализм, отдельные направления эмбиента и минимал-техно, а также на звуковое искусство в целом. Жанр никогда не претендовал на массовую популярность — но именно в этом, кажется, и заключалась его главная идея: музыка, которая требует не послушать её фоном, а действительно остановиться и прислушаться.
Добро пожаловать! Буду рад лайкам, комментариям и подписке!