Едва стартовый гул генераторов стал тише, сменившись ровным, монотонным жужжанием, Шрам резко замер. Наемник поднял руку, призывая отряд к абсолютной тишине. Гвоздь перестал щелкать тумблерами, а Кремень плавно опустил ствол пулемета. Из глубины бетонного пола донеслись странные, ритмичные звуки. Это был не треск проводки и не шорох в вентиляции. Глухие, тяжелые удары с равным интервалом сотрясали сами стены Лаборатории Х-5. Шрам сделал несколько шагов по щитовой, напряженно вслушиваясь, а затем опустился на одно колено и приложил ухо прямо к холодному бетону. Спустя пару секунд он поднялся, его шрамы на лице сурово заострились. — Хмурый, иди-ка сюда. Послушай, — хрипло подозвал наемник. Старик подошел, присел на корточки и положил ладонь на пол. Земля под рукой едва заметно, но ощутимо вздрогнула. Стук. Пауза. Еще стук. С потолка щитовой тонкой струйкой посыпалась вековая пыль. Хмурый медленно поднялся, его лицо потемнело, а пальцы крепче сжали цевье Калаша. — Знакомый почерк, — глухо