Кубельвиль

«Шли мы как-то по Припяти. Ты же знаешь эти места: многоэтажки смотрят на тебя пустыми глазницами окон, а за каждым углом может сидеть либо снайпер "Монолита", либо стая снорков. Нас было трое: я, напарник мой Косой и техник по кличке Фикс. Запасы еды подходили к концу, и Фикс вспомнил, что в одном из гастрономов на первом этаже, за кинотеатром "Прометей", ребята раньше оставляли тайник в вентиляции. Мы решили рискнуть. Заходим в гастроном. Внутри — стандартный "сталкерский" пейзаж: перевернутые прилавки, битая плитка, скелеты в комбезах...

Эта история — о том, почему в Зоне никогда нельзя оборачиваться на свист. Сталкеры называют это явление «Ложной тенью». «Случилось это на окраине Затона. Шли мы с напарником, Витькой-Шурупом, к старой барже. День был солнечный, что для Зоны редкость, аномалии молчали, и мы расслабились. Идем, болтаем о том, как хабар выгодно Бармену сдадим. Вдруг слышу — сзади короткий, заливистый свист. Так обычно сталкеры друг друга подзывают, чтобы голос не надрывать. Витька обернулся: — Кто там? Свои? Смотрим — метрах в пятидесяти за нами сталкер идет...

Эта история — о самом странном явлении на окраинах Припяти, которое сталкеры называют «Городом-эхом». «Был в моей группе парень, Крот. Тихий такой, всё блокнотик с собой таскал, зарисовки делал. Как-то раз зажали нас военные у старого путепровода, пришлось уходить вглубь застройки, в те районы, куда даже "Монолит" редко заглядывает. Забились мы в старую пятиэтажку, затаились. Ночь на дворе, луна над мёртвым городом висит ядовито-жёлтая. И вдруг Крот дёргает меня за рукав: — Слышишь? Я прислушался...

Эта история о том, почему в Зоне не стоит доверять даже собственному ПДА. Сталкеры называют это «Мёртвым сигналом». «Шли мы как-то по окраинам Лиманска. Группа была крепкая: я, техник по кличке Паяльник и наш проводник — Угрюмый. Ночь, кругом тишина такая, что слышно, как кровь в ушах шумит. Вдруг у Паяльника ПДА пискнул. Сообщение в общем канале: "Ребята, застрял в подвале гастронома. Ногу придавило плитой, аптечек нет. Кто рядом, помогите, в долгу не останусь. Позывной — Левша". Мы переглянулись...

Эта история — о самом странном объекте в Зоне, который называют «Вечным костром». «Шли мы как-то по окраине Тёмной лощины. Места там дикие: скалы, глубокие овраги, и за каждым деревом может кровосос прятаться. Ночь застала нас в глубоком каньоне. И тут мой напарник, Гвоздь, замечает впереди огонёк. Подходим осторожно, стволы наготове. Глядим — на небольшой поляне горит костёр. И не просто горит, а как-то... идеально. Поленья ровно сложены, пламя высокое, чистое, искры вверх уходят и в воздухе замирают, будто звёзды новые зажигают...

Эта история о самом странном явлении в Зоне, которое сталкеры называют «Автобусом в никуда». «Случилось это на окраине "Янтаря", недалеко от завода. Шли мы группой — я, опытный проводник Топор и двое новичков. День был паршивый: туман такой, что приборы сходили с ума, а счётчик Гейгера трещал, не умолкая. Вдруг из тумана выплывают очертания старого ржавого автобуса "ПАЗ". Стоит прямо посреди дороги, двери открыты, фары тускло горят. Но самое странное — внутри свет горит, тёплый такой, уютный. И из открытых окон доносится музыка...

Эта история о том, почему в Зоне никогда нельзя поднимать вещи, которые выглядят «слишком новыми». Сталкеры называют это «Подарком контролёра». «Случилось это на окраине Лиманска. Группа из трёх человек — опытный Хмурый, техник Шуруп и молодой парень Лёха — забрели в старый двухэтажный дом, чтобы переждать выброс. Лёха, так как был самым любопытным, полез проверять шкафы на кухне. И вдруг радостный крик: — Глядите, мужики! Совсем свежий! Он вытаскивает из шкафа новенький, запечатанный в заводскую пленку армейский сухпаек...

Эта история — легенда о «Золотой пуле». Её рассказывают тем, кто слишком сильно верит в свою удачу и забывает, что у Зоны на каждого свой план. «Был такой сталкер по кличке Везунчик. Прозвище своё он оправдывал на все сто: из любой заварухи выходил без царапины, артефакты находил там, где другие по три раза проходили и ничего не видели. И была у него странность — он всегда носил в нагрудном кармане одну-единственную пулю. Блестящую, будто из чистого золота отлитую. Сам он говорил, что это его талисман...

Эта история — о том, что в Зоне даже самая обычная вещь может оказаться смертельной ловушкой. Сталкеры называют это «Близнецом». «Дело было на Армейских складах. Шли два брата, близнецы — Сашка и Пашка. Ребята опытные, сработавшиеся, друг друга без слов понимали. Забрели они в небольшую деревушку, что в низине стоит, — искали там один редкий тайник в печном дымоходе. В одном из домов Пашка задерживается в сенях, а Сашка проходит в комнату. Вдруг крик: — Саш, ты чего? Зачем ствол наставил? Сашка вбегает в комнату и столбенеет...

Эта история из тех, что рассказывают только самым близким, когда водка в бутылке почти на донышке, а за окном — непроглядная чернота. О «Потерянной частоте». «Случилось это с моим знакомым, радистом по кличке Эфир. Парень был помешан на радиоволнах: вечно таскал с собой кучу антенн, подкручивал ПДА, ловил какие-то сигналы, которые обычный сталкер и не услышит. Сидели они как-то группой на заброшенном хуторе в Тёмной долине. Ночь, дождь стеной, из развлечений — только треск костра да шум помех в рации...

Эта история ходит среди проводников, которые водят группы через Рыжий лес. В Зоне говорят: «Не верь глазам своим, верь только дозиметру», но иногда и он бессилен. «Шли мы как-то группой — четверо опытных и один "денежный мешок", ученый из заграницы. Шли тихо, обходя каждую подозрительную кочку. Вдруг наш датчик движения пискнул. Один раз, коротко. Смотрим — впереди, у старой поваленной сосны, стоит сталкер. Одет в старый "Сева", шлем мутный, не разглядеть лица. Но стоит странно: рука поднята, будто он нам машет, мол, "сюда идите, здесь проход"...

В Зоне не всегда нужно бояться того, что рычит или стреляет. Иногда самое жуткое происходит в полной тишине. Слушай. Эту историю рассказал старый долговец на Янтаре, когда мы ждали, пока Сахаров настроит наши пси-шлемы. «Был у нас в отряде боец, звали его Струна. Спокойный парень, дисциплинированный, из тех, кто сначала целится, а потом спрашивает. Пошли мы как-то в глубокую разведку в сторону Армейских складов. Туман стоял такой, что дуло собственного автомата едва видишь. Вдруг Струна замирает...