Их было то ли двенадцать, то ли двадцать. Они стояли на трибунах вместо вождя, читали за него доклады по радио, садились в его автомобиль и уезжали в его аэропорт. Целый театр людей-теней, неотличимых от оригинала.
Так эту историю рассказывают до сих пор — уверенно, с подробностями, как давно установленный факт.
А теперь попробуйте найти хоть один документ. Не мемуары, не пересказ, не «один знакомый из органов рассказал». Архивную бумагу с печатью. И вот тут начинается самое интересное.
Разберём по полочкам: что в истории про двойников Сталина подтверждено, что — красивая выдумка, и где двойники у сильных мира сего бывают на самом деле.
Откуда взялись «люди-тени»
Вся история держится на нескольких книгах воспоминаний и горстке устных рассказов. Документов нет. Точнее, их никто не видел: то ли засекречены, то ли не существовали вовсе.
И это первый тревожный звоночек. Потому что цифры в этой истории растут на глазах. В одном пересказе двойников трое. В другом — пятеро. В третьем уже двенадцать. А самые смелые исследователи доходят до двадцати. Когда один и тот же «факт» в каждой новой статье прибавляет в весе, это почти всегда признак не факта, а снежного кома.
Питательная среда для такого кома идеальная: наглухо закрытые архивы, культ секретности, человек, которого боялась и обожала целая страна разом. В такой тишине любой слух обрастает плотью быстрее, чем грибы после дождя. Кто проверит? Кто опровергнет? Архив молчит — а воображение работает.
Самый известный «двойник»
У легенды есть звезда. Феликс — по рождению Газават — Дадаев. Народный артист, танцор, жонглёр, мастер разговорного жанра родом из дагестанского села. Человек удивительной судьбы, дожил до 102 лет. В 1996 году, по его словам, с одной страницы его биографии сняли гриф секретности. А в 2008-м вышла его книга «Страна Эстрада», где целая глава посвящена тому, как он играл вождя — не на сцене, а в жизни.
И вот эта глава — действительно захватывающее чтение.
Если верить книге, готовили его всерьёз. Между 20-летним Дадаевым и 60-летним Сталиным разница почти в сорок лет — и её надо было стереть. Дадаев поправился на одиннадцать килограммов. Желтил зубы: вождь много курил, а артист — нет. Грим на лице делал сам, без помощи — профессиональный гримёр не мог быть рядом каждый день. Накладывал тон под загар, потом вдавливал в кожу женскую щётку с железными зубьями — и подсохший грим давал те самые рябины на лице. Часами крутил кинохронику, отрабатывая походку, интонации, привычку держать левую руку чуть согнутой в локте.
А отличить копию от оригинала, по словам Дадаева, можно было… по ушам. Ушная раковина у каждого своя, как отпечаток пальца, — её и хирург в точности не повторит. Деталь красивая и, кстати, верная: криминалисты действительно опознают людей по форме уха.
Самым ответственным заданием артист называл «отлёт» вождя на встречу союзников в Тегеране в 1943 году. Придумали два рейса — один отвлекающий. В образе Сталина в машину садился именно он, и под охраной его везли в аэропорт. Дальше, по легенде, были официальные визиты, встречи делегаций, съёмки в кинохронике вместо первого лица.
Звучит как готовый сценарий приключенческого фильма. Одна беда: всё это — только его собственные слова. Ни одного независимого свидетеля, ни одной бумаги.
И вот что важно. Сам Дадаев в своей же книге назвал часть гулявших о нём газетных историй прямой выдумкой — «архивно-журналистской брехнёй». Например, расхожую байку о том, что Сталин лично разглядывал его на даче, проверяя сходство. Этого, по словам артиста, не было. Получается, даже главный свидетель легенды отрекается от изрядной её части.
Бухгалтер, горец и профессор с тремя кабинетами
Дадаев — не единственный «кандидат». В разных рассказах фигурируют ещё несколько персонажей, и каждый — как из отдельного романа.
Евсей Лубицкий — будто бы скромный бухгалтер с Украины, которого силой увезли из семьи, полгода готовили и даже делали ему пластические операции. Остаток жизни он провёл в Душанбе, в одиночестве, под негласным присмотром. Уже глубоким стариком он, по легенде, рассказал свою историю иностранному журналисту — и интервью опубликовали много позже. Скептики тут же замечают: чтобы советские органы подпустили к такому человеку зарубежного репортёра, поверить труднее, чем в инопланетян.
Рашид (он же Рашидов) — неграмотный горец с Кавказа, поразительно похожий на вождя. По одной версии, его два года натаскивал актёр Алексей Дикий, игравший Сталина в кино. По другой — ничего не вышло. По третьей, после некоего происшествия на дороге он навсегда сошёл со сцены. Три версии одной судьбы — и ни одной с документом.
И коронный номер — рассказ о профессоре медицины по фамилии Нейман. Его будто бы привезли в Кремль осмотреть вождя и поочерёдно завели в три кабинета. В каждом сидел Сталин. Все трое — одинаковые. Профессор так и не понял, кого осматривал по-настоящему. Историю эту, как водится, профессор поведал не на пресс-конференции, а соседям по лагерному бараку.
Каждый сюжет по отдельности — будто из хорошего детектива. Все вместе — гора противоречий, где имена, числа и финалы не сходятся друг с другом. А это снова фирменный признак легенды, а не истории.
Что говорят историки
Здесь мнения раскалываются надвое — и это, пожалуй, самое честное место во всей теме.
Сторонники реальности двойников ссылаются на бывших сотрудников охраны и спецслужб. Самый известный голос — отставной офицер госбезопасности, историк спецслужб Валерий Малеваный. Он уверяет, что лично читал документы и что двойников было как минимум трое, а сверх того — ещё пара «незадокументированных». Проблема в том, что сами эти документы он никому так и не показал, а часть его рассказов звучит совсем уж фантастически.
На другом полюсе — историк Юрий Жуков, который существование двойников отрицает, а тех, кто называл себя «дублёрами вождя», считает самозванцами. Его аргумент прост и силён. Где вообще можно было использовать двойника? На заседании Политбюро? Там все знали друг друга в лицо годами, подмену заметили бы мгновенно. А заодно Жуков напоминает удобную деталь: раздувая разговоры об угрозах и заговорах, охранное ведомство легко обосновывало, зачем ему всё больше людей и полномочий.
И есть один довод, который перевешивает многое. Люди из ближайшего окружения вождя — соратники, охрана, обслуга, те, кто видел его каждый день, — о двойниках в своих воспоминаниях не писали. Молчат как раз те, кто знал бы наверняка.
А двойники-то бывают на самом деле? Да
И вот тут важно не свалиться в обратную крайность. Двойники у первых лиц — не сказка. Они существуют, и некоторые истории про них доказаны до последней запятой.
Самый чистый пример — операция британской разведки 1944 года под названием «Копперхед». Скромного актёра и армейского офицера Мейрика Клифтона Джеймса заметили в газете: он был поразительно похож на знаменитого фельдмаршала Монтгомери. Его быстро приставили к штабу фельдмаршала, научили походке, манерам, речи. Джеймс даже бросил курить и носил протез вместо потерянного на прошлой войне пальца — чтобы сходство было полным. Потом его возили по тылам, показывая вражеским агентам: смотрите, командующий тут, значит, высадки пока не будет.
А теперь сравните. У этой истории есть имя операции, есть архивные дела в британском Национальном архиве, есть книга самого Джеймса, по которой потом сняли фильм, есть перекрёстные свидетельства. Двойник реален — и за ним тянется бумажный след. Свои дублёры, уже хорошо задокументированные, были и у иракского диктатора Саддама Хусейна.
Разница со сталинской историей бросается в глаза. Там, где двойник существует по-настоящему, остаются документы. В случае со Сталиным остаются только рассказы.
Так был двойник или нет?
Честный ответ скучнее любой сенсации, зато его не стыдно повторить в комментариях.
Полностью исключить, что у крайне осторожного человека, всерьёз опасавшегося за свою безопасность, был один-два человека «на подмену» для дальних проходов по площади, нельзя. Такое вполне в духе эпохи.
А вот уверенный рассказ про «двенадцать двойников», про театр одинаковых вождей в трёх кабинетах, про бухгалтера с пластикой и горца, красиво сходящего со сцены в подстроенной засаде, — это не история. Это легенда, выросшая в пустоте закрытых архивов и подкормленная вечной человеческой тягой к тайне: уж очень соблазнительно представить, что у всесильного человека есть живая тень, неотличимая от него самого.
Пока архивы молчат, у нас есть ровно одно твёрдое знание: твёрдого знания нет. И, пожалуй, честнее всего так и сказать.
А как думаете вы — такому человеку двойники были нужны по-настоящему, или это та самая легенда, что всегда нарастает вокруг закрытой власти? Напишите в комментариях, чья версия вам ближе — историка Жукова или сторонников «театра теней».
Другие интересные статьи: