Есть пластинки, которые не вписываются ни в одну классификацию — и именно поэтому переживают всех, кто пытается их классифицировать. Дебютный альбом Danzig вышел в 1988 году в разгар царствования глэм-метала с его лаком для волос и неоновыми штанами. На этом фоне он выглядел как чёрная дыра — молча поглощал всё вокруг и не собирался никому ничего объяснять.
Чтобы понять, откуда взялся этот альбом, нужно немного отмотать назад — туда, где всё начиналось. Гленн Данциг собрал Misfits в 1977-м. Группа стала легендой хоррор-панка — с наколками, черепами и мелодиями, застрявшими в голове навсегда. Но к 1983-му Данциг устал от хаоса внутри коллектива и от ощущения, что звук группы упёрся в потолок. На Хэллоуин того года Misfits сыграли последний концерт.
Следующим шагом стал Samhain — темнее, медленнее, ближе к дэт-року и оккультной эстетике. Но и здесь что-то шло не так. Музыканты не успевали за темпом работы своего лидера, репетиции срывались, участники не приходили на сессии. Данциг уже сам записывал все гитарные партии за отсутствующего гитариста.
В этот момент на горизонте появился Рик Рубин. На последнем концерте Samhain в нью-йоркском The Ritz в 1986 году среди публики стоял молодой продюсер с бородой до пояса — основатель Def Jam, человек, который к тому моменту уже сделал записи Slayer и Beastie Boys. После концерта он рванул за кулисы. Данциг вспоминал эту встречу так: «Вваливается какой-то дикарь, выглядит как из ZZ Top. Это Рик Рубин. Орёт: "Я хочу продюсировать вас, я продюсирую Run DMC." Я думаю — что за хиппи-хип-хоп продюсер вообще?»
Тем не менее после разговора в офисе Рубина — полном телефонного хаоса и творческого беспорядка — Данциг изменил мнение. Он понял: этот человек знает, куда они идут.
Рубин хотел подписать только самого Данцига и сделать из него вокалиста хард-рок супергруппы. Данциг отказался наотрез — только вместе с басистом Иири Воном, своим давним товарищем. Рубин согласился. К команде добавили гитариста Джона Крайста и ударника Чака Бискитса из легендарного коллектива Black Flag. По совету Рубина Данциг переименовал Samhain в собственную фамилию — чтобы не начинать с нуля при будущих сменах состава.
Сессии проходили с сентября 1987 по апрель 1988 года в нью-йоркских студиях Atlantic Recording Studios и Chung King Metal. Рубин действовал по своей фирменной методике: никакого лишнего лоска, голос вперёд, «сухой» микс без атмосферных излишеств. Его философия была проста — убрать всё, что мешает слышать суть.
Часть материала существовала ещё со времён Samhain. «Twist of Cain» и «Possession» писались для несостоявшегося четвёртого альбома предыдущей группы. Рубин взялся их переработать: изменил рифы, переосмыслил структуру, превратил сырые панк-наброски в нечто более тяжёлое и намеренное.
«Mother» изначально была стремительным панк-номером. Рубин переписал гитарные рифы, переделал хоры и барабанные партии — и из беспокойной вещицы получился медленно тлеющий гимн, от которого мурашки по коже.
На двух треках — «Twist of Cain» и «Possession» — записал бэк-вокал Джеймс Хэтфилд из Metallica. В альбом это не попало: контракт с другим лейблом не позволял упоминать его имя. Мало кто знал об этом годами.
Обложка альбома была радикально простой: чёрный фон, белый демонический череп — логотип, перекочевавший ещё из Samhain. Никаких названий, никаких надписей на оригинальных первых изданиях. Просто череп. Это говорило само за себя.
Когда альбом вышел 30 августа 1988 года, музыкальная пресса встала в тупик. Данциг позже вспоминал: «Нас называли металлической группой, трэш-группой, спид-метал группой, дэт-метал группой. Никто не понимал, что мы такое».
Это была не поза и не маркетинговый ход. Альбом действительно не вписывался ни в одну из существовавших категорий. Тут были Блэк Саббат и Хаулин Вулф одновременно, пост-панк и блюз-рок, оккультные тексты и мелодии, которые запоминались с первого раза.
Голос Данцига — отдельная история. Баритон, который одновременно напоминал Элвиса Пресли и Джима Моррисона, только если оба они переехали в какой-то более тёмный мир. Он не кричал и не рычал — он нависал над музыкой, как грозовое облако.
«Twist of Cain» — история Каина и Авеля, переданная через риф такой плотности, что кажется физически ощутимым. «Am I Demon» — почти риторический вопрос, заданный с абсолютной уверенностью в ответе. «She Rides» — разреженная, почти без баса, с каким-то первобытным напряжением внутри.
«The Hunter» — кавер на старый блюз Альберта Кинга, который до этого успели перепеть Free и Led Zeppelin. Данциг переписал слова — и у его охотника вместо «пистолета любви» что-то куда более буквальное. Авторство при этом он приписал себе целиком, что вызвало некоторые вопросы.
И наконец «Mother» — та самая песня, которая ещё пять лет пролежит в тени, прежде чем взорвётся. Трек был написан как прямой удар по организации PMRC — комиссии по борьбе с «вредной музыкой», основанной в том числе женой вице-президента Типпер Гор. Ирония ситуации оказалась исторической: в 1990 году лейбл задним числом влепил на альбом стикер «Parental Advisory», хотя в текстах не было ни одного грубого слова. Совершенно чистые, даже поэтичные тексты — и при этом что-то в них явно кого-то беспокоило.
Поначалу альбом прошёл практически незамеченным в мейнстриме: MTV крутить не стали (видео на «Mother» Рубин по ошибке отправил на канал в нецензурированной версии — там Данциг пишет перевёрнутый крест кровью курицы на животе женщины), радио не интересовалось. Дебют добрался только до 125-й строчки Billboard 200
Но у Danzig были союзники там, где это имело значение. Metallica — давние фанаты Misfits — публично поддержала группу, носила майки с их логотипом и взяла в тур в поддержку «...And Justice For All». Это подняло Danzig из андеграунда в поле зрения куда более широкой аудитории.
А потом наступил 1993-й. «Mother» переиздали с добавлением концертного шума и лёгким реверберационным лоском — и песня прорвалась в чарты. Альбом пятилетней давности вдруг оказался у всех на слуху.
Влияние этого альбома трудно измерить количественно, зато легко услышать. Type O Negative с их мрачной помпезностью, Ghost с оккультным шиком, Volbeat с рифами в стиле рокабилли-метала — все они так или иначе тянутся к тому, что Данциг и Рубин построили в 1988-м. Тёмные тексты, тяжёлые риффы и при этом мелодичность, которую не стыдно напевать в душе — такое сочетание оказалось заразительным.
Данциг хотел сделать классический альбом — тот, который будут слушать через двадцать лет. Он сам говорил об этом прямо в интервью 1988 года. Получилось. Просто признание пришло чуть позже, чем хотелось.
Белый череп на чёрном фоне. Никаких объяснений. Всё, что нужно знать — внутри.
Добро пожаловать! Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, оставляйте комментарии! Впереди много интересного!