Марина слушала Антона, но вдруг почему-то перестала его слышать. Мешало стойкое ощущение пронзительно-внимательного взгляда. Она пыталась отвлечься от назойливого чувства. Однако ощущение не проходило, казалось, оно только усиливается каждое мгновение. Марина не выдержала и оглянулась.
…Забыть его было нелегко. Впрочем, на это Марина и не надеялась. Она знала, что, несмотря на все свои усилия, никогда не сможет его забыть. Свою первую любовь. Нет, неправильно. Свою единственную любовь. Да, именно так. Свою единственную любовь, Андрюшу Потураева.
Потом сама себе придумала для облегчения страданий: 'Я с самого начала знала, что так будет'. Может, и так. Да только легче ли от этого была ее боль?
Кляла себя каждую минуту за уступчивость, за то, что пошла у него на поводу. . За то, что каждый день, при каждой встрече твердила ему о своей любви: 'Андрюшечка, миленький мой! Я так тебя люблю!' Зачем? Зачем?
Боль не проходила. И не становилась легче. Больно было просыпаться по утрам с мыслью о том, что вот он пришел, еще один день без Андрюши. Зачем? Зачем ей просыпаться, если снова придется засыпать с чувством ненужности ему, преданной и покинутой. Зачем? И кого волнует, что, по большому счету, Андрей ее вроде и не бросил, и уж тем более не предавал: ведь не было никакого выяснения отношений, не было страшных слов. Если только не считать страшными нейтральные, казалось бы, слова 'Я спать хочу'. Это Лариске Марина могла лгать, что они просто расстались. Сама-то она прекрасно знала — Андрей ее бросил.
Было больно, однако Марина не позволила себе расклеиваться. Выпускной класс, впереди куча экзаменов, впереди поступление на желанный, но такой неприступный журфак. И как хорошо, что практически каждый вечер ей приходилось посещать подготовительные курсы! Ведь, сидя дома, в непосредственной близости от телефона, она просто сошла бы с ума от ожидания звонка, прекрасно зная, что Андрей больше никогда не позвонит. И какое это страшное слово — 'никогда'!
Но жизнь шла своим чередом. Дни то тянулись резиной, то летели безоглядно. Но даже в самый загруженный день Марина не могла забыть о предательстве. Как бы много дел ни ожидало ее впереди, а каждое утро вместе с пробуждением приходила боль: Андрей ее предал, он бросил ее. И кого волнует, что она заранее знала, что так и произойдет? Разве от этого могло стать легче?
Школу она закончила с золотой медалью. Дабы не сойти с ума от любовных переживаний, Марина с головой окунулась в учебу. Она и раньше училась неплохо, но от природы была большой лентяйкой. Теперь же все силы, каждую свободную минуточку посвятила цели: непременно поступить на журфак. Причем не на контрактной основе, а сугубо на бюджет, потому как платить огромные деньги за учебу ее родители были не в состоянии. .И Марина стала студенткой журфака, воплотила взлелеянную свою мечту в жизнь. У нее все получилось!
Лариска тоже поступила туда, куда и планировала — на более приземленный, зато всегда востребованный экономический факультет. Впрочем, туда ей и дорога: она ведь и лицей экономический заканчивала, а у того лицея с университетом имелась договоренность о взаимовыгодном сотрудничестве. Впрочем, Лариска особо не расслаблялась по поводу подобных договоренностей, тоже ерундой в одиннадцатом классе не занималась. Правда, на золотую медаль не претендовала, да и подготовительными занятиями обременена не была, так что и на личную жизнь времени хватало.
В отличие от Марины Ларочка довольно быстро утешилась, напрочь позабыв о существовании Вовчика уже через пару недель после расставания.
Вскоре после поступления в университет Марине стало чуточку легче. Бурные студенческие будни не позволяли с утра до вечера думать о предательстве, ощущать себя несчастной. Боль не прошла, но как будто бы притупилась. И тем не менее многочисленные свежие лица, замелькавшие вокруг Маринки, вечеринки, внезапные студенческие сабантуйчики по поводу и без сделали свое дело — Марина ожила, даже похорошела, и улыбка ее уже не выглядела натянутой и вымученной. Даже стала ловить на себе заинтересованные взгляды парней. Взаимностью никому, правда, ответить не могла, но, чего уж скрывать, нравиться было очень приятно.
И так ей иногда хотелось встретить Андрюшечку! Мечталось, что увидит он ее, такую веселую, счастливую, и удивится: как же так? Маринка, не только живет, но и живет-то даже весьма неплохо, еще и веселиться может. И так дерзко хотелось взглянуть в его глаза: 'А ты что себе думал? Думал, ты на свете единственный и неповторимый? Ошибся, мальчик! Ох, как ошибся!' Хотелось встретить предателя, и все-таки боязно было: а ну как не сможет убедительно разыграть отсутствие любви? А ну как выдаст истинные свои чувства щемящим взглядом? Нет, не надо. Лучше не надо. Пусть все остается как есть.
Марина еще долго не решалась отозваться на чьи-нибудь настойчивые ухаживания. Только в самом начале третьего курса позволила себе наконец оттаять. Не привычно-равнодушно, а вполне заинтересованно ответила давно уже добивавшемуся ее благосклонности Антону.
Тот был старше ее всего лишь на год и учился в том же университете, но на юридическом факультете. Он уже давно поглядывал в ее сторону и даже неоднократно приглашал на свидания, да Марина, памятуя о боли, которую причиняет сердечная привязанность, всем своим существом отказывалась от каких бы то ни было, кроме дружеских, отношений. Однако Антон оказался настойчив более остальных потенциальных ухажеров. Встретив Марину в первый же учебный день третьего курса, вновь начал осаду бастиона. И Маринка, то ли расслабившаяся от встречи с однокурсниками после долгого перерыва, то ли просто из-за хорошего настроения, а может, таки разглядела, что парень-то вполне приятный, симпатичный, да еще и загоревший, возмужавший после каникул, — так или иначе, но на свидание согласилась.
Антон, видимо, принадлежал к семье отнюдь не бедной. Мало того что одевался с шиком, так еще и в университет ездил не на чем попало, а на почти новеньком 'Опеле'. Ну и, естественно, ухаживал за Мариной никак не на стипендию. В первое же свидание он повел ее в ресторан в центре, видимо решив поразить воображение девушки своими возможностями. Нельзя сказать, что Марина на это купилась, но тем не менее 'аттракцион неслыханной щедрости' произвел на нее должное впечатление. Справедливости ради следует заметить, что в центре они ужинали лишь однажды, потом Антон стал водить ее в куда более скромное заведение естественно, объясняя выбор не экономией средств, а сугубо уютностью заведения...
Да Марина-то и не возражала. Она вообще не была разбалованной — не дочка Рокфеллера, чего уж там.
Отношения с Антоном складывались ровно и спокойно. Памятуя о боли, причиненной Андреем, Марина старалась держать себя с ним недоступной и в меру холодной. Недоступность, конечно, была весьма приблизительной, скорее, даже условной — о какой недоступности в наше время можно говорить? Но тем не менее Антон не мог похвастать тем, что уломал крошку с первого свидания — о нет, ему таки как раз пришлось приложить для этого немало усилий.
Они близки были уже два с половиной месяца, почти три. Встречались не каждый день, но довольно часто. Да и то сказать: свидания их одним днем не ограничивались. Антон имел свою скромную квартирку далеко не в самом центральном районе города, куда они и отправлялись обычно после ужина в ресторане. И, естественно, Марина оставалась у него до утра. Строгие родители после достижения Маринкой восемнадцати лет стали относиться к дочери куда как лояльнее.
Казалось бы, за три месяца люди должны стать друг другу более близки, чем в первую неделю знакомства. Однако в отношениях Марины и Антона время, казалось, застыло на месте. Его это злило, раздражало. И в то же время жутко заводило.
А Марине и в самом деле было все равно. Умом она понимала, что пора если и не устраивать личную жизнь — ей-то всего-навсего двадцать лет, куда спешить? — но забыть о личной драме просто необходимо. Андрей ушел из ее жизни давно и навсегда, и просто неразумно страдать из-за него всю жизнь. Он не оценил ее любви — так что ж, с утра до вечера оплакивать свою горькую судьбинушку? Нет уж, не дождется! Пусть ему же будет хуже.
Да и, видимо, не нужна она никому, любовь-то. И без нее людям прекрасно живется. Вот взять Антона. Разве он ее любит? Ничуть не бывало. Так же, как и Марина его. И что, разве им от этого хуже? Напротив — никто ни от кого ничего не ждет, каждый от их связи сполна получает желаемое. И ему хорошо, и Марина не внакладе. Нельзя сказать, что ей доставляют слишком большую радость интимные отношения с Антоном. Ну и замечательно — не больно будет расставаться. Зато теперь она не чувствует себя одинокой, не ловит на себе сочувствующие взгляды родителей и сокурсниц, не говоря уж о Ларискиных назойливых нравоучениях. Разве этого мало?
…Почувствовав на себе пристальный взгляд, Марина не выдержала и оглянулась.
Она не сразу обнаружила источник этого неприятного ощущения и, лишь сосредоточившись, обведя внимательным взглядом сектор зала, попадающий в ее поле зрения, нашла хозяина этих глаз. Узнала.
Андрей изменился. Несильно, но все же. Скорее даже не изменился — повзрослел. Вот она, долгожданная встреча. Она ведь так давно о ней мечтала! И в то же время боялась. Вот теперь на практике и выяснит, напрасно боялась или нет. Сможет ли она убедительно продемонстрировать свое выздоровление?
Она задержала на нем взгляд лишь на короткое мгновение. Узнав, постаралась сразу отвернуться, испугавшись, как бы глаза не выдали ее тайну. Но чувствовала — мгновение оказалось не слишком коротким, он наверняка догадался, что она узнала его. И не просто узнала. Господи, хоть бы он не понял, хоть бы не услышал, как вновь предательски громко забилось Маринкино сердечко! Он ничего не должен понять, ничего!
Антон продолжал методично отрезать от целого куска телятины под соусом по маленькому кусочку и отправлять их в рот. По советам докторов, тщательно пережевывал пищу, периодически переводя взгляд от тарелки на спутницу. И, кажется, совершенно не заметил, как она вдруг напряглась и побледнела. Марина сейчас не смогла бы удержать в руке вилку, а потому не могла есть, протянула дрожащую руку к фужеру вина — сидеть просто так тоже не было никаких сил. Лучше она будет держать фужер в руке, периодически отпивая вино по глоточку. Да, так будет лучше. Так он ничего не заметит. Так она сможет казаться более правдоподобной в своем мнимом равнодушии…
Рассказ "Звонок из прошлого" 12 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈