Очень скоро ожидание чего-то нехорошего материализовалось – в дверь постучали. Громко и требовательно – стучавший явно был не в духе.
-Общий привет, - недружелюбно поздоровался замначальника угрозыска Климов. – Слав, ты покурить не хочешь? Мне с твоей коллегой обсудить кое-что надо.
-Да мне нет дела до ваших разговоров, товарищ майор… - Славик покосился на Волкову и пожал плечами. – У меня своей работы полно. К тому же в кабинете прослушка стоит – кому надо всё услышат.
-Как знаешь, - не стал спорить Климов.
Подошёл к ближайшему стулу и, подняв, переставил на середину кабинета. Перевернул, уселся, упёршись грудью в спинку и принялся буравить Волкову недовольным взглядом.
-Что началось-то, Анна Викторовна? Потерпевшая опознала злодея, царапины от ногтей на предплечье присутствуют, чистосердечное к делу подшито. У вас, простите – критические дни, может, начались? Всегда с вами вроде нормально жили.
Волкова демонстративно откинула назад прядь волос.
-Царапины есть, а заключения эксперта, что они от ногтей – нет. Мальчик на шиномонтажке работает – скорее всего, там и ободрал руку. Левую руку, Игорь Александрович. А телефон он правой рукой грабил. Смекаете?
-Ну, скажи это вслух, - неопределённо хмыкнул Климов. – Давай, можно…
-Не грабил Максим Хлебов никого. Ваши по ориентировке похожего подобрали и поработали с ним немного. Так ведь было?
-Да я не в курсе, как там было. Может – и так. Какая разница-то, Анна Викторовна? Мальчик, как вы его назвали, не за этот телефон, так за другой сел бы. Через неделю, через месяц… Он вам родственник или знакомый?
-Я хочу, чтобы всё было по закону, - упрямо сказала Анна.
-Так всё и будет по закону, – кисло улыбнулся Климов. – Вся суть в этом и заключается! Мальчик за понятливость получит два года максимум. Все остальные получат свои положенные плюшки. Слышала такую песню, Анна Викторовна – фарш невозможно провернуть назад? Что на тебя нашло-то? Вроде не первый год работаешь…
-Перегорела, наверное, - медленно, почти по слогам, ответила Анна.
-Так в отпуск сходи, - предложил Климов, поднимаясь со стула. – А не поможет – рапорт напиши… Сладков плохого не посоветует.
-Вы мне сейчас угрожаете, что ли, товарищ майор?
-А ты не до хрена о ли себе возомнила, товарищ старший лейтенант юстиции, чтобы я тебе угрожал?
-Я сейчас не поняла...
-А чего тут непонятного? - пожал плечами Климов. - И не надо меня глазищами своими чёрными есть - я в мистику не верю. Я своему опыту верю. А он знаешь, что мне подсказывает? Что ты в этом отделе сейчас на птичьих правах, Анна Викторовна… И защищать тебя от злого Климова никто не будет...
Волкова, закусив губу, кое-как промолчала. Майор удовлетворённо кивнул.
-Своим я всё объясню. Скажу, что недоразумение вышло. А вот за твоих - не ручаюсь. Ну, извини - сама виновата... Умнее будешь в следующий раз.
Поднять взгляд от стола получилось не сразу. В голове кипела и клокотала огненная лава, била в виски кипящей кровью – это подавленная ярость искала выход и не находила.
Анна от души треснула ладонью по столу, потом ещё раз – не полегчало.
-Нет, ну ты слышал? – повернулась она к Славику, но накопленное негодование вдруг застряло в горле. Было от чего.
Коллега выглядел так себе – краше в гроб кладут. Побледнев до черноты на скулах, вытаращив глаза и уронив челюсть на стол, он судорожно пытался нащупать телефон. И, не отрываясь, пялился на что-то, висящее прямо над головой Анны.
Всё происходило в полной тишине – от потрясения бедняга даже забыл, как дышать.
Волкова медленно подняла глаза вверх и икнула от неожиданности.
Позабытый бокал с недопитым кофе левитировал под потолком, уютно покачиваясь на каких-то невидимых волнах. Время от времени из него выплёскивалось – и капли падали на открытое дело Хлебова.
Показания потерпевшей блондинки уже все промокли насквозь.
Не веря глазам, Волкова потрогала мокрую бумагу. Потом снова перевела взгляд на висящий в воздухе бокал. Прочитала на его боку знакомую надпись «Зеленоградск». Моргнула в недоумении – и бокал, будто дождавшись команды, сорвался с места, ударил в закрытую дверь и разбился вдребезги, забрызгав всё коричневым.
От этого удара Анна и Славик синхронно вздрогнули.
-Прими Силу, - прошелестел в ушах тихий вкрадчивый шёпот. – Просто не сопротивляйся ей, глупая – так только хуже будет...
Волкова отчаянно закрутила головой в поисках источника звука, но кроме впавшего в транс Славика, никого, конечно же, не увидела. Немного подумав, изо всех сил залепила себе пощёчину - смачную, хрустящую, выбивающую слезу.
Шёпот моментально стих. Но, чтобы окончательно прийти в себя, понадобилась вторая оплеуха - контрольная.
Славик, наконец, выдохнул и порозовел – но в глазах всё ещё плескался страх. Похоже, накрылись отношения, так и не начавшись толком…
К нему, конечно, претензий нет - не каждый отважится затащить в постель неразорвавшуюся бомбу, начинённую какой-то чертовщиной. Для этого надо быть психопатом – а таких в МВД долго не держат.
Сомнений, что источник всех странностей последних дней прямо сейчас смотрит на Волкову в зеркальце, уже не осталось. Обманывать себя можно только до какого-то предела - потом это занятие теряет смысл.
Ладно, кто виноват – выяснено. Остаётся второй извечный русский вопрос – что делать?
-Я покурить на улицу выйду, - пробормотала девушка, перешагнув через мокрые осколки керамики. – Скоро вернусь. И вечером в ресторан пойдём. Хорошо?
-Да, - автоматически кивнул Славик. – Как скажешь…
В коридоре, ни с того, ни с сего, накатила волна дурноты: отчаянно закружилась голова, спина и руки покрылись холодным потом.
Волкова привалилась к стене, глядя, как кружатся в хороводе пол, потолок и двери кабинетов. Надо срочно выбираться на свежий воздух – как-то неудобно терять сознание на рабочем месте.
***
***
К счастью, внизу не оказалось никого из знакомых. На всякий случай, Анна отошла подальше от курильщиков, прошла по бетонной дорожке за угол и остановилась у невысокого заборчика. Вцепившись в него, как в спасательный круг, девушка дышала всей грудью, успокаивая внезапно зачастившее сердце.
На свежем воздухе стало намного лучше – но только до тех пор, пока за спиной не прозвучал знакомый до боли басок:
-Волкова! Ты намёков вообще не понимаешь, что ли? Ты какого … опять выделываешься? Почему опять на тебя люди жалуются? Я больше этой... терпеть не буду! Живо свой рапорт мне на подпись!!!
-Только не это, пожалуйста, - простонала Анна. - Не надо сейчас…
Но реальность была безжалостна – по дорожке, достаточно быстро для своих габаритов, к ней приближался подполковник Сладков.
Не мой сегодня день – зажмурившись, подумала Волкова. Совсем забыла, что он тут любит машину ставить. Он ведь уезжать собирался – всего минуты не хватило, чтобы разминуться. Когда заметил – даже из-за руля выскочил, не поленился.
Всё-таки это любовь такая, наверное…
-Живо рапорт, я сказал!!!
-Сейчас напишу, Евгений Сергеевич… Через полчаса у вас на столе будет. Только не кричите, пожалуйста. У меня и так голова дико болит.
-Я тебе чётко и недвусмысленно сказал, тварь – ты здесь работать не будешь! Пошла вон к чёртовой матери из моего отдела! С моей земли!
-Конечно, только не кричите…
Когда до пыхтящего от ненависти Сладкова осталось не больше десяти метров, в голове завыла сирена – опасность, опасность! Багровое лицо и красные глаза подполковника намекали, что весь контроль над собой он оставил на сиденье своей «Ауди».
Сомневаться в правоте своей чуйки Волкова не стала – времени уже не было.
-Не подходите ближе, пожалуйста, - девушка предостерегающе вытянула ладони.
-А то - что? – прошипел Сладков. Бегло оглянулся по сторонам – в поисках очевидцев. И, не найдя таковых, решительно шагнул навстречу неизбежному.
Вряд ли он сам в этот момент понимал – что именно хочет сделать. Ударить подчинённую, заломать ей руки и вытащить за территорию отдела? Просто обозначить своё мужское превосходство, унизить, показав отведённое ей место?
Кто бы знал. Демон уязвлённой гордыни сейчас управлял телом начальства – и решал за него.
Одно Волковой было совершенно ясно – ничем хорошим это для неё не кончится. Но бежать было поздно и некуда – все пути отхода перекрыл забор. Идею кричать и звать на помощь девушка отмела сразу – включилась знакомая с детства упёртость.
Оставалось только одно – защищать себя любой ценой.
Прямо под ногами из травы ненавязчиво выглядывала половинка кирпича. Нагнуться и подобрать её – дело двух секунд.
Но, как только Анна решилась на это, в ушах снова возник тихий шелестящий шёпот – словно ветер пробежал по высокой траве:
-Оттолкни его. Не руками.
Сладков был уже совсем рядом – тянул свои ручища к горлу, примерялся вцепиться в воротник. В ноздри ворвался душный запах дикого зверя – и тогда под сердцем зашевелилось что-то колючее и ледяное. Просыпаясь, оно жадно втягивало в себя боль и смятение, поглощало их, как самые вкусные блюда.
И росло, наливалось Силой.
-Оставь меня в покое! - завопила Волкова, глядя в налитые кровью глаза.
Внутри распрямилась сжатая до упора пружина, выбрасывая в пространство тугую волну ярости. Загремели металлические прутья забора. Сверху, с деревьев, посыпалась сбитая листва и мелкие ветки.
Остановленный сильным толчком в грудь, Сладков озадаченно замер. Сбитая с его головы фуражка пролетела пару метров и опустилась в траву.
-Фокусы, значит, умеем показывать?
-Не подходите, пожалуйста, - лихорадочно затрясла головой Волкова. – Хуже будет, товарищ подполковник. Давайте я просто напишу рапорт и…
-Мне нравится, когда сопротивляются, - сообщил Сладков и шагнул вперёд.
"Животное", - брезгливо отметил голос в голове. – "Такие понимают только силу. Ну, ударь его – раз он так этого хочет".
Правая ладонь загорелась жгучей болью – будто её опустили прямо в пламя. Волкова попыталась сжать её в кулак – и горящая огнём кожа ощутила что-то твёрдое и продолговатое. Кулак был пуст - и вместе с тем, в нём было зажато что-то невидимое.
Гадать времени не было, и Анна от души врезала чем дали – поперёк тянущихся к ней рук, поперёк перекошенного рта, метясь в узкие поросячьи глазки.
-А-а-а-а!!!
Девушка опустила руку, переводя дух.
Сладков, морщась от боли, медленно массировал рассечённую скулу. С пальцев в траву срывались рубиновые капли, тонкая струйка крови текла под белоснежный воротник. Ткань на глазах набухала красным. Рукава кителя тоже пострадали – левый практически оторвало до самого локтя.
-Я предупреждала, товарищ подполковник.
-Ты – покойница, - уверенно пообещал Сладков, сплевывая вишнёвым. – Чего бы мне это потом не стоило. Это – нападение на сотрудника при исполнении.
Его правая рука между тем неторопливо ползла под китель, к левой подмышке.
-Не сходите с ума, Евгений Сергеевич, - попросила Анна. – У вас там пистолет в наплечной кобуре, я знаю. Да весь отдел знает. Вы собрались в меня стрелять?
-Ну, а что с тобой ещё делать? В дёсны расцеловать, что ли?
Когда рукоятка ПМ показалась наружу, до Волковой, наконец, дошло – у неё в руке зажата рукоять длинного и гибкого хлыста с наконечником из жестких кожаных полосок. Такие используют дрессировщики диких зверей.
Шамборьер – откуда- то всплыло в голове название. Анна взмахнула рукой и с удовлетворением услышала тугой щелчок.
-Да твою ж мать!!! Ведьма!!! Как ты это делаешь???
Выбитый из руки пистолет улетел в клумбу с бархотками, а тыльную сторону ладони Сладкова рассекло чуть не до кости.
Переборщила немного – с сожалением подумала Анна. Хотела просто напугать. Наверное, силой удара как-то можно управлять - да только как? Ни тумблеров, ни кнопочек не видно. И инструкция не прилагается.
-Бегите, Евгений Сергеевич, - велела Волкова, глядя, как в глазах начальства разгорается испуг.
И ещё раз щёлкнула невидимым хлыстом, прямо возле его уха. На этот раз вышло удачнее – ухо обожгло, но не оторвало.
Сладкова, наконец, проняло – зажимая рассечённую руку, он молча заковылял обратно к машине, то и дело оглядываясь.
Анна неспешно двинулась следом, цокая каблуками по бетону и поигрывая новой игрушкой. Мелькнула было мысль перекрестить жирную спину парочкой несильных щелчков – но хватит с него, он своё уже получил.
Лучше поэкспериментировать – на какое количество шагов рассчитан радиус действия этой штуковины… На чём бы? Да вот хотя бы на сладковской «Ауди» - до неё метров пятьдесят, наверное…
Волкова вытянула руку так далеко, насколько смогла, а потом щёлкнула. Секунд пять ничего не происходило, а потом «Ауди» с грохотом взорвалась изнутри.
Стёкла выгнулись пузырями, лопнули и разлетелись мелким крошевом по всей стоянке. Из дымящегося салона с треском поползли белые пузыри сработавших подушек. И над всей территорией Октябрьского отдела пронеслась надрывная трель сработавшей сигналки.
Анна ещё успела увидеть, как к машине, оседающей на разорванных в лохмотья покрышках, бегут ребята из курилки. Как кто-то прилип к окну в коридоре на втором этаже – в надежде разглядеть, что происходит.
А потом просто выключили свет - и стало темно.
Продолжение следует...
Автор: Андрей Рейн
Источник: https://litclubbs.ru/articles/76387-s-i-n-e-v-a-vosmaja-serija.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: