Нам всем очень нравился дядя Миша. Он никогда не ругался, когда мы зимой катались на санках с горки прямо на его участке, и всегда угощал нас самыми вкусными конфетами во всем поселке. Так что, когда пошли слухи, будто его утащил Высокий Человек, мы все сильно расстроились.
Вы, скорее всего, про Высокого Человека ничего не слышали, так что я объясню. В наших краях эта легенда живет уже много лет. Те, кто уверял, будто видел его, описывали Высокого Человека как жутко тощего, бледного гиганта ростом под три метра, который постоянно вежливо улыбается. Отец мне как-то говорил, что Высокий Человек — заядлый коллекционер, собирающий всякие странные вещи. По его словам, больше всего этот монстр любит забирать грустных людей, заброшенные дома и чужие сны. И надо признать, мои сны он воровал уже не раз.
Когда в воскресенье дядя Миша не пришел на службу в местную церковь, никто ничего плохого не подумал. Но в понедельник он не заявился на завод, где работал вместе с моим батей, и среди мужиков пошли первые разговоры. Родители посчитали это странным, но панику поднимать не стали. А чуть позже поползли слухи, что до дяди Миши все-таки добрался Высокий Человек. Один пацан из параллельного класса даже хвастался, будто разглядел его в окне дома дяди Миши. Я пересказал родителям слова Кольки, но они только посмеялись.
Мы с Тохой каждый день после школы проезжали на великах мимо участка дяди Миши, когда направлялись к нашему другу Ромке. Мы никогда не тормозили у его забора, чтобы высмотреть в окнах Высокого Человека, как это делал Колька. Наоборот, даже педали крутили быстрее.
Но как-то раз мы слишком заигрались у Ромки. Возвращаться на велосипедах по кромешной темноте не хотелось, поэтому мы набрали родителей и попросились остаться на ночь. Тоху отпустили. Меня — нет.
Я изо всех сил старался не смотреть в сторону дома дяди Миши, когда ехал мимо. Почти проскочил, но любопытство все-таки взяло верх, и я повернул голову. В окне горел свет, и мой взгляд тут же выхватил бледный силуэт. На меня в упор смотрел Высокий Человек. От ужаса у меня перехватило дыхание, нога сорвалась с педали, когда я попытался рвануть с места. Я затупил буквально на секунду, не сводя глаз с жуткого лица в окне. Кажется, тогда я машинально поднял взгляд выше и заметил еще одно окно, темное. Но разглядывать его не стал. Через мгновение я уже гнал домой так, что ветер в ушах свистел.
На следующее утро в школе я выложил все Ромке и Тохе. Они, само собой, подняли меня на смех — они ведь и Кольке не поверили. Я понимал, что нужно как-то доказать свою правоту, иначе меня просто посчитают треплом.
Мы дождались, пока стемнеет, и покатили к тупику, где стоял дом дяди Миши. Высокий Человек был там, как я и обещал. Он наблюдал за нами из того самого освещенного окна, в котором я увидел его впервые. Дом стоял чуть ниже дороги, и из-за угла обзора казалось, будто его бледное лицо находится слишком высоко над землей. Настолько высоко, что этот тип должен был быть ростом метра под три. На его лице играло подобие вежливой улыбки, но в самом выражении сквозило явное недовольство. Тоха от неожиданности потерял равновесие и грохнулся с велика.
— Твою направо! Валим! — истошно заорал он.
И мы рванули оттуда так быстро, что едва не послетали с велосипедов.
Едва выскочив на освещенную улицу, мы принялись перебивать друг друга, задыхаясь от испуга и адреналина.
— Офигеть, мы реально видели Высокого Человека!
— Видели, как он на нас посмотрел?!
На следующее утро мы притащили туда еще и местных пацанов, но Высокого Человека и след простыл. Мы приехали и на следующий день — и снова в окне никого. В голову поползли мысли: может, он появляется только по ночам? Через пару дней, сидя в комнате у Ромки в ожидании доставки пиццы, мы решили втихаря сбежать из дома и проверить эту догадку.
Мы тихо выкатили велосипеды на дорожку, а оттуда выбрались на проезжую часть. И поехали к дому дяди Миши, одновременно мечтая увидеть чудовище и моля бога, чтобы там никого не оказалось.
Стоило нам заехать в тупик, как мы сразу его заметили. Он снова стоял на своем месте, но в этот раз уже откровенно злобно хмурился.
— Он злится, — едва слышно прошептал Ромка. — Хочет, чтобы мы проваливали.
— Не пойму, почему он показывается только в темноте, — протянул Тоха, пытаясь сфотографировать его на телефон.
— Хорош! — шикнул я на него, дернув за рукав. — Убери телефон, ты его еще сильнее разозлишь.
— Может, он и днем за нами следит, — Ромка пожал плечами. — Просто днем через стекло ни черта не видно, а ночью в доме свет загорается.
От этих слов по спине пробежал неприятный холодок. В следующую субботу мы твердо решили проверить Ромкину теорию, подбадривая себя мыслью, что Высокий Человек умеет только стоять у окна, но никогда не выходит на улицу.
Едва показались первые лучи солнца, мы уже крутили педали к дому дяди Миши. Пришлось подойти вплотную, почти к самым воротам, но Тоха божился, что Высокий Человек все еще торчит в окне.
Я прищурился, пытаясь разглядеть фигуру за стеклом, как вдруг Тоха резко бросил:
— Все, уходим отсюда. Живо.
Он запрыгнул на велик и рванул прочь на полной скорости. Мы догнали его только через пару кварталов, тяжело дыша.
— Какого хрена это сейчас было?! — накинулся я на него.
— Там… там был этот..., но в этот раз он выглядел как-то странно.
— В смысле «странно»? — не понял Ромка.
— Не знаю. Он казался дико злым или… каким-то неправильным что ли.
Прошло дня три, прежде чем нам удалось подбить Тоху снова съездить к тому дому. Да и то он согласился только при условии, что с нами двинет его старший брат, Мишка. Мишку наши пацанские страшилки вообще не трогали. Он нам ни капли не верил, но пошел за компанию, чтобы мелкий отвязался.
Как только мы подобрались на расстояние, откуда можно было разглядеть фигуру в окне, Мишка слез с велика. Он долго стоял, щурился, приглядывался. Потом уверенно пошагал вперед — ближе, чем мы вообще когда-либо рисковали подходить. Мы испуганно поплелись следом, держась чуть позади.
Мишка пересек двор и прошел по бетонной дорожке прямо к дому. Мы побоялись идти за ним и остановились у крыльца. Он подошел почти вплотную к окну и заглянул внутрь.
— Твою же… мать, — глухо выдохнул он.
А потом выдал еще несколько жестких матерных слов. И вдруг рванул обратно. Через секунду он уже стоял рядом с нами, тяжело хватая ртом воздух.
— Чего там такое? — испуганно спросил Тоха.
— Там нет никакого Высоко Человека, — прохрипел Мишка. — Звоните в полицию. Срочно.
И он не соврал — никакого монстра там не было.
Мы дождались полицию и своими глазами видели, как они взломали дверь и срезали начавший гнить труп дяди Миши, который повесился на старой люстре посреди комнаты. За те дни, что мы глазели на него с улицы, мертвец разложился до такой степени, что казалось, будто тело постепенно оплывает и тает. Дядя Миша не оставил никакой записки, ни единого прощального слова. Он просто ушел, оставив после себя лишь тоскливую историю разведенного мужика средних лет, который страдал от тяжелой, умело скрываемой от всех депрессии.
Прошли недели, пока в поселке улеглись сплетни об этой жути, и месяцы, прежде чем соседские пацаны перестали доставать нас расспросами, требуя в красках описать висельника. Со временем даже Тоха с Ромкой перестали заводить об этом разговоры. Жизнь продолжалась. У всех, кроме меня.
Видите ли, осталась одна деталь, которая до сих пор не дает мне спать по ночам. Кое-что, о чем я до сих пор никому не рассказывал. Это случилось в тот самый первый раз, когда я увидел Высокого Человека, когда ехал один. Все решили, что в освещенном окне я видел труп дяди Миши. Наверное, так и было.
Но тогда я заметил кое-что еще.
На втором этаже, в темном окне, застыла высокая фигура. Мертвенно-бледный человек смотрел прямо на меня и вежливо улыбался.
