Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Две правды

Любовь. Счет 0:0 Часть 3

Часть 3. Жюльетт: Летний зной и горький привкус компромисса Лето в Париже наступило внезапно, превратив узкие улочки в раскаленные печи. Мы с Анри сняли крошечную студию в квартале Маре. Это была жизнь, о которой я мечтала: утром я писала свои картины, а он, закрывшись в углу, часами репетировал. Мы делили один круассан на двоих и были бесконечно счастливы, ведя бесконечные споры о том, чей вид искусства ближе к истине. Но истина - штука дорогая. Я случайно услышала телефонный разговор Анри с его матерью. Она была из тех женщин, которые умеют задавать вопросы так, что ты чувствуешь себя ничтожеством, даже если ты гений. — Когда ты наконец начнешь зарабатывать? - спрашивала она. - Твоя подруга... она хоть что-то продала? Или вы так и будете питаться мечтами? Анри молчал, но я видела, как он сжимает телефон. Через неделю он пришел домой с новостью. Его старый знакомый, продюсер популярного ансамбля, предложил ему место в группе, которая играла «модный» неоклассический поп. Это был гарант

Часть 1 Часть 2

Часть 3. Жюльетт: Летний зной и горький привкус компромисса

Лето в Париже наступило внезапно, превратив узкие улочки в раскаленные печи. Мы с Анри сняли крошечную студию в квартале Маре. Это была жизнь, о которой я мечтала: утром я писала свои картины, а он, закрывшись в углу, часами репетировал. Мы делили один круассан на двоих и были бесконечно счастливы, ведя бесконечные споры о том, чей вид искусства ближе к истине.

Но истина - штука дорогая.

Я случайно услышала телефонный разговор Анри с его матерью. Она была из тех женщин, которые умеют задавать вопросы так, что ты чувствуешь себя ничтожеством, даже если ты гений.

— Когда ты наконец начнешь зарабатывать? - спрашивала она. - Твоя подруга... она хоть что-то продала? Или вы так и будете питаться мечтами?

Анри молчал, но я видела, как он сжимает телефон. Через неделю он пришел домой с новостью. Его старый знакомый, продюсер популярного ансамбля, предложил ему место в группе, которая играла «модный» неоклассический поп. Это был гарантированный контракт, гастроли по Европе и чеки с шестью нулями.

— Это только на время, - говорил он мне, глядя в окно на серые крыши. - Чтобы мы могли нормально жить. Чтобы я мог купить тебе нормальные краски, а не это дешевое дерьмо, от которого тошнит.

— Но ты же ненавидишь этот стиль! - я почти кричала. - Ты превратишь свою скрипку в реквизит для шоу!

Он уехал. Гастроли начались почти сразу. Париж, который был нашим общим миром, опустел. Когда он возвращался, он был другим: уставшим, пахнущим чужим парфюмом и отельной жизнью.

Однажды вечером, во время его короткого приезда, мы устроили ужин. Свечи догорали, вино было дорогим, но вкусным - и совершенно безвкусным.

— Ты стал как они, - сказала я, глядя, как он нервно листает ленту новостей на смартфоне. - Ты продал свои пальцы за место в хит-параде.

— Я сделал это для нас! - он ударил рукой по столу. - Ты хоть понимаешь, как стыдно было мне приходить к твоим родителям и объяснять, что я - скрипач, который даже не может оплатить счет в кафе?

— Мне было плевать на деньги! - я вскочила, сбивая салфетку. - Я любила тебя, когда ты был нищим неудачником в старой скрипичной мастерской. А теперь я не знаю, кто ты. Ты просто предатель своей мечты.

— Знаешь, в чем твоя проблема? - он посмотрел на меня с таким холодом, что я съежилась. - Тебе нравилось, что я был неудачником, потому что рядом со мной ты чувствовала себя «особенной». А теперь, когда я начал чего-то добиваться, ты боишься, что я перерасту тебя.

Это был удар ниже пояса. Я выбежала из студии, хлопнув дверью так, что со стены упал мой незаконченный холст. Лето закончилось в ту же секунду. Впереди была осень, опавшие листья и осознание того, что иногда даже самая большая любовь не может выдержать столкновения с реальностью.