В ноябре 2011 года журнал Rolling Stone готовил свой список величайших гитаристов всех времен, и в этом же месяце они взяли интервью у одного из тех, кто участвовал в составлении этого рейтинга. Эдди Ван Хален подробно рассказал о своем личном списке гитарных кумиров, номером один назвав Эрика Клэптона, а также об истоках своего собственного стиля и о многом другом
Разговор начался с будущего рейтинга, и Ван Хален отметил, что не считает игру на гитаре Олимпийскими играми или просто даже каким-то соревнованием: «Позвольте мне объяснить. Возьмём времена Бетховена, Моцарта, Чайковского и Шопена, как тогда можно было их оценивать? Каждый из них был хорош в своем деле, но вряд ли их можно расположить в каком-либо порядке, типа, на первом месте Бетховен, а Моцарт - на втором».
Эдди добавил, что по этой причине он никогда не понимал опросов по выяснению, кто самый важный или самый лучший: «Ну хорошо, если вы таки хотите придерживаться подобного подхода, то моя точка зрения такова: я бы начал с тех, благодаря кому у нас теперь есть электрогитара, а именно с Лес Пола и Лео Фендера. Просто потому, что без них у нас не было бы этой самой гитары, на которой мы теперь играем. Лес Пол - музыкант-новатор, на мой взгляд, и должен быть на первом месте в рейтинге. Лео Фендер не был музыкантом, но он собрал вокруг себя музыкантов и сконструировал электрогитару».
«И тут появляется Эрик Клэптон, я поместил его на вершину моего списка. Что привлекло меня в его игре? Простота его подхода, тембр его гитары и звучание в целом».
«Он взял в руки гитару Gibson и подключил её напрямую к усилителю Marshall, вот и всё. Его основа? Блюз. А вот что сделал я лично… Мне не нравились ни Les Paul, ни Fender. Поэтому я взял лучшие качества от каждой из двух и получил свою собственную гитару. И, по сути, только Клэптон оказал на меня реальное влияние. Клэптон в эпоху CREAM. Они распались, и после этого я взял инициативу в свои руки, я пошёл своим собственным путем, используя то, чему уже научился».
На вопрос, слушал ли он что-нибудь из записей Клэптона до CREAM, Эдди ответил, что послушав CREAM, он приобрёл себе пластинку Blues Breakers with Eric Clapton, но CREAM понравились ему больше.
«Они ведь существовали всего пару-тройку лет. Недолго, и мне больше всего нравились их живые записи с пластинок Wheels of Fire и Live Cream, там можно по-настоящему услышать, как эти три парня играют в своей стихии».
Юный Эдди Ван Хален проигрывал их записи, замедляя скорость магнитофона, снимал и разучивал каждый рифф.
«В общем, всё основано на блюзе… Есть три аккорда, которые наиболее приятны на слух, и есть 12 нот, с которыми можно работать. Всё очень просто.. Клэптон, конечно, был не один, в то время были Джимми Пейдж, Хендрикс, Бек, Таунсенд и все остальные ребята. Пит Таунсенд оказал на меня большое влияние как ритм-гитарист. Но, я никогда особо не увлекался Хендриксом. По-моему, я даже ни разу не покупал его пластинки. На мой вкус, он был более абстрактен в своем подходе к гитаре».
В одном из более ранних интервью Ван Хален вспоминал, что в детстве он даже не представлял себе, как воспроизвести то, что выдавал Хендрикс с помощью вау-вау и других своих педалей, поскольку не мог тогда себе позволить иметь всё это необходимое оборудование: «Возможно, отчасти поэтому я и выбрал Клэптона с его очень простым звуком».
Однако многие поклонники VAN HALEN утверждают, что не слышат в игре гитариста группы влияния Клэптона.
«Ну, после CREAM он очень изменился, понимаете? Когда он записывал I Shot the Sheriff, когда он начал сотрудничать с DELANEY & BONNIE, весь его стиль изменился. Звучание-то уж точно. И думаю, что главным фактором было то, что если послушать, например, I’m So Glad с альбома Goodbye группы CREAM, там можно чётко услышать игру каждого из этих трёх парней, а ведь именно Джек Брюс и Джинджер Бейкер заставили Клэптона звучать по-настоящему хорошо. Потому что эти два музыканта очень тяготели к джазу, и они подталкивали его вперёд. Я слышал, как однажды Клэптон сказал: «Я тогда понятия не имел, что я делаю». На самом деле, он просто пытался не отставать от тех двоих».
Ван Хален отметил. что когда он слушал Blues Breakers with Eric Clapton, это подтолкнуло его в совершенно неожиданом направлении: «Очень забавно, что когда я вернулся к тем временам Клэптона с Джоном Мэйоллом, я вдруг открыл для себя Питера Грина, который на самом деле больше похож на Клэптона, чем сам Клэптон. Он играл мягче и изысканнее, понимаете? Но потом, я слышал, у него были проблемы с психическим здоровьем. Думаю, мы все немного сумасшедшие, все, кто играет на электрогитаре».
«А у Пита Таунсенда в игре были мощь, интенсивность, и, опять же, простота. Ничего сложного там не было. Послушайте My Generation, да и более поздние вещи с альбома Who’s Next сыграны на обычных пауэр-аккордах».
В разговоре об использовании пониженных строёв, актуальных для некоторых метал-групп, Эдди заметил: «Я вообще не настраивал гитару под какой-либо строй. Я никогда не настраивал гитару под пианино или тюнер, просто брал свою гитару, а басист настраивался под меня. Так что мы практически всегда попадали между клавишами пианино».
Фанаты VAN HALEN считают, что во многих песнях группы соло не менее важны, чем вокальная мелодия, и невозможно представить на записях ничего другого в том же самом месте.
«Ну, мне бы хотелось так думать», - заметил Эдди. «Соло, по сути, ещё один мелодический элемент в песне. Ведь у нас всё всегда начинается с музыки. Кое-кто начинает с текста, как Элтон Джон, который берёт текст Берни Топина и пишет к нему музыку. Я так никогда не делал, потому что когда я вижу текст, у меня нет никаких идей насчёт музыки. Мы всегда начинаем с музыки, взять, наример, Пятую симфонию Бетховена, какой текст вы бы добавили к ней?»
Ван Хален также не раз говорил, что является поклонником гитариста Стива Лукатера: «Студийный музыкант. Он начинал с того, что много раз принимал участие в записи чужих альбомов, так что научился играть в любом стиле. Меня поражает его способность к перевоплощениям. Он может свободно влиться в любую музыку и блеснуть там. Для меня до сих пор загадка, кто он на самом деле. Наверное, он - это все они, все, с кем он когда-либо сталкивался в музыке. Своего рода музыкант для музыкантов. Я гораздо более прямолинейный рок-н-ролльный гитарист, ну и мне повезло оказаться в крутой рок-группе».
«Также есть что-то особенное в Ангусе Янге. Интересно, я недавно прочитал о нем, что он сказал, что не расценивает себя, как гитариста, так вот и я тоже. Мы просто делаем свое дело, и являемся частью большой картины. Представьте себе, что у AC/DC была бы всего одна песня - это была бы отличная песня! Блестяще сделанная. Опять же, именно их простота заставляет всех трясти головами».
«Что касается более тяжелых гитаристов, у Тони Айомми есть риффы и мощь музыки. И ещё есть такие музыканты, как Ричи Блэкмор и Лесли Уэст. У Лесли Уэста просто невероятный тембр гитары в MOUNTAIN. Насчёт Ричи Блэкмора скажу, что мне очень понравилось, как он использовал рычаг вибрато в Deep Purple in Rock».
«Кроме того, у этих гитаристов всегда отличные риффы. И если серьёзно, то Smoke on the Water - это песня, которая навсегда вошла в историю».
«Когда я рос, я слушал CREAM, LED ZEPPELIN, Хендрикса, THE WHO, DEEP PURPLE. Было очень много групп, и все они были очень, очень разными. Сейчас всё совсем по-другому. Все, на мой взгляд, звучат примерно одинаково. Не хочу, чтобы меня расценивали, как такого папу из старого поколения, критикующего новое, но современная музыка, по мне, не столь уникальна».
«Мне нравились песни Джимми Пейджа в LED ZEPPELIN, но единственным сольным исполнителем для меня был Клэптон. Однако именно Heartbreaker Пейджа заставила меня задуматься о хаммер-он, или как их там называют. Я тогда вообще ни как их не называл, они просто стали частью моей игры. Сейчас появились наззвания: хаммер-он, пулл-офф, не знаю, что там ещё придумали. Но именно они натолкнули меня на мысль сделать указательный палец моей правой руки шестым пальцем для левой».
«Но это всё, я играю совсем не похоже на Клэптона, Бека, Пейджа или Хендрикса. Беком я увлёкся после его альбома Blow By Blow, такой джаз-фьюжн. Меня заинтересовала инструментальная составляющая этой записи. И следующий Wired, по-моему , 1976 года, там тоже много интересного. Мне просто понравились все эти эксперименты Бека. Очень самостоятельный музыкант. Никогда не знаешь, что он вдруг сейчас вытворит. Мы с братом были во Франции лет 20 назад на концерте Джеффа Бека, он играл что-то в стиле рокабилли. Мы подумали: «Что это вообще такое?» Никогда не знаешь, чего от него в этот раз ожидать».
«Я и сейчас постоянно что-то меняю на своей гитаре. Я смотрю на нее и думаю: «Это мне нравится, а вот это нет», поэтому когда надо, я меняю настройки, исходя из того, что я хочу от гитары в этот раз. Регулятор громкости и регулятор тембра на моей гитаре отличаются, хотя обычно они оба одинаковые. На моей гитаре регулятор громкости очень легко поворачивается. А вот чтобы повернуть регулятор тембра, приходится приложить большое усилие, так что он всегда остается в нужном положении, которое я установил, даже если я случайно его задену. И я постоянно экспериментирую со звукоснимателями, я хочу добиться ещё более теплого, мягкого и продолжительного звука».