В мае 2006 года с разницей в несколько дней на Эвересте произошли две трагедии с разным исходом. Австралийский альпинист Линкольн Холл был спасен после ночи, проведенной на высоте 8600 метров, а британский альпинист Дэвид Шарп погиб.
Газеты писали, что его смерть произошла на глазах множества людей, которые отказались ему помочь ради восхождения: люди шли мимо медленно замерзающего человека на высоте 8500 метров, а съёмочная группа телеканала Discovery засняла его последние слова… и даже взяла у него интервью.
Для Девида Шарпа это была третья попытка восхождения на Эверест. Не имея достаточно средств на оплату восхождения в коммерческой группе, Шарп поднимался самостоятельно, без сопровождения шерпов, с двумя баллонами кислорода вместо стандартных пяти, без рации.
Предположительно Шарп достиг вершины во второй половине дня, на спуске на высоте около 8500 метров у него развилась тяжёлая горная болезнь, возможно, после отказа кислородной системы, Он провёл ночь в небольшой скальной пещере, известной как Green Boots Cave (пещера «Зелёных ботинок»), примерно на высоте 8500 м.
На следующее утро мимо ещё живого Шарпа прошло около 40 альпинистов по пути к вершине и на спуске с неё. В том числе и съёмочная группа канала Discovery, снимавшая фильм о восхождении. Несколько камер были закреплены на шлемах шерпов и участников экспедиции. На видео попал момент, когда участники экспедиции и шерпы останавливались возле Шарпа и пытались разобраться в ситуации.
Поэтому события впервые оказались не только в рассказах участников — часть из них была зафиксирована на видео. Именно после этого история вышла далеко за пределы альпинистского сообщества и вызвала споры по всему миру. Газеты всего мира писали: «Discovery засняли смерть человека на Эвересте, а не сняли фильм о спасении».
Ситуация с Дэвидом Шарпом представлялась так, что альпинисты думали только о собственных амбициях, буквально перешагивая через умирающего на их пути человека. Сэр Эдмунд Хиллари, первый покоритель Эвереста, публично осудил случившееся, заявив, что человеческая жизнь всегда важнее вершины, и обвинил альпинистское сообщество в утрате моральных ориентиров.
Поскольку эти две истории произошли примерно в одно время и на одной высоте, стали говорить о том, что Холла спасли, потому что у него были деньги на оплату работы шерпов, а у Шарпа денег не было, поэтому его бросили.
Но в реальности всё было не так однозначно. Многие сначала вообще не понимали, кто перед ними. Пещера Green Boots уже много лет была известным ориентиром маршрута. Там находилось тело другого погибшего альпиниста, и некоторые люди поначалу воспринимали Шарпа как ещё одно неподвижное тело и не сразу понимали, что человек жив.
У Шарпа не было с собой рации, и никто на горе не знал, что с ним произошло. Когда альпинисты увидели Шарпа они пытались понять, кто перед ними. Шерпы, сопровождавшие экспедицию канала Discovery, дали ему кислород, спросили его имя, он ответил:
Меня зовут Дэвид Шарп. Я из группы Asian Trekking. Очень хочется спать.
Этот момент попал на камеры закрепленные на касках шерпов, и позже в газетах писали: что канал Discovery взял у него интервью и оставил умирать.
На самом деле, когда стало понятно, что он жив, некоторые пытались ему помочь. Так шерп Дава из «Арун Трекса» давал ему кислород, пытался в течение часа поднять его на ноги, помочь ему идти, но Шарп не мог удержаться на ногах. Плача от бессилия, Дава его оставил.
Рассматривая ситуацию в комфортных условиях дома, в тепле и безопасности, невозможно понять, что происходило на высоте выше восьми тысяч.
Главная причина того, что Дэвида Шарпа не спасли, — это то, что физически это было невозможно сделать. Он не мог сам двигаться, а на такой экстремальной высоте невозможно поднять неподвижное тело. Никаких шансов спустить его вниз просто не было.
И в этом — основное отличие от истории с Холлом, который мог, пусть с помощью, но передвигаться самостоятельно. Холл поднимался в составе большой экспедиции, в его спасении принимало участие множество людей. И хотя группа Дэна Мазура сыграла решающую роль в его спасении, они давали ему кислород, горячее питьё, возвращали его в сознание, спустить его самостоятельно вниз они бы не смогли. Это стало возможным только благодаря работе большой группы шерпов. Как только стало известно о его состоянии, Абрамов сразу же отправил двух шерпов с кислородом из верхнего лагеря, отправил ещё одиннадцать шерпов на Северное седло, организовал резерв спасателей. Это и определило успех спасательной операции. Одиннадцать шерпов, поднявшихся с Северного седла, с огромными усилиями смогли спустить Холла в лагерь
Конечно, снова возник вопрос о личной ответственности человека за принятие решения.
На высотах выше 8000 метров человек может рассчитывать по‑настоящему только на себя. А спасработы на такой высоте могут быть возможными только при наличии целой системы поддержки.
Перед альпинистом‑одиночкой стоит выбор: либо ты достаточно сильный и готов рисковать, осознавая, что тебя никто не спасёт. Либо отказываешь от восхождения
Шарп пошел на риск совершенно осознанно, он должен был понимать, что помочь ему никто не в состоянии. Он шёл один, без какой‑либо поддержки и с минимумом кислорода. Не имея рации, он даже не мог сообщить о своих проблемах.
Возможно зная о том, что сын шел на риск осознанно, мама Шарпа заняла сторону тех, кто не стал оказывать помощь, и выразила мнение, что в таких экстремальных условиях на такой высоте первостепенной обязанностью каждого является забота о собственной безопасности, а не попытки спасти другого.
При коммерческом восхождении на Эверест с использованием кислорода организм работает в условиях, примерно соответствующих высоте 6–7000 метров. Поэтому в принципе на такую вершину может подняться человек, который уверенно чувствует себя на этих высотах.
Если бы во времена моей молодости была возможность подняться на Эверест, я бы попробовал это сделать без кислорода, но точно в составе команды, не один.
Сейчас я понимаю, что такое восхождение мне уже не по силам — хотя у меня есть опыт восхождений на 6-тысячники и один семитысячник, пик Ленина. В составе коммерческой экспедиции я бы мог попробовать, но денег на полное сопровождение и кислород, к сожалению, нет. А если оплатить только базовые услуги, как Шарп, то я понимаю, что это тоже может быть билет в один конец.
Да, и глядя на километровые людские пробки на склонах Эвереста, подобное восхождение, кажется все менее привлекательным.
История Дэвида Шарпа получила такой резонанс во многом потому, что всего несколькими днями раньше на той же горе и практически на той же высоте произошла другая история — история спасения Линкольна Холла.
Об этом я писал в предыдущей статье: Эверест: история спасения Линкольна Холла.
Если вам интересны подобные истории из мира высотного альпинизма, можете также почитать:
• Канченджанга: где проходит граница между спасением и гибелью.
• Когда горы ставят перед выбором: обрезать верёвку другу или погибнуть вместе с ним.