Глава 10. Собеседование для галочки
За завтраком Люся выглядела встревоженной. Она ковыряла ложкой творог и то и дело бросала взгляды на Татьяну, которая с аппетитом уплетала сырники.
— Тань, — сказала Люся наконец. — Тебе сегодня больничный закрывают. Врач звонил, сказал, что можешь выходить на работу.
— Знаю, — кивнула Татьяна, не прекращая жевать. — Я уже решила. Пойду увольняться.
— Увольняться? — Люся отложила ложку. — Ты с ума сошла? Куда ты пойдёшь без памяти, без опыта?
— А как я буду работать если я по сути ничего не знаю в кадровом производстве? Чтобы уволиться, память не нужна? Достаточно сказать «пишите заявление по собственному». Это я запомнила. — Татьяна допила кофе. — А там посмотрим. Может, овощами на рынке торговать. Исмаил, говорят, нормальный мужик.
— Исмаил — барыга, — вздохнула Люся. — Он и своих обвешивает. Но ты права, сидеть на больничном вечно не будешь. Ладно, давай. Сходи, уволься. А я на работе позвоню, узнаю, может, у нас вакансия есть.
— В парикмахерской? — Татьяна скептически подняла бровь. — Я не умею стричь.
— Могла бы мыть головы. Или записывать клиентов. Потом может на курсы какие-нибудь… Ты ж сама вроде говорила.
— Я передумала. — Татьяна представила себя с намыленной головой клиента и содрогнулась. — Нет. Слишком много тактильного контакта с незнакомцами.
Люся собралась и ушла, Татьяна оделась, погладила кота (Фенхель спал на диване, делая вид, что происходящее его не касается) и отправилась в «Стройресурс» — место, где Татьяна Смирнова провела последние двадцать лет своей жизни.
Офис оказался серым, унылым, с пластиковыми цветами на подоконниках и запахом пережжёного кофе. Татьяна поднялась на третий этаж, вошла в отдел кадров — своё собственное бывшее место — и застала там молодую девушку, которая сидела за её столом.
— Здравствуйте, — сказала Татьяна, чувствуя себя призраком на собственных похоронах. — Я Татьяна Смирнова. Вышла с больничного. Хочу уволиться.
Девушка округлила глаза, что-то защебетала про «начальника», «заявление» и «расчёт». Через полчаса, после подписания кучи бумаг, Татьяна вышла на улицу с трудовой книжкой и конвертом в руке.
Денег было — кот наплакал. Даже Фенхель, который действительно умел плакать драматическими слезами, не произвёл бы такого жалкого зрелища.
— Двадцать одна тысяча, — вслух сказала Татьяна, пересчитав купюры. — Вы серьёзно? В моём мире за службу ведьме полагался минимум проклятый сундук с золотом. А здесь — Двадцать одна тысяча. Маловато.
Она сунула конверт в сумку и повернулась, чтобы уйти. И тут из-за угла вынырнул Валера. Свежий, бритый, в костюме и с улыбкой, которая явно стоила ему нескольких часов репетиций перед зеркалом.
— Танюш! — воскликнул он, раскинув руки. — А я тебя ждал! Знал, что сегодня выходишь. Решил поддержать.
— Валера, — устало сказала Татьяна. — Ты как пробка из бутылки. Вынешь — не затыкается.
— Ты грубая, но я не обижаюсь. Я тут подумал... Ты ведь работу ищешь?
— С чего ты взял?
— Люся сказала твоей соседке, а та — моей знакомой. В общем, я знаю одно место. Работа — проще некуда. Оцифровывать документы в городском архиве. Ничего знать не надо, просто сканировать и сохранять. Учитывая твою амнезию — самое то.
Татьяна прищурилась.
— И зачем тебе это? Альтруизм? Или ты надеешься, что я от благодарности пущу тебя пожить?
— Тань, ну зачем ты так? — обиженно сказал Валера. — Я просто хочу помочь. Собеседование сегодня в два. Я уже договорился. Пойдём?
Она посмотрела на конверт с двадцатью одной тысячью, потом на Валеру, потом на небо, которое было серым и безнадёжным, как её финансовое будущее.
— Ладно. Но если это окажется ловушкой, я найду способ тебя проклясть.
— Договорились, — обрадовался Валера, не поняв юмора.
Архив оказался старым зданием с высокими потолками, запахом пыли и плесени. Внутри было темно и сыро. Татьяна сразу вспомнила подвалы старых замков, но решила не углубляться в травматичные воспоминания.
Их встретила женщина в очках, похожая на строгую сову. Она представилась Надеждой Викторовной — руководителем отдела оцифровки. Валера оставил их и удалился в коридор, пообещав подождать.
— Присаживайтесь, — сказала Надежда Викторовна, указывая на стул у облезлого стола. — Татьяна Сергеевна, я ознакомилась с вашими документами. У вас нет опыта оцифровки?
— У меня нет опыта почти ничего, — честно ответила Татьяна. — Недавно ударилась головой, память потеряла. Но сканер я, наверное, освою.
Сова неодобрительно поджала губы.
— Но мы ищем не просто оператора сканера. Наш архив — это лицо города. Оцифровка — процесс ответственный. Требует внимательности, усидчивости и... корпоративного духа.
— Корпоративного духа? — переспросила Татьяна. — Это который вызывают специальные шаманы? Или достаточно просто пить кофе из общей кружки?
— Я не поняла юмора, — холодно сказала Надежда Викторовна. — Лучше ответьте на несколько вопросов.
Она достала листок с тестами.
— Вопрос первый. Клиент приносит документ тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года. Страницы подклеены скотчем. Какова ваша первая реакция?
— Ну приму, наверное — сказала Татьяна. — какая разница подклеены они или нет, главное содержание.
Сова замерла.
— Неправильно. Первая реакция — позвать меня. Потому что такие документы требуют специальной обработки.
— А вы обработаете? Умеете?
— Это не важно. Важно, что я — руководитель. И решение принимаю я. Следующий вопрос. Представьте, что ваш коллега постоянно просит вас подменить его на обеде, потому что у него йога по вторникам. Что вы сделаете?
— Скажу, чтобы выбирал между йогой и работой, — пожала плечами Татьяна. — Я не благотворитель всё время кого-то подменять..
— Неправильно. Вы должны пожаловаться мне. Я разберусь. Никакой самодеятельности.
— А если я не хочу жаловаться? Если я предпочитаю решать проблемы без начальства?
— Тогда вы — не командный игрок. А нам нужны командные игроки.
Татьяна вздохнула. В её мире командными игроками называли тех, кто не сдал соратников вражескому ковену. Здесь, видимо, смысл был иным.
— Третий вопрос, — продолжала Надежда Викторовна. — Руководство объявляет срочный проект — отсканировать пять тысяч документов за два дня. Ваши действия?
— Работаю по шестнадцать часов и прошу премию.
— Неправильно. Вы должны написать служебную записку о невозможности выполнения задачи в срок, чтобы руководство могло скорректировать ожидания. Без самодеятельности.
— А если я просто сделаю и получу результат?
— Это нарушит корпоративную этику. Вы должны следовать процедуре.
Татьяна почувствовала, как у неё начинает дёргаться глаз.
— Четвёртый вопрос. У вас сломался сканер. Вызываете мастера. Мастер приедет через три дня. Что делаете?
— Пью чай и радуюсь, что не надо работать.
— Неправильно. Вы должны заполнить заявку в трёх экземплярах, завизировать у меня, потом у главного инженера, потом у начальника безопасности. После этого мастер, возможно, приедет через час. Но это не точно.
Татьяна медленно встала.
— Послушайте, Надежда Викторовна. Вы ищете человека, который будет сканировать бумажки, или кандидата на должность главного козла отпущения? Потому что ваши тесты похожи на бред умалишённого.
— Как вы смеете! — Сова покраснела. — У нас серьёзная организация!
— Серьёзная? У вас сканер ломается, и вы вместо того, чтобы вызвать мастера, пишете три заявки? У вас коллега ходит на йогу, а вы требуете, чтобы на него жаловались? У вас корпоративный дух важнее, чем работа?
— Это стандарты!
— Это идиотизм, — отрезала Татьяна. — Я пережила падение с лестницы, потерю памяти, но это собеседование — худшее испытание из всех.
Она схватила сумку.
— Идите к лешему со своей оцифровкой. Я лучше пойду торговать помидорами к Исмаилу. Там хоть вопросы адекватные: «Сколько кило?», а не «Что вы сделаете со скотчем на документе?».
— Татьяна Сергеевна, я вынуждена...
— Не надо. Я ухожу сама.
Татьяна развернулась и с силой хлопнула дверью. Стекло в двери жалобно звякнуло, но не разбилось — жаль.
В коридоре её ждал Валера. С надеждой в глазах.
— Ну как?
— Отлично, — ответила Татьяна, проходя мимо. — Я только что сказала вашей Надежде Викторовне всё, что думаю об их корпоративном духе. Если я получу это место, то только потому, что они испугались, что я прокляну весь архив.
— Тань, ну зачем ты так? — Валера бежал за ней, пыхтя. — Я старался, договаривался...
— Валера, — она остановилась и посмотрела ему в глаза. — В следующий раз, когда захочешь мне помочь, просто переведи деньги. И не надо собеседований, где меня спрашивают про скотч и йогу. Я не готова к такому уровню безумия.
Она вышла на улицу, глубоко вдохнула воздух свободы и достала телефон.
— Люсь, — сказала она, когда подруга ответила. — Похоже у Исмаила скоро появится новая продавщица. Я согласна на любые условия. Потому что после сегодняшнего собеседования торговать овощами — это вершина карьеры и здравомыслия.
Люся молчала секунду, потом спросила:
— Что случилось?
— Я расскажу, но это долгая история. Короче: скотч, корпоративный дух и три экземпляра заявки. Если я не хочу сойти с ума, мне нужно срочно что-то делать руками. Например, взвешивать картошку.
— Хорошо, — вздохнула Люся. — Давай вечером поговорим.
Татьяна повесила трубку и направилась домой — кормить кота и переваривать утренний кошмар. В голове уже созревал план: завтра она пойдёт на рынок, договорится с Исмаилом и начнёт новую жизнь. Без скотча, заявок и корпоративного духа. С помидорами и картошкой — понятнее.
***
В ожидании продолжения истории приглашаю вас почитать другие произведения автора:
«Лекарка без диплома и маг в нагрузку»
«Ведьма, кот и дверь на чердаке»
«Методичка для избранных ( с рукописными правками)
Короткие рассказы. Мистика, Фэнтези, Юмор.
***
Если вы дочитали до конца, поддержите автора, подпишитесь на канал, поделитесь ссылкой, это поможет в продвижении канала.
Ставьте лайки, если нравится. Ставьте дизлайки, если не нравится. Пишите комментарии. #фэнтези #юмор #книга #рассказ #роман #сказка