Глава 7. Человек, которого похоронили
Если бы кто-нибудь попросил меня спустя годы назвать момент, когда вся эта история окончательно перестала подчиняться законам здравого смысла, я бы без колебаний указала именно на эти несколько секунд. На фигуру человека, стоявшего у выхода из тоннеля. На то, как мгновенно изменилось лицо Игоря. И на выражение спокойной уверенности в глазах незнакомца, который выглядел так, словно всё происходящее разворачивалось строго по заранее написанному сценарию.
Он не держал оружия. Не кричал. Не угрожал. Однако именно его спокойствие внушало гораздо больший страх, чем любой пистолет. Потому что люди, которые действительно опасаются за свою жизнь, обычно нервничают. Этот же человек выглядел так, словно опасаться следовало всем остальным. Несколько долгих мгновений никто не двигался. Затем незнакомец слегка улыбнулся.
— Признаться, Игорь, я ожидал увидеть тебя где угодно, но только не здесь.
Его голос оказался удивительно приятным. Низким, спокойным, с хорошо поставленной дикцией. Таким голосом могли читать лекции в университете или вести вечерние новости. Именно поэтому по спине пробежал неприятный холодок. Иногда самые опасные вещи приходят в самой привлекательной упаковке. Игорь медленно выпрямился. Я заметила, как напряглись мышцы его лица.
— Ты умер.
Незнакомец усмехнулся.
— Как видишь, слухи оказались слегка преувеличены.
— Я видел документы.
— Их видел весь мир.
— Я видел тело.
Улыбка исчезла. Лишь на мгновение. Но я заметила.
— Нет, Игорь. Ты видел то, что тебе позволили увидеть.
От этих слов внутри всё сжалось. Потому что подобные фразы произносят только люди, привыкшие управлять чужими жизнями. Незнакомец перевёл взгляд на меня. И неожиданно слегка наклонил голову. Будто приветствуя старую знакомую.
— А вы, должно быть, Елена Сергеевна.
Я ничего не ответила. Инстинкт подсказывал молчать. Слушать.
— Удивительное сходство с матерью.
Продолжил он.
— Особенно глаза.
Те же самые глаза. Моё сердце пропустило удар.
— Вы знали мою мать?
Мужчина некоторое время молчал. Словно вспоминал.
— Знал. К сожалению.
Мне совершенно не понравилось слово «к сожалению».
— Кто вы такой?
Он посмотрел на меня внимательно. Даже слишком внимательно. Словно изучал.
— Меня зовут Александр Волков.
Имя ничего мне не сказало. Однако рядом стоящий Игорь резко побледнел. Словно услышал не имя, а приговор.
— Нет.
Прошептал он.
— Нет... этого не может быть.
Волков усмехнулся.
— Меня всегда забавляло, как люди реагируют на реальность, когда она оказывается не такой, какой им хотелось её видеть.
Я заметила ещё кое-что. Он не выглядел стариком. Во всяком случае, не настолько старым, насколько должен был выглядеть человек, которого официально похоронили двадцать лет назад. На вид ему можно было дать чуть больше шестидесяти. Высокий, подтянутый. Седые волосы. Тёмное пальто. И удивительно ясный взгляд. Слишком живой для покойника.
В тоннеле повисло тяжёлое молчание. Наконец Волков вздохнул. Будто устал от затянувшегося разговора.
— Ладно. Давайте не будем тратить время.
Мне нужна папка. Моя рука автоматически легла на сумку.
— Какая папка?
Он посмотрел на меня почти сочувственно.
— Та самая, которую ваш отец спрятал тридцать лет назад.
— Я ничего не понимаю.
— Понимаете. Просто ещё не хотите признаться себе в этом.
Он сделал шаг вперёд.
— Ваш отец оказался честнее многих людей вокруг него. Иногда честность становится смертельно опасной привычкой.
Игорь внезапно перебил его.
— Не слушайте его.
Волков перевёл взгляд.
— Ты всё такой же предсказуемый.
— Ты убил Виктора.
На лице Волкова не дрогнул ни один мускул.
— Виктор сам выбрал свою судьбу.
— А её мать?
Впервые за весь разговор в глазах Волкова мелькнуло раздражение. Всего на секунду. Но я увидела. И этого оказалось достаточно. Потому что именно тогда я поняла страшную вещь. Моя мать каким-то образом была связана с этой историей намного сильнее, чем мне казалось. Настолько сильно, что даже спустя годы её имя заставляло этого человека терять самообладание.
— Что случилось с моей матерью?
Спросила я. Никто не ответил. Я повторила вопрос громче.
— Что случилось с моей матерью?!
В тоннеле стало тихо. Настолько тихо, что слышно было, как где-то наверху капает вода. Игорь отвёл взгляд. Волков тоже молчал. А потом я вдруг поняла. Они оба знают ответ. И именно поэтому не хотят его произносить. В груди появилась ледяная пустота.
— Она умерла не случайно...
Прошептала я. Игорь закрыл глаза. Этого движения оказалось достаточно. Иногда человек отвечает даже тогда, когда не произносит ни единого слова. Мир вокруг словно качнулся. Семь лет назад мне сообщили, что мама умерла от сердечного приступа. Обычная смерть. Трагичная. Но обычная. И сейчас впервые в жизни я начала понимать, что, возможно, всё было совсем иначе.
В этот момент сверху, где-то далеко за тоннелем, послышался новый звук. Выстрел. Один. Затем второй. После чего наступила тишина. Волков медленно повернул голову. Прислушался. И неожиданно улыбнулся.
— Похоже, ваши друзья нашли моих людей.
А затем посмотрел прямо на меня и произнёс:
— Поверьте, Елена Сергеевна. Всё, что вы узнали сегодня, — лишь начало. Потому что настоящая тайна спрятана вовсе не в папке.
Он сделал паузу.
И добавил:
— Она спрятана в вашем свидетельстве о рождении.
Глава 1. Дверь, которой не было
Глава 5. Те, кого не должно было быть
Глава 10. Девочка, которой не было
Глава 13. То, о чём он молчал тридцать лет
Глава 14. Люди, которых боялся Волков