Глава 17. Чёрная вдова с пятивековым стажем
На следующий день, после того как Валера был изгнан с честью и без колбасы, Татьяна наконец набрала номер Марты.
— Решилась? — голос старой ведьмы звучал так, будто она только что выпила утренний кофе и прикончила пару неугодных конкурентов.
— Решилась поговорить, — поправила Татьяна. — Без попыток украсть мой кулон. В нейтральной обстановке. Скажем, кафе на углу. Через час.
— Я знаю это кафе. Там пафосно, но кофе отвратительный. Буду.
Марта пришла ровно через час. Одета дорого и элегантно, с сумкой, которая стоила больше, чем Татьяна заработала бы за десять лет торговли помидорами. Волосы уложены в аккуратную причёску, макияж — дорогой и незаметный.
Татьяна, в своих джинсах с распродажи на маркетплейсе (три штуки за две тысячи, Люся помогла выбрать), поношенных кроссовках и нелепой толстовке, которую предыдущая Татьяна купила на рынке, чувствовала себя дворняжкой рядом с афганской борзой.
— Выглядишь... приземлённо, — прокомментировала Марта, окинув её взглядом. — Как будто собиралась не в кафе, а картошку копать.
— Я и копаю картошку. В переносном смысле. Торгую овощами у Исмаила, — без обиняков ответила Татьяна. — Не все ведьмы могут себе позволить Милан и Шанель.
— Могли бы, если бы умели правильно себя вести в этом мире, — усмехнулась Марта. — Но не будем о грустном. Ты без кота?
— Фенхель остался дома. Хотела поговорить с глазу на глаз.
— И правильно. В кафе с котом сидеть — привлекать ненужное внимание. Ладно, давай сразу к делу.
Они сели за столик у окна. Марта заказала чёрный чай и пирожное «Картошка». Татьяна — кофе с молоком и ту же «Картошку» (потому что она была дешёвой и сытной).
— Итак, — начала Марта, откусывая пирожное с видом римского патриция, который пробует виноград перед казнью раба. — Ты, как я понимаю, хочешь от меня информации. О мире, об артефактах, о том, как выживать без магии. А я, в свою очередь, заинтересована в тебе. Не как в подружке по несчастью, а как ведьме с фамильяром. Потому что даже самый слабый артефакт в ваших руках работает сильнее, чем у меня. А вместе — мы можем активировать то, что по отдельности не тянет.
— То есть я тебе нужна как батарейка, — прямо сказала Татьяна.
— Как усилитель, — поправила Марта. — Не батарейка. Батарейка — это пассивный источник. А ты — живая ведьма со связью с фамильяром. Это редкий ресурс. Ты можешь подпитывать мои артефакты, а я взамен дам тебе знания. Те, которые добывала пятьсот лет. Охотой, кровью и большими деньгами.
Татьяна молчала, разглядывая пенку на кофе.
— О да, — Марта улыбнулась, и в её улыбке было что-то хищное. — Я специалист по мужчинам. И по женщинам. И по всем, кто хочет меня обмануть. За пятьсот лет я научилась читать людей лучше любой книги. Научу и тебя. Частично. Бесплатно ничего не бывает, но я согласна на бартер: информация — за помощь с артефактами. Ты ищешь, я ищу. Вместе — быстрее. А когда твой кот будет рядом — активируем то, что найдём.
— А если найдём что-то, что нужно только тебе?
— Договоримся. Я не жадная. Только мстительная. Но с тобой, надеюсь, дойдём до консенсуса.
Они чокнулись чашками.
— Договорились, — сказала Татьяна. — Тогда расскажи, как ты выживала пятьсот лет в этом мире без магии?
Марта усмехнулась, отпила чай.
— А вот тут, деточка, самое интересное. Я не просто выжила — я преуспела. Видела моё пальто? В прошлом году купила в Милане. Сумка — от Шанель, прошлогодняя коллекция. Квартира в центре, машина с личным водителем. Всё это, — она обвела рукой своё великолепие, — заработано честным трудом. Ну, почти честным.
— Каким? — Татьяна уже догадывалась, но хотела услышать.
— Мужчины, дорогая. Слабый пол — это вечный источник дохода. А ведьмы, даже без магии, умеют обращаться с мужчинами. Немного чар, чуть-чуть артефакта, немного правильных слов — и он уже твой. А через пару лет — либо в могиле, либо в Индии с молодой любовницей, но с крупной компенсацией. Я никогда не убивала сама, если ты вдруг подумала. Сердце, инсульт, несчастный случай на охоте — всё в рамках приличий.
— Ты... была замужем? За здешними мужчинами? — удивилась Татьяна.
— Восемь раз, — усмехнулась Марта. — И ещё семь долгосрочных романов. Каждый раз — зажиточный мужчина, каждый раз — богатая вдова. Артефакты помогали оставаться молодой и привлекательной, а мужская жадность и глупость делали остальное. Никакой магии убийства, никаких проклятий. Просто... планирование. И немного женской хитрости.
Марта откинулась на спинку стула, прикрыла глаза. В её лице мелькнуло что-то далёкое, почти ностальгическое.
— Первый раз был в шестнадцатом веке. Я тогда уже лет пятьдесят как торчала в этом мире, без магии, без денег, без связей. Прикидывалась служанкой, кухаркой, прачкой — кем угодно, лишь бы не сожгли. И вот в одной из немецких деревень я узнала, что у соседнего графа есть фамильная побрякушка. Браслет, который якобы светится по ночам и приносит удачу. Я сразу поняла: артефакт. Может, слабенький, но мой.
— И ты его украла?
— Я нанялась к нему кухаркой, — сказала Марта с довольной улыбкой. — Старый граф был скупым, подозрительным и хранил браслет в шкатулке под кроватью. Я три месяца варила ему супы, терпела его брюзжание, его приставания и ждала момента. Однажды он уехал на ярмарку, а я... одолжила браслет. Навсегда.
— И он не хватился?
— Хватился, но поздно. Я уже сбежала и перебралась в соседний городок. А там как раз жил другой граф — молодой, богатый, недавно овдовевший. И очень одинокий. Браслет дал мне сил выглядеть свежее, двигаться легче, говорить убедительнее. Я случайно «встретилась» с ним в лесу, когда он охотился, и сделала вид, что заблудилась. Он был галантен, пригласил в поместье, через месяц сделал предложение.
— То есть браслет сработал?
— Сработал. Слабенько сработал, но я почувствовала себя живой. Годы будто отступили. Граф был счастлив. А я просто тихо жила в его замке, подпитывалась от браслета по чуть-чуть. Копила силы.
— А он? — Татьяна почему-то почувствовала неловкость.
— А он через пять лет погиб на охоте. Лошадь понесла, копыто в голову. Быстро, без мучений. Я плакала на похоронах — честно, слёзы сами лились. Не от любви, от облегчения. Не надо больше притворяться. И первый граф, у которого я украла браслет, к тому времени уже умер от старости, так что никто не предъявил претензий. Я осталась богатой вдовой. Через несколько лет я сбежала из поместья, забрала деньги, драгоценности и переехала в другой город. Подальше от соседей, которые начали коситься — мол, слишком долго не стареет вдова графа, не к добру это. С тех пор так и повелось. Замужество — вдовство — переезд. Меняла города, страны, имена. Главное — вовремя исчезнуть, пока вопросы не начались.
— И никто не догадался?
— Догадывались, но поздно. Я всегда уезжала до того, как соседи собирались с кольями и факелами. А в новом городе меня никто не знал. Могла начинать с чистого листа.
— А артефакты? — спросила Татьяна. — Ты их так и искала через мужей?
— Не только. Но это был самый надёжный способ. Богатые мужчины копят древности, не понимая их ценности. Я входила в дом, находила артефакты, забирала их — иногда тихо, иногда через наследство. Браслет, кстати, я носила почти сто лет, пока он не рассыпался в прах. Но к тому времени у меня уже были другие.
Татьяна молчала, переваривая.
— И ты ни разу не пожалела?
— Ни разу, — твёрдо сказала Марта. — А ты бы жалела, если бы тебя здесь сожгли на костре в двадцать лет, потому что родинка на спине похожа на печать дьявола, или потому, что у тебя рыжие волосы? Нет. Ты бы тоже стала циничной и расчётливой. Поверь, это лучше, чем быть мёртвой.
Она допила остывший чай и посмотрела на Татьяну с неожиданной теплотой.
— Но ты другая. У тебя есть фамильяр и шанс не повторять моих ошибок.
Татьяна кивнула, не зная, что ответить. Внутри ворочалось что-то тяжёлое — жалость, неловкость, уважение. Но больше всего — желание не допустить, чтобы её собственная история превратилась в такой же долгий циничный марафон.
— Это не моё, — сказала она наконец. — Я умею убивать врагов, но не умею притворяться влюблённой, чтобы потом получить наследство.
— И зря, — философски заметила Марта. — Способ приносит стабильный доход. Но я тебя не заставляю.
Татьяна задумалась и мысли её потекли в другую сторону. Она вдруг с острой ясностью поняла, что всё это время, с самого момента пробуждения в больнице, она вела себя как обычная женщина. Как Татьяна Смирнова, бывший кадровик, которая боится остаться без денег, ищет работу, ругается с соседями, торгует помидорами у Исмаила.
Но ведь она — Вирдис. Собирательница Проклятий. Ведьма, которая пережила четырнадцать веков.
«Я что, совсем забыла, кто я? — подумала она с раздражением на саму себя. — У меня есть артефакт, есть фамильяр, есть способность видеть суть вещей. А я вместо того, чтобы использовать это, хожу на собеседования, где меня спрашивают про скотч, и взвешиваю картошку для бабок, которые торгуются из-за каждой копейки».
Она вспомнила Валеру. Его навязчивое желание вернуться, его нелепые оправдания. А ведь она могла бы — прямо сейчас, когда он в следующий раз появится — взять Фенхеля на руки, коснуться кулона и просто увидеть. Увидеть его истинные мотивы. Не гадать, не строить догадки, а узнать наверняка. Это же так просто. Но она даже не подумала об этом. Увлеклась бытом, деньгами, выживанием.
«Стыдно, Вирдис, — сказала она себе. — Ты стала мягкой. Привыкла к тёплой квартире, к Люсе с её борщом, к коту на коленях. Но ты не обычная женщина. У тебя свой путь. Возможно, не такой, как у Марты — с мужьями и наследствами. Но уж точно не путь торговки помидорами».
Она взглянула на Марту, которая терпеливо ждала, попивая остывший чай.
— Знаешь, — сказала Татьяна, и в её голосе появились новые нотки — твёрдые, почти хозяйские, — а ведь ты права. Я возилась с помидорами, когда должна была возиться с людьми. Не в смысле «черной вдовы», а в смысле... понимания.
— О, наконец-то, — Марта одобрительно кивнула. — Доходит. Правда, медленно, но доходит.
— Не язви. У меня был сложный период адаптации. Теперь он, кажется, заканчивается.
Они расплатились каждая за себя (Марта демонстративно положила крупную купюру, Татьяна — мелочь, которую отложила с рынка).
Татьяна шла домой и думала о том, что мир не становится проще. Но у неё теперь есть и новая наставница, и новый инструмент — не только артефакт, но и понимание, что она не обязана быть хорошей Татьяной Смирновой. Она может быть собой. Вирдис. И это, пожалуй, самое важное открытие за сегодня.
***
В ожидании продолжения истории приглашаю вас почитать другие произведения автора:
«Лекарка без диплома и маг в нагрузку»
«Ведьма, кот и дверь на чердаке»
«Библиотека Теней»
«Методичка для избранных ( с рукописными правками)
Короткие рассказы. Мистика, Фэнтези, Юмор.
***
Если вы дочитали до конца, поддержите автора, подпишитесь на канал, поделитесь ссылкой, это поможет в продвижении канала.
Ставьте лайки, если нравится. Ставьте дизлайки, если не нравится. Пишите комментарии. #фэнтези #юмор #книга #рассказ #роман #сказка