Медсестра настроила скорость капельницы, кивнула и направилась к двери, но Саша остановила её вопросом в спину:
— Простите, а вы уверены, что палату оплатила именно моя подруга, а не муж?
— Ну конечно! Я сама её до бухгалтерии провожала. У них там сейчас ремонт в кабинете, они временно в другом здании сидят. А мне как раз по пути было. Ваш муж, кстати, появился поздно, когда приёмные часы уже почти закончились. Ну, в общем, чего-то я заболталась... Когда уровень жидкости опустится вот до этой отметки, — она указала место на бутылочке, — сразу жмите на кнопку, я прибегу.
Саша осталась одна и принялась наблюдать за капелью, которая, как она надеялась, приносила ей здоровье. Мысли снова вернулись к проблемам Олега. Получалось, что он совсем не так с ней откровенен, как всегда утверждал. Не за один же день просрочки его поставили на счётчик. Хотя, конечно, это зависело от того, с какими ростовщиками он связался.
Саша с нетерпением ждала утренних часов посещений, но муж не пришёл лично, а прислал передачку. Медсестра принесла пакет, в котором лежали простой кнопочный телефон, листочек с записанным адресом, который лежал на кухонном подоконнике дома, пара бананов, апельсин и несколько её любимых конфет. Видимо, Олег положил всё, что нашёл на столе. Саша не обижалась. Сейчас для неё было гораздо важнее переговорить с заказчиками. Быстро переставив сим-карту в новый телефон, она принялась за звонки.
Люди реагировали на её проблему по-разному, но большинство отнеслись с пониманием. Некоторые без проблем соглашались на замену, которую предлагала Саша. Та заказчица, к которой она так и не попала утром из-за происшествия, на звонки не отвечала. Тогда Саша набрала номер следователя — капитана полиции Андрея Анатольевича Сазонова.
Мужчина сразу понял, кто его беспокоит, и принялся задавать вопросы буквально обо всём: от рода занятий до состава семьи. Некоторые из них ставили Сашу в тупик.
— У вас есть враги или недоброжелатели? Может, кто-то остался недоволен выполненной вами работой?
— Нет, вроде ни с кем не ссорилась, — ответила Саша. — А если клиента что-то не устраивает, я всегда пытаюсь найти компромисс.
— Может, конкуренты? — не унимался следователь.
— Андрей Анатольевич, какие конкуренты? Я беру частные заказы только с разрешения начальника. А когда в бригаде мы все вместе берёмся за объект — так это вообще хорошо. Отношения у нас дружеские, никто никому не мешает. Наоборот, выручаем друг друга, если надо.
— Так, понял, записал. Ну а в семье какие у вас отношения? Поймите, Александра Николаевна, есть свидетельница, которая утверждает, что тот мотоцикл словно подкарауливал вас, стоя между гаражами. А когда увидел, что вы идёте, — поехал прямо на вас.
— Вы что, хотите сказать, что кто-то из моих близких мог устроить на меня нападение? — Саша опешила. — Может, это просто хулиган или сумасшедший какой?
— Думаю, мы с этим разберёмся, — уклончиво ответил Сазонов. — Спасибо за информацию. Если что-то ещё вспомните — звоните в любое время. А когда выпишетесь из больницы, зайдите ко мне, подпишете показания. И передайте своей подруге, что я вовсе не бесчувственный полицай. Если бы я был таким, то без колебаний посадил бы её на пятнадцать суток за неповиновение законному распоряжению.
— Андрей Анатольевич, не сердитесь на Таню, пожалуйста. Она добрая и чуткая, просто переволновалась за меня. Мы с ней почти как сёстры.
— Ладно, выздоравливайте, — попрощался Сазонов.
— Всего вам доброго, — ответила Саша и нажала отбой.
Разговор со следователем растревожил Сашу, хотя поначалу подозрения капитана показались ей дикими. Однако внезапно у неё созрела одна мысль, и она поспешила её проверить, набрав номер мужа.
Олег ответил не сразу, и в его голосе чувствовалась какая-то виноватая обречённость.
— Олег, — без лишних предисловий спросила Саша, — то, что со мной случилось вчера, могло быть делом рук твоих «серьёзных людей»?
На том конце проволоки повисла тяжёлая пауза. Когда Олег заговорил, голос его звучал глухо и затравленно.
— Да, такое вполне возможно, — признал он наконец. — Мне сегодня намекнули, что это происшествие не было случайностью. Мол, несчастье может повториться — и с тобой, и с моей мамой, — если я не потороплюсь с возвратом долга.
— Так сколько же ты задолжал, Олег? — Саша старалась говорить спокойно, хотя внутри всё клокотало.
— Полтинник, — едва слышно ответил Олег.
У Саши словно тяжёлый груз с плеч свалился. — Всего из-за пятидесяти тысяч тебя так кошмарит, что они на такое идут? — подумала она, но вслух сказала:
— Ну, пятьдесят тысяч — это, в общем-то, пустяк, не такие уж серьёзные деньги. Разве ты не знаешь, где в квартире примерно такая сумма лежит? Или это в долларах? — предположила она.
Молчание в трубке Саша приняла за утвердительный ответ.
— Ну, это, конечно, хуже, — продолжала она, мысленно пересчитывая доллары в рубли, — но сумма вполне подъёмная. Я ни от каких заказов отказываться не стану. И ты можешь помимо работы в автосалоне найти какой-нибудь дополнительный заработок. Выдюжим, Олег.
— Это только основной долг, — после недолгого молчания произнёс муж. — Если с учётом счётчика, который уже натикал, то я задолжал пятьдесят миллионов.
Саша на мгновение онемела. Пятьдесят миллионов? Она даже представить себе не могла таких денег.
— Охренеть, — вырвалось у неё. — И почему же ты основной долг не погасил вовремя, чтобы он как снежный ком не вырос до таких размеров?
— Ну, так получилось, — уклончиво ответил Олег. — Но есть выход. Эти ребята предложили отдать им квартиру в счёт долга. И тогда мы будем в расчёте.
— Так квартира же у тебя и Ирины Константиновны в долевой собственности, насколько я помню, — удивилась Саша. — Боюсь, процесс оформления может затянуться надолго.
— Они не эту квартиру хотят, — тихо сказал Олег.
— Неужели они замахнулись на жильё Ирины Константиновны? — Саша даже привстала на кровати, но тут же поморщилась от боли. — Хотя, конечно, там и метраж больше, и район отличный.
— Нет, я им сразу сказал: с мамой этот номер не пройдёт. Она, если я только заикнусь о таком варианте, сделает так, что я вообще без ничего останусь. Им просто нечего будет взять. К тому же я хочу её держать в стороне от этой неприятной истории. В общем, Саша, они, как разумные люди, согласились принять с доплатой твою однушку. Им это лучше, чем остаться ни с чем. Да и по деньгам, в принципе, выходит больше, чем я брал взаймы.
— И какой размер доплаты? — уточнила Саша, которой внезапно стало зябко, хотя центральное отопление в палате работало на полную мощность.
— Я договорился на полмиллиона рублей, — с явным облегчением в голосе сообщил Олег. — По-моему, очень выгодная сделка.
— Мне надо подумать, Олег, — медленно произнесла Саша. — Что-то мне не нравится такая покладистость твоих кредиторов. Как это они согласились на сумму в сто раз меньше и на заведомо более дешёвую квартиру, чем та, где живёт твоя мама, и чем эта? Они же не идиоты, в конце концов.
— Саша, ну я же умею убеждать людей, — в голосе мужа засквозили уверенные нотки. — К тому же это уникальное предложение, и оно очень ограничено по времени.
— Олег, ты сейчас прямо текст рекламы из автосалона зачитываешь. Похоже, ты и правда научился убеждать.
— Ну чего ты придираешься? — обиженно протянул он. — Это и правда уникальный шанс рассчитаться с долгами с наименьшими потерями. Ты по договору дарения передаёшь свою квартиру тому, кого они приведут к нотариусу. Мы передаём им наличные, и они на месте уничтожают мою расписку. Всё. Мы спокойно и счастливо живём дальше.
— Мне нужно время подумать, Олег, — твёрдо ответила Саша. — Я не могу решиться сразу. Да и там тётя Клавдия живёт. Куда она денется, если у квартиры появится новый хозяин? На улицу, что ли, выбросить пожилого человека?
— А чего ты об этой старухе беспокоишься? — голос у Олега зазвучал значительно бодрее, чем в начале непростого разговора. — Пусть эта непонятно чья тётя скажет спасибо, что столько лет практически бесплатно жила. Она вполне может в какой-нибудь дом престарелых устроиться, или как это называется. Только нельзя затягивать. Ты должна решиться сегодня, максимум — завтра, — подчеркнул Олег.
Голову внезапно пронзила острая боль, и Саша с трудом удержалась от стона. Она пообещала Олегу не затягивать с ответом, попрощалась и завершила звонок.
Нужно было срочно выписываться из больницы. Женщина чувствовала, что только на свободе сможет как следует разобраться в свалившейся на неё проблеме. Она разыскала лечащего врача.
Оксана Игоревна сначала поворчала, но, взяв с пациентки расписку о том, что та обязуется обратиться за продолжением лечения в поликлинику по месту жительства, подсказала, как быстро оформить все необходимые документы.
Ехать к родителям Саша не хотела — не было желания расстраивать их своим видом и известием об огромном долге зятя. Поэтому она набрала номер Тани, чтобы договориться о встрече.
Узнав о выписке, подруга энергично закомандовала:
— Так, никуда не уезжай из больницы, жди меня. Я приеду, заберу тебя и привезу к себе. Посидим, поговорим, всё детально обсудим. К тому же у меня уже и куриный бульон готов — я его тебе вечером везти собиралась.
Вскоре Саша уже сидела на кухне у подруги за столом, накрытым клеёнкой в подсолнухах. Она с аппетитом съела предложенный суп, а потом перебралась на диван и неожиданно уснула крепким сном. Проспала она до самого вечера.
— Ну, привет, спящая красавица, — услышала Саша сквозь дрёму голос Тани. — Я Олегу позвонила, чтобы он не волновался, и предупредила, что ты сегодня останешься у меня. Куда на ночь глядя ехать? Так что времени у нас навалом для твоего подробного рассказа.
Саша, окончательно проснувшись, выложила подруге всё, что знала: и про сумму долга, и про подозрения следователя, и про то, что Олег, по сути, подтвердил причастность своих кредиторов к нападению.
Таня слушала очень внимательно, не перебивая, словно впитывая каждое слово. Потом она налила в чашки свежезаваренного чая, добавила в вазочку домашнего печенья, съела штук пять, задумчиво жуя, и наконец проговорила:
— И всё-таки здесь что-то не сходится. Получается, что бандиты, которые прессуют твоего Олега, совершили на тебя нападение, точно зная, в какое время и каким маршрутом ты пойдёшь. Как они могли это узнать?
— Может, следили, — пожала плечами Саша. — Я обычно, когда куда-то иду, не слишком-то озираюсь по сторонам.
— Может, и следили, — задумчиво согласилась Таня. — Слушай, а ты следователю рассказала то, в чём тебе Олег только что признался?
— Нет, не успела. Да и вообще, как бы хуже не сделать. Судя по его словам, на самом деле там бандиты. И кто знает — может, у них в полиции своя крыша.
— Ну, этот Сазонов на коррупционера не похож, — уверенно заявила Татьяна. — Давай-ка звони ему прямо сейчас.
— Так уже девять вечера, поздно, — запротестовала Саша. — Рабочий день у него наверняка закончился.
— Он же сам сказал — звонить в любое время. Вот и звони.
Видя нерешительность подруги, Таня сама взяла её телефон, пролистала историю звонков, нашла запись «Сазонов» и нажала на кнопку вызова.
— Андрей Анатольевич, здравствуйте! — защебетала она самым что ни на есть льстивым голосом, когда в трубке ответили. — Вас беспокоит та самая «ненормальная» из больницы. Во-первых, простите меня, пожалуйста, я была неправа и готова искупить свою вину. Могу, например, испечь курник или торт, если вы сладкоежка. Принесу прямо в ваше отделение в удобное для вас время. А во-вторых, у Александры Николаевны появилась новая важная информация. Думаю, это поможет продвинуться вашему следствию.
— Пусть она приходит завтра в отдел, ближе к обеду, — раздался спокойный голос следователя.
В голосе Тани мгновенно исчезли сладкие нотки.
— Простите, Андрей Анатольевич, но сейчас каждая минута на счету. Завтра может быть уже поздно. Если вас не затруднит, может быть, вы сегодня сможете её выслушать? Пожалуйста, это правда очень важно.
— Только разговор у нас будет не совсем телефонный, — после короткой паузы ответил Сазонов.
— А, чёрт с вами! — выпалила Таня. — Диктуйте, куда мне подъехать. Всё равно бессонница замучила.
— Ой! А давайте вы к нам домой приезжайте, — вдруг смутилась она. — Только не подумайте ничего такого, Андрей Анатольевич. Просто Саша сейчас у меня.
— Скидывайте адрес, — коротко бросил Сазонов, и в трубке раздались гудки отбоя.
Продолжение: