Дарья Десса. Роман "Африканский корпус"
Глава 178
Лера, услышав новость о том, что на складе обнаружено несколько коробок с дронами, пожала плечами, но откладывать дело в долгий ящик не стала и сразу перезвонила отцу, задав ему прямой конкретный вопрос. Николай Афанасьевич подтвердил, что действительно эти БПЛА принадлежат Фонду и были отправлены в качестве вспомогательных средств для ведения разведки.
– Папа, а раньше меня предупредить об этом было нельзя? – строго спросила Лера. – Хорошо, что весь этот груз оказался сейчас здесь. А если бы он остался там, то наши враги получили бы двадцать штук новейших беспилотных аппаратов. Правильно?
– Дочка, прости, совсем из головы вылетело, – ответил Николай Афанасьевич.
– Ладно, проехали. Ну, если что, ты будешь мне должен отыскать специалиста по этим штукам, который станет консультировать здешних, если они не смогут разобраться. Договорились?
– Как говорили мы в девяностые, «о чём базар?» – отшутился Артамонов и поспешил заняться другими делами.
Содержание этого разговора Лера сразу передала Ковалёву. Он вызвал к себе командира хозчасти капитана Морозова и приказал ему изучить БПЛА, проверить, всё ли на месте, собрать и подготовить к эксплуатации.
– Виноват, товарищ полковник, но хочу сразу предупредить, что лично я и мои подчинённые в этих штуках, – он кивнул на коробки, – ничего не понимаем.
– Не боги горшки обжигают, капитан. Во время Великой Отечественной войны кто управлял танками Т-34? Мехводы – бывшие трактористы, и то, если повезёт. А командиры так и вообще вчерашние школьники. Так что давай, разбирайся. Ну, а чтобы ты не сильно волновался, отправлю к тебе Пивовара. Он у нас спец по разведке. Вот вместе с ним и покумекаете, как лучше использовать эти штуковины.
Морозов, услышав это, заметно повеселел. Одно дело самолично ковыряться в незнакомых приборах, и совсем другое при необходимости разделить ответственность с кем-то ещё. Вскоре они уже вдвоём с Пивоваром кумекали над устройством первого БПЛА. Аппарат лежал в собранном виде, предстояло его извлечь из коробки и в соответствии с инструкцией правильно собрать все детали.
– Я в детстве конструкторами увлекался, – признался спецназовец. – Так что, думаю, опыт имеется.
– Ну что ж, давай попробуем, – согласился Морозов.
На то, чтобы собрать беспилотник, у них ушло полтора часа. Не потому, что офицеры никуда не торопились, а просто боялись что-нибудь сломать. Где потом искать запчасти в этой глуши? Когда БПЛА был готов, встала следующая задача: научиться им управлять. И здесь Пивовар с Морозовым растерялись окончательно. Они совершенно не понимали, как работать с джойстиками. Точнее, куда нажимать более-менее понятно, но ведь надо одновременно смотреть в монитор и мысленно представлять, где находится висящий в воздухе аппарат.
Покумекав, они позвали Богомазова, – всё-таки человек привык работать с тонкой техникой, ему и карты в руки. Бог проводов, когда увидел беспилотник, аж просиял весь. Он подошёл к нему, быстро взял полётный контроллер и держал его так уверенно, как будто родился с этой штукой в руках.
– Какой классный прибор! – охарактеризовал его Андрон.
Офицеры переглянулись.
– Так у тебя есть опыт управления БПЛА? – спросил Пивовар.
– Ну, не так чтобы большой. Мы дома с пацанами запускали как-то раз парочку. Ну, это было лет пять назад. Сейчас техника далеко шагнула вперёд. С помощью этой штуки можно не только разведку проводить, но и отправить гостинец противнику.
– Какой ещё гостинец? – поинтересовался Морозов.
– Да гранату, например. Вот здесь привязать за усики, а потом сделать кульбит в воздухе. Лимонка отвалится и прямо на головы террористам.
– Ну, это ты уж позволь нам решать, кому и чего сбрасывать, – строго сказал Пивовар. – Давай, учи, как этой штукой управлять.
– Да легко!
***
В томительном ожидании новостей из столицы прошло несколько дней. За это время сначала Пивовар с помощью Бога проводов освоил работу с дронами, затем отобрал команду из трёх бойцов, которые оказались помоложе и порасторопнее, а главное, посообразительнее, чем все остальные. К тому же, как выяснилось, у каждого был опыт компьютерных игр, где подобные навыки очень пригождаются. Ковалёв разрешил создать из этих бойцов под командованием Пивовара подразделение беспилотных систем, – как выяснилось, первое на базе. О существовании подобных в армии Митрофан Петрович знал и раньше, такое имелось на Центральной базе. И вот теперь дошла очередь до самого захолустья.
Бойцы, молодые парни лет по двадцать-двадцать пять, забавлялись с БПЛА, как дети с игрушками. Запускали, учились управлять, фиксировать происходящее внизу на видео и фото, а также передавать эти данные. Постепенно они под руководством Пивовара стали совершать вылазки. Сначала исследовали территорию вокруг базы. Затем стали поквартально создавать карту местности всего города. После добрались до окраин. С каждым последующим выходом они забирались всё дальше, прощупывая пустыню на десятки километров вокруг.
Очень удачным местом для управления беспилотными системами оказались вспомогательные помещения заброшенной фабрики по производству строительных материалов – оттуда открывался хороший обзор, было где спрятать технику и можно было быстро уйти в случае опасности. Бойцы оборудовали там импровизированный командный пункт: столы, карты, зарядные устройства для дронов, коробки с сухпаем и боеприпасами на случай огневого контакта.
На территории бывшей фабрики царила тишина: местные давно демонтировали, раскурочили и увезли всё, что только могло пригодиться. Но тишина эта была обманчивой. Все прекрасно понимали: террористы не оставят в покое это место, поскольку оно – ключ ко всему северу страны. И то время, которое имелось сейчас, являлось по сути своей, затишьем перед бурей. Оставался не отвеченным только один вопрос: когда она грянет.
Спустя неделю после активных тренировок основное направление вылетов БПЛА было переориентировано в сторону алжирской границы. Чутьё подсказывало Ковалёву, что именно оттуда, в недалёком будущем противник может нанести очередной удар. Тем более что само понятие границы в этих местах было довольно условным. Не как в нашей стране, где есть пограничные столбы, контрольно-следовая полоса, осмотр посредством беспилотников или пограничных нарядов со служебными собаками, объезды территории на транспорте и так далее.
Здесь тот, кто путешествует по пустыне, мог даже не догадываться о том, что оказался на территории сопредельного государства. Да и как понять? Слева пустыня, справа пустыня, иди куда хочешь. А на самом деле оказался в разных странах. Но именно этим отлично пользовались террористы. Они знали, что в случае преследования спокойно могут уйти на сопредельную сторону, и никто гоняться там за ними уже не будет: ищи ветра в поле, к тому же это же прямое нарушение международного законодательства.
От города, где разместилась база, до алжирской границы было по прямой всего 60 км. Если не торопясь на транспорте, то около восьмидесяти. Такое расстояние противник способен преодолеть примерно меньше чем за час: бандиты обычно не церемонятся со своей техникой и эксплуатируют её нещадно. Потому гоняют даже по камням, как бешеные. Всё это, как справедливо полагал Ковалёв, обязательно требуется учесть при выстраивании обороны базы и города.
Его приказ о том, чтобы переориентировать вылеты БПЛА, вскоре дал результат. Однажды утром оператор беспилотника обратил внимание на свежие отпечатки автомобильных шин, тянущиеся от границы в направлении города. Боец отправил аппарат за ними. Следы заканчивались на заброшенном руднике, где французы в своё время организовали добычу гипса. Узнав об этом, Ковалёв немедленно созвал своих заместителей в штаб на срочное совещание.
Прибыли командир М’Гона с двумя своими адъютантами, Ветер и Пивовар (В мероприятии подобного уровня ему пришлось участвовать впервые, поскольку он был назначен командовать подразделением БПС). Из полученной информации можно было сделать однозначный вывод: со стороны Алжира в тёмное время суток прибыло несколько автомобилей. Точное их количество пока уточнить не удалось, поскольку вся техника была тщательно замаскирована. Вопрос о том, кто это был, даже не обсуждался, чтобы не тратить время впустую.
– От рудника до города по прямой около 40 км. Можно домчаться за полчаса. Вопрос: почему они не приехали сюда? Не успели затемно? Или решили обосноваться там, накопить силы, а потом нанести удар? Предлагайте варианты ответов, товарищи командиры, – сказал Ковалёв.
– Я полагаю, Митрофан Петрович, что ваши предположения насчёт их подготовки наиболее верные, – сказал Ветер. – Они давно отказались от тактики «напал – смотался». Теперь накапливают силы для удара. Недавние события это подтверждают. Пока их не так много, вот и сидят, как мыши в норе. Наверняка в ближайшее время отправят в город своих людей собрать побольше информации. Скорее всего, уже это сделали.
– Да, но здесь каждый чужак сразу оказывается на виду. Как прыщ на пятой точке, – парировал Ковалёв.
– А кто сказал, что это чужаки? – возразил командир М’Гона, переводить слова которого всё так же помогала Хадиджа, скромно разместившаяся за его спиной. – Наверняка это кто-то из местных. У горожан большие связи с Алжиром, поскольку здесь работы нет, так они ездят туда на заработки. Вероятно, кто-то из них вернулся обратно и теперь оказался в кругу своей семьи, а попутно собирает разведывательные данные.
– Если позволите, Митрофан Петрович? – подал голос Пивовар.
– Да, разумеется.
– Вероятнее всего, к террористам просочилась информация о том, что из столицы к нам отправится большой конвой. Возможно, что они не планируют нападать на него во время пути. Хотят дождаться, пока он окажется здесь, а потом окружат весь город, и ловушка захлопнется. По сути, получится то же самое, что было в городе, откуда мы ушли.
– Мне кажется, что Пивовар не совсем прав, – заметил Ветер. – Нападать сюда на укреплённый пункт, означает понести большие потери. А вот разгромить конвой где-нибудь в пустыне, для этого много народу не надо. Врезали по наливняками из гранатомётов, и всё, колонна встанет. Дальше можно расстреливать её с большого расстояния, даже не приближаясь. Ну, или сделать, как они это любят, – гонять вокруг на квадроциклах и обстреливать. Вероятнее всего, большого вреда живой силе они не нанесут. Но вот запасы, для нас предназначенные, наверняка сильно пострадают. Наливняки сгорят, и весь боеприпас взлетит на воздух. В этом случае окажется, что мы опять будем на голодном пайке. Тогда-то нас и попытаются взять в блокаду и уничтожить. Ну, а если у них ничего не получится, то уходить отсюда легко, граница-то рядом.
Все замолчали, обдумывая сказанное советником. В его словах было слишком много пугающей правды.
– Что предлагаете? – спросил Ковалёв.
– Во-первых, объявить общегородскую тревогу. Усилить блокпосты. Выдать бойцам по дополнительному боекомплекту. Во-вторых, сформировать бронегруппу и отправить её на тот рудник. В-третьих, решение второй задачи осуществлять под воздушным прикрытием. Когда наши войдут в огневой контакт с террористами, вертушка нанесёт по ним массированный удар. Таким образом, на нашей стороне будет подавляющее огневое превосходство, – Ветер говорил чётко, рублеными фразами. – Боевиков нужно выносить сначала с воздуха, а потом добивать на земле. Если этот их аванпост будет уничтожен, то в дальнейшем они трижды подумают прежде, чем снова сюда соваться. Но перед началом операции необходимо провести беспилотниками тщательную доразведку местности. У меня всё.
– Командир М’Гона, ваше мнение? Окончательное решение за вами.
Африканский офицер подумал и ответил:
– Я полностью поддерживаю господина советника. Предлагаю управлять операцией прямо отсюда, из оперативного штаба. Чтобы не разбредаться по разным дислокациям, а потом не передавать друг другу кучу данных по рации.
– Дельное предложение, – согласился Ковалёв. Он обвёл всех взглядом и подвёл черту: – Итак, формируем сводный отряд. Сажаем на броню, направляем в сторону обнаруженной группы противника. Пивовар, вам задание провести доразведку. Стасу я задачу поставлю лично. Всё, товарищи, работаем.