А ему хотелось воскликнуть: "Да что ж ты такая никакая! К тебе муж вернулся, из дому не выходит, в доме прибирает, еду готовит, даже рубашки — и те сам стирает. Так прояви же хоть каплю человечности, что ж ты, как робот, ноль эмоций совсем?" Но Владимир лишь молча наблюдал за невесткой. После обнаружения следов помады вопросы отпали, и теперь в нем проснулся профессионал. Его интересовала реакция женщины на резкие изменения в поведении мужа. По его представлениям, она должна была прореагировать на это довольно бурно: благодарить, бросаться в объятия, клясться в вечной любви и всепрощении. А может, напротив, она должна была "до" б" и ть" мужа, заметив, что он дал слабинку в отношениях с нею. Дескать, почувствовал ее силу, так нужно продемонстрировать ее во всю мощь, чтоб больше не посмел сомневаться, чтоб в будущем даже не посмотрел налево, не то что конкретных дел натворить с посторонней женщиной.
Ирина же вела себя не так и не этак. Она, можно сказать, вообще никак себя не проявляла: шмыгнула в спаленку, и затихла там. Даже к ужину не выходила. Аришка уж вся извелась, а той хоть бы хны. Ну что за женщина такая.
Не дожидаясь "жены", Володя зачерпнул большой деревянной ложкой плов из казана, и вывалил его в тарелку. Протянул малышке:
— Давай ешь.
Плов удался на славу, он и сам от себя не ожидал таких кулинарных успехов. Не однажды видел, как его готовила мама. А вот повторить все никак не удавалось, сколько ни пытался. Теперь понял: видимо, конечный результат зависел от посуды. В обыкновенной кастрюле получался не плов, а, скорее, рис с тушеным мясом. А сегодня вышел самый настоящий плов: ароматный, насыщенно-желтый от морковки и специй, рисинка к рисинке. Хотя, наверное, все в этом мире относительно: для узбека или туркмена это, возможно, покажется издевательством над их национальной кухней. Потому что по восточной традиции это блюдо готовится сугубо из баранины. В их же краях с бараниной вечно была напряженка, да и, честно сказать, Владимир ее недолюбливал — слишком уж специфичную особенность она имела. А может, он просто не умел ее готовить? Так или иначе, но плов он соорудил из свинины: вкусно, ароматно, сытно, и во рту не вяжет.
Арина лишь колупала вилкой в тарелке, но есть не собиралась.
— Ну, что не так?
— Горячо.
— Да брось, ничего не горячо.
Однако на всякий случай забрал у нее тарелку, старательно подул и вернул:
— На, ешь. И маму зови, а то она со своими диетами совсем изголодается. Станет тоненькая-тоненькая, аж прозрачная, а потом совсем растает. Зови.
— Мам, — послушно протянула девочка. — Ма-ам! Нам без тебя скучно!
С этим выводом Владимир очень даже мог бы поспорить, но не стал. Скучно с Аришкой ему быть не могло — девочка умиляла его не столько даже непосредственностью и открытостью, коих в ней было в избытке, сколько смутной схожестью с давно умершими бабушкой и дедом. Однако же не стоило забывать и о главной цели своего здесь пребывания: а именно о наблюдении за поведением Ирины. Пусть он уже выяснил, что никакая она не ст" ва. Все равно опыт был для него тем более ценен, что никогда ни до того, ни после, у него не было и не будет возможности понаблюдать за женщиной, так сказать, изнутри, то есть в домашних условиях. Впрочем, быть может, он все-таки когда-нибудь женится, и возможно, довольно скоро — на примере собственной жены Витьке не удалось убедить его, что все женщины ст" вы, и жениться на самом деле с его стороны ужасно глупая идея. Однако наблюдения за собственной супругой, если только она у него появится, останутся его личными, их он никогда не посмеет выплеснуть на бумагу. А Ирина…
Странная, создающая впечатление неживой. Неправильная, раздражающая своей непонятностью, Ирина вполне могла стать впоследствии прототипом героини какого-нибудь романа. Как только Володя придумает сюжет, где ему потребуется такая героиня, он непременно опишет ее. Или нет. Она, вся такая странная и неправильная, заслуживала того, чтобы сюжет создавался вокруг ее персонажа. И это ничего, что он ее опишет. Она ведь даже не узнает, не поймет, что подверглась публичному обсуждению, а значит, ничего, можно. Главное, что не личное, не свое. Ирина — чужая. Вот только…
Рассказ "Два брата" 25 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈