В преддверии ПМЭФ первый заместитель председателя Сбербанка Александр Ведяхин рассказал о влиянии ближневосточного конфликта на российскую экономику. По его словам, ситуация окажет временную поддержку экономике России и сильно радоваться высоким ценам на нефть не стоит.
Что происходит на Ближнем Востоке
С марта 2026 года на Ближнем Востоке идет вооруженный конфликт с участием Ирана, Израиля и США. Боевые действия в Персидском заливе и угроза блокировки Ормузского пролива запустили самый масштабный энергетический шок последних лет.
Через Ормузский пролив проходит около 27% мировой торговли нефтью и нефтепродуктами, около 30% мирового экспорта СПГ, а также значительная часть целого ряда товаров — от алюминия до удобрений. Любой сбой в судоходстве через пролив мгновенно отражается на ценах.
Российская нефть, которая до этого продавалась с дисконтом 20–30% к Brent, на пике кризиса торговалась с премией — из-за дефицита арабских сортов на азиатских рынках. В пике стоимость российской нефти доходила до 116 долларов за баррель.
Что сказал Александр Ведяхин
Первый зампред правления Сбербанка Александр Ведяхин назвал Россию крупным и надежным экспортером энергоресурсов, который помогает удерживать баланс на мировом рынке.
Российская экономика может получить временную поддержку от обострения конфликта на Ближнем Востоке за счет более высоких мировых цен на сырьевые товары, однако этот импульс не приведет к устойчивому ускорению роста. По его оценке, рост глобальных цен на нефть может дать бюджету в 2026 году дополнительно 0,5% нефтегазовых доходов, а экспортная выручка вырастет примерно на 20 миллиардов долларов.
«С начала года наши оценки по экспорту товаров выросли более чем на 100 млрд долларов, главным образом потому, что цены выше, а не потому, что мы экспортируем намного больше, — сказал он. — Это история про цену, а не про объемы, и такая поддержка не может длиться бесконечно».
Ранее вице-премьер Александр Новак предупредил и о другой стороне: если конфликт затянется, а страны Персидского залива не нарастят добычу, через несколько месяцев мировой рынок ощутит физический дефицит нефти. Пока большинство стран, включая США, Китай, Японию и другие, активно используют стратегические резервы. К началу июня уровень мировых стратегических резервов упал до минимума за десятилетие и затягивание конфликта делает положение более шатким.
Что это значит для российской экономики
Конфликт на Ближнем Востоке для российской экономики выступает двойственным фактором. С одной стороны, рост цен на нефть и другие сырьевые товары поддерживает российский экспорт и поступления в бюджет. С другой стороны, увеличение валютной выручки укрепляет рубль и нивелирует эффект от роста мировых цен на сырье.
Высокие цены на нефть напрямую поддерживают бюджет. Нефтегазовые доходы в мае выросли более чем на треть в сравнении с показателями апреля — на 32,4%. За период с января по апрель нефтегазовые поступления составили 2,29 триллиона рублей, что на 38,3% ниже в сравнении с аналогичным периодом 2025 года.
В бюджет заложена цена на нефть в 59 долларов за баррель и чем дольше цена будет оставаться выше, тем больше сверхдоходов будет получать российский бюджет. Высокие цены помогут сократить дефицит и размер заимствований, а также помогут восстановить ликвидную часть ФНБ.
Однако делать ставку только на это, по словам Александра Ведяхина, Россия не должна. При быстром разрешении кризиса стоимость нефти может вернуться к 70 долларам, и сверхдоходы исчезнут так же быстро, как появились. Нефтяная премия — это не структурный рост экономики, а разовый подарок геополитики.
«Периоды высоких цен на нефть, будь то из-за конфликтов на Ближнем Востоке или других факторов, могут какое‑то время нам помогать, — сказал Ведяхин. — Но это не стратегия развития. Долгосрочный рост будет зависеть от инвестиций, производительности, технологий и способности адаптироваться к санкциям, а не от внешних шоков».
Кроме того, важно учесть, что высокие цены на нефть помогают рублю и укрепляют его. В конце мая Bloomberg снова признал рубль самой крепкой мировой валютой. Это хорошо для российских потребителей и уровня инфляции, но плохо для экспортеров, которые получают меньше валютной выручки из-за крепкого рубля и поэтому платят меньше налогов в бюджет.
Что в итоге
Ближневосточный конфликт в моменте поддерживает экономику России благодаря высоким ценам на нефть, металлы и другие виды сырьевых товаров. Важно использовать этот период для сокращения дефицита бюджета, снижения долговой нагрузки и смягчения денежно-кредитной политики.
В интервью Александр Ведяхин добавил, что Россия должна использовать любые дополнительные бюджетные доходы от роста цен на сырье для укрепления долгосрочных основ, а не для резкого наращивания краткосрочных расходов.
«Если более высокие цены на нефть приносят бюджету дополнительные доходы, распоряжаться ими нужно взвешенно, — сказал Ведяхин. — Приоритетом должны быть инвестиции в инфраструктуру, технологии и человеческий капитал, а не быстрый рост текущих расходов, который впоследствии может оказаться неустойчивым».