Олег не мелочился – пригласил в ресторан. Никаких прогулок возле фонтана. Но встретиться договорились у метро.
– Я тебя заберу, у меня машина! – по натуре он показался мне лёгким и контактным. С ним приятно было и общаться в сети, и разговаривать по телефону.
– Это плюс, – важно заявила Инна. – Серьёзный подход к делу. Ты только название ресторана выспроси заранее, а то мне на своих двоих за вашей машиной не угнаться будет. Даже если я на четыре лапы встану!
В общем, звёзды сложились. И ресторан заранее обговорили. Точнее, Олег предложил, а я согласилась.
Собирались впопыхах. Я после работы, Инна тоже, но подруга настояла, чтобы мы встретились перед важным мероприятием.
– Это ж ресторан, Лен! Я тебя хоть причешу, как надо, и мордочку нарисую. Чтоб ты у нас красавица была!
Платье Инна выбирала накануне. Рылась в моём гардеробе, как бульдозер, пока не нашла то, что, на её вкус, подходило к свиданию в ресторане.
– Увидимся на месте! – она тоже ничего так вырядилась. Выглядела сногсшибательно. У Инны глаза горели. Видимо, вся эта возня доставляла ей удовольствие, хоть поначалу она и бухтела. И вообще она у меня хорошенькая. А мужики вокруг – ослепли.
* * *
Олег появился эффектно. Машина у него… блестящая. Словно только из магазина. Очень глубокий синий цвет. И сам он… обращал на себя внимание. Белокурый – короткая стрижка с завитками у шеи. Фигура – античные статуи грызут ногти от зависти. Плечи, бицепсы угадываются даже под лёгкой курткой. Талия тонкая, зад маленький. И рост – под метр девяноста. Короче, выигрышный экземпляр.
Я на его фоне смотрелась игрушечно. Бог меня фигурой не обделил, но, как мне казалось, излишняя худоба немного портила общую картину. Ни особой груди, ни попы. Зато ярко-рыжая – это тоже привлекало внимание.
– Леночка, – Олег прямо-таки рычал от удовольствия, сжимая мои пальцы в своей большой ладони. Галантно распахивая дверцу своего авто, он с восхищением оглядывал меня. Не скрупулёзно, как Марк, а мазками, будто наносил штрихи на картину, которая ему нравилась.
Водил он лихо и небрежно. Мчались мы на очень большой скорости, словно безумно опаздывали. Я вжималась в сиденье, но никак не могла попросить ехать осторожнее.
– Человек я лёгкий, контактный, у меня много друзей, – вываливал на мою голову «новости» Олег. – Работаю в спортклубе тренером. Медалей и высот не брал – ни к чему, но спорт, здоровый образ жизни – это всё. Это мир и космос, это смысл бытия. Бог, которому я поклоняюсь.
Что ж, у человека есть цель – это уже хорошо. А Олег, судя по всему, был ещё и азартен, с огоньком.
Дальше дело пошло немного хуже. В ресторане он полностью взял инициативу на себя, сам выбирал блюда, рассказывал мне, сколько в них килокалорий, и как это важно – питаться грамотно и здоровой пищей.
– Я не зря тебя сюда пригласил, – он с самого начала на «ты», ему так проще и легче, а я не возражала.
Я вообще… возражаю мало в силу своего бесхребетного характера. Особенно, если это не касается важных для меня вещей. Спорить по пустякам – последнее дело. Хотя иногда я позволяю себе спускать пар. Но это мелочи по сравнению с мировой революцией.
– Это спортбар – здесь всегда только самое лучшее, ну, и футбол можно посмотреть, а также другие чемпионаты. Поболеть, эмоции выплеснуть. Мы с друзьями часто собираемся в этом месте, чтобы пообщаться и посмотреть матчи.
Я напряглась. В подступающей панике пыталась вспомнить, нет ли сегодня какого матча. Но так как телевизор я смотрела чаще по выходным, то ни одной здравой мысли на ум не пришло.
О, мама. Если мне придётся ещё тут сидеть и слушать, как кричат «шайбу-шайбу», завтра головная боль обеспечена. К тому же, я не особо любила всякого рода соревнования. Ну, разве что фигурное катание иногда смотрела.
Второй стресс ждал меня, когда нам принесли заказ.
– Что это? – осторожно потыкала вилкой в содержимое своей тарелки.
– Это нут, турецкий горох. Очень полезное, а главное – питательное блюдо. Все спортсмены употребляют, чтобы мышцы нарастить.
– Но я же не спортсмен? – проблеяла жалко и как-то обречённо.
– Леночка, ты очень худенькая, у тебя мышцы слабенькие. А я как Пигмалион и з тебя такую Галатею сваяю, все завидовать будут! – блеснул знаниями Олежек.
– А это обязательно? – снова попыталась я пискнуть. Но неубедительно, неубедительно у меня получилось.
– О, если мы всё же найдём общий язык, то – я так вижу и понимаю – взгляды у пары должны быть общие! Тебе понравится, я обещаю!
* * *
И в этот момент я поняла, почему он одинок. Видимо, ни одна нормальная женщина не могла вынести Олежкиного напора. Всех этих правильных питаний, тренировок, утренних зарядок… что там ещё? Пробежек, отжиманий… А ещё нужно кусок мрамора изображать, чтобы ему ваять было сподручнее, правильное питание ему готовить и самой этим го…гадостью давиться. А после всех испытаний, небось, ещё и супружеский долг исполнять. С элементами акробатики.
Видимо, лицо у меня было многозначительным. За столиком напротив Инна прикрыла руками лицо. Плечи у неё тряслись, щёки пунцовели. Опять радуется. Хоть кому-то хорошо в этом мире. Плохо, что за мой счёт. Но я ведь сама выбирала, серьёзно подходила к отбору кандидатов. И Олег в переписке казался таким милым и весёлым.
Впрочем, весёлости в нём и сейчас через край. Общительный. Так и тянет ему довериться. Но гороховая каша на тарелке останавливала. К такому пониманию смысла жизни я ещё не пришла. И делать богом спорт, мышцы и прочие физкультурные радости была не готова.
Это не помешало мне встретиться с Олегом ещё несколько раз. Познакомиться ближе. Инна настояла, чтобы я всё же присмотрелась. Но «диагноз» поставленный на первом свидании, никуда не делся. Я с ним даже переспать спустя некоторое время рискнула. Ради эксперимента.
– Ну? – кратко потребовала отчёт подруга.
– Как и подозревалось: понту больше, чем толку, – вздохнула я.
– А поподробнее? – бескомплексная моя Инна жаждала крови и зрелищ.
– Он самовлюблённый нарцисс, что ты хочешь? Играл мышцами, показывал, как он красив и хорош. А на деле – любим лишь себя, а вы все должны падать в обморок от эйфории только потому, что он к вам прикоснулся. Короче, почти как в анекдоте: есть где, есть с кем, но особо нечем.
– Ну и ладно, плюнь, – Инна умеет не унывать при любых жизненных ситуациях. И меня она неимоверно поддерживает и заряжает своим оптимизмом.
– Я на него почти месяц жизни убила, – ворчу, понимая, что ничего особо не потеряла, а, возможно, избежала печальной участи вечно прислуживать этому самозабвенному оптимисту.
– Месяцем больше, месяцем меньше… зато хоть какая-то движуха. И у нас ещё три кандидата в запасе. Куда ты бумажки дела?
По совету всё той же Инны, с оставшимися тремя кандидатами я связи не прерывала. Мудрое решение. Хоть и не совсем честное: на два фронта играть не совсем в моих правилах, подруга меня осадила:
– В волчьей стае жить – по-волчьи выть. Ты ж им ничего не обещаешь? Просто переписываетесь. Вот и давай, узнавай своих кандидатов получше. Мож, какой на предварительной стадии отвалится.
В общем, я подругу слушалась. Как ребёнок в детском садике. А что делать? Воспитатель в Инне живёт двадцать четыре часа в сутки!
– Тяни свой берет, – приказала она, выуживая оставшиеся три бумажки из вазочки в серванте.
И я потянула. Что делать? Традицию нарушать нельзя…
Все последующие попытки были неудачными. Крайне неудачными – правильнее сказать.
Владислав – скромный и, не побоюсь этого слова, забитый, затюканный маменькин сынок.
– У вас такие волосы, – заявил он при первой встрече, – мамочка называет вас Лисой и говорит, что все рыжие женщины – изворотливые и хитрые.
С чего его мамочка это взяла – науке неизвестно. Но мамочка во всём была авторитетом. Владик так её и звал беспрестанно: «мамочка», и никак иначе. Мамочка ему шарфик на шею накрутила – идиотский, кстати, чтобы ребёнок не застудил слабое горло. Мамочка купила ему старомодные ботинки на распродаже. «Зато качественные и тёплые!» – аргумент.
Мамочка Владику по утрам варила кашку и провожала на работу. Мамочка пенсионерка, у неё слабое здоровье и сердце больное, поэтому ей противопоказаны любые волнения. Поэтому Владик на свидания ходил строго на два часа – ни секундой больше.
– Моя девушка должна понравиться мамочке. И, конечно же, обязана заботиться о мамочке: никаких стрессов, ссор, непослушания. Мамочку это огорчает. У нас в доме царит идиллия. Всегда убрано, чисто, бельё постирано, завтраки, обеды и ужины приготовлены.
В общем, я так понимаю, мамочке никто не нравился и не проходил строгие критерии отбора. Ни одна принцесса рядом с Владиком не задержалась. При этом он был мил, аккуратен, неглуп, занимал неплохую должность. А вот поди ж ты… Конкуренции с его ценной родительницей никто не выдерживал. К сожалению. Или к счастью.
Мы до знакомства с мамочкой не дошли.
– Да это всю жизнь прогибаться в спине и служить Её Величеству! – возмущалась Инна. – А не пошли бы они с мамочкой?
Но с Владиком мы встретились ещё раза три. Всё же мне хотелось верить в светлое и доброе. Да он таким и был. Хорошим. Но душой, сердцем и всеми остальными органами принадлежал своей королеве. Вечный и преданный раб.
– Про таких говорят: женат на маме, – учила меня уму разуму подруга. – Ты можешь наизнанку вывернуться и никогда не будешь хорошей.
При должном усердии, возможно, я могла бы отлучить Владика «от груди», но это же расстроит его мамочку. У неё может случиться сердечный приступ. А быть виноватой во всех бедах я готова не была. Владик получил отставку.
К слову, это было нелегко: сам кандидат уже привыкал к мысли, что я именно то, что доктор прописал. Я ему нравилась. К тому же, могла и за мамочкой приглядеть с моими-то навыками. Но меня передёргивало только от мысли жить в рабстве и служить единому богу. В этом случае, он недалеко от Олежика ускакал. Песочницы разные, игрушки одинаковые.
Антон оказался застенчивым алкоголиком. Вот есть агрессивные, запойные, чудящие без баяна. А этот был застенчивым.
Внешне его «заболевание» угадывалось не сразу. Был он тихим, аккуратным, хоть и вещи у него знавали лучшие времена. Даже запах ему удавалось маскировать жвачками да термоядерными зубными эликсирами. Но, как говорится, шила в мешке не утаишь.
Он пил и стеснялся. Пил и прятался. Пил и страдал. Может, не так и много пил, как настоящие махровые алкаши, но болезнь, тем не менее, никто не отменял: Антон пил каждый божий день.
Я его вычислила уже на второй встрече. Краснея и заикаясь, Антон покаялся во грехе. Как на духу всё рассказал, страдая и плача, как потерявшийся ребёнок.
Мне его было жаль. Чисто такое женское сострадание к заблудшей душе.
– Да ну, Стрельникова, – Инна, как всегда, была категорична. – Что он тебе даст? Будешь всю жизнь бороться? А какие от него дети родятся, ты подумала? Включай мозги, подруга! Это не тот товар, за который нужно руками и ногами хвататься! Он же пропьёт всё! И тебя в придачу, если случай подвернётся. Не вздумай даже связываться! А потом, поди, ещё и руки распускать будет!
Но я гласу разума не вняла и сделала попытку помочь неплохому, как мне казалось, человеку. Но, увы: Антон себя больным не считал. И признавать, что болен, отказался наотрез.
– Я не болен, – обиделся он на мои осторожные замечания. – Лена, как ты могла! Я ведь душу тебе открыл! Это… моя особенность. Попытки защититься от несправедливого мира! Уйти от реалий и хоть немного забыться. Разве я пью? Это и не пью вовсе! Вот сосед мой Алексей – тот алкоголик: пропивает всё подчистую, детей в школу не на что одеть. А я так… пытаюсь смириться с бренностью бытия.
В общем, лечиться Антон не желал, алкоголиком себя не считал. Искренне недоумевал, почему я считаю иначе: у него всё, как у людей: квартира, работа. Да, пусть не высший пилотаж, но и не полное дно.
Пришлось и его вычеркнуть из списка кандидатов.
– Чем дальше в лес, тем толще партизаны, – вздохнула Инна, вручая мне последнюю бумажку из моего списка. – Слушай, а ты там, случайно, новых не нарыла? Что-то все эти негодявые совершенно. Но, как говорится, я была права!
Торжества в её голосе не было, сам процесс отбора Инну развлекал, она даже втянулась в процесс, как в игру.
– Ну, что, Валерий? На тебя последняя надежда! – пригрозила она пальцем пятому и последнему кандидату.
Но и Валерий оказался птицей не нашего полёта: брачным аферистом не попахивал, но зато записным бабником был. Трижды женатый, любитель приключений и острых ощущений. Я от него еле отбилась на первом же свидании. Он совершенно не скрывал своих скотских намерений. Видимо, хотелось перепробовать всех женщин планеты.
– Типичный изменщик, – приложила его нелестно Инна. В этот единственный раз она нарушила своё инкогнито и поставила на место слишком резвого кавалера.
– Ишь ты, прыткий какой! – пихала она Валерочку в грудь. – Я те покажу свободные отношения! А ну пошёл вон!
– Если больная на голову, – кричал мне Валерик, – так и скажи! Нормальные бабы чётко понимают, чего хотят! Раз ищешь мужика – значит должна быть готова к испытанию постелью! А иначе какой смысл торчать на сайте? Не попробовав, не узнаешь, годишься ты или нет!
И это тот, кто писал мне комплименты, якобы откровенно рассказывал о себе, о несложившихся браках, о тёплых отношениях с бывшими жёнами. Он же мне стихи лирические слал! Виртуальный образ разбился вдребезги о суровую реальность.
– Ну, и что будем делать? – спросила меня Инна, когда мы снова собрались у меня на кухне.
– Устала я, – призналась честно. Я смотрела в пространство и ощущала щемящую пустоту в душе. Столько времени – и всё зря.
– Да ладно, Лен. Ну, подумаешь. Мы что-нибудь придумаем. Поищем без Интернета. Мало ли тут рядом одиноких ходит.
Я покачала головой.
– Ничего не нужно, Инн. Дай мне в себя прийти. Ты была права. Ничего хорошего у меня не получилось. Может, выбирать не умею. А может, не повезло. А может, как ты сказала: нет нормальных мужчин за тридцать или около того. Нормальные женаты, живут со своими семьями и растят детей. А остальное… что уже осталось.
– Да перестань киснуть! – она меня жалела, я видела. Поэтому не смогла сдержать слёз. Плакала тихо. Слёзы по щекам текли ручьями, а мне их вытирать не хотелось.
Идею со знакомствами через Интернет я запихнула куда поглубже. Замкнулась в себе ещё больше. Жизнь устаканилась и покатилась по привычной колее: на работу, с работы.
Пришёл ноябрь. Удивительно тихий и задумчивый. С деревьев падали листья и устилали дорожки и скверики пёстрым покрывалом. Я любила бродить и шелестеть. Дышать уже морозным воздухом и смотреть на переменчивое небо. Часто шли дожди. Тоже тихие, неспешные, как моя грусть.
В один из таких дней я всё же решилась открыть подзабытые сайты. Нужно все дела доводить до конца. Настал момент удалить свои анкеты и выкинуть сайты знакомств из закладок.
Я успела расправиться с двумя аккаунтами. А на третьем мигало непрочитанное сообщение. Как одинокий листок на дереве. Как печальный маяк в бурном море.
«Твои волосы пахнут осенью. Ты похожа на костёр в ночи»
Что это?.. Откуда?.. Всего две фразы. Так мне ещё никто не писал.
У отправителя нет фотографии. Есть только имя – Анри. Явно вымышленное.
Я закрыла, а потом открыла ноутбук. Снова перечитала слова. А потом сделала то, что никогда не делала с подобными сообщениями – ответила. Просто взяла и написала:
«Кто ты?»…
Все части внизу 👇
Для вашего удобства я завела канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Бывшие. ( Не) ищи, (не) звони, (не) вернусь!", Ева Ночь ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 4 - продолжение