ВГИК казался для него недостижимой мечтой, из тех, что до конца жизни остаются лишь мечтами. Пожалуй, даже и пытаться поступить не стал бы: отец бы его намерениям быстро хвост укоротил. Не в меру крут был и серьезен. У самого неполное среднее образование, и мальчишкам внушал: мужик, мол, деньги зарабатывать должен, а не учиться. Мать его всегда поправляла: это раньше без образования можно было жить, а теперь хоть училище — но обязательно, без этого никуда. А лучше техникум. Убедила — отец прочил сыновьям строительный техникум. Попробовал бы Володька при нем заикнуться о Москве, о ВГИКе… У, и подумать страшно о последствиях!
Однако батя самую малость не дожил до выпускного вечера пацанов. И потому Владимир решил рискнуть: мать всю жизнь отличалась мягким характером и уступчивостью, как только ей удалось в свое время отца переубедить насчет образования? Затеял разговор, не особо надеясь на успех. Не того боялся, что мать не пустит, перехватив на себя отцовы вожжи. Опасался, что плакать начнет, на жалость давить: мальчики мои дорогие, а как же я одна останусь?
Видимо, не так уж хорошо он знал мать… В восторг, естественно, не пришла, но и запрещать не стала. Даже каких-никаких деньжат подбросила, что с похорон остались: хватило на дорогу обоим, и на коммуналку в складчину. Дальше уж самому пришлось крутиться.
То, что Витька провалил первый же тур, брата нисколько не удивило. Виктор к семнадцати годам практически ни одной книжки не прочитал, об актерстве и не думал. Не озвучь Владимир свою мечту, он бы спокойно подал документы в избранный матерью техникум и учился бы в нем, не задумываясь об иной доле. Не то чтобы ему так уж хотелось стать прорабом. Точнее будет сказать, ему вообще ничего не хотелось, что с блеском продемонстрировало ближайшее будущее — вернувшись из Москвы, он не стал никуда поступать.
Потому, наверное, и требовал от брата, чтоб бросил все и вернулся домой. Чтоб самому не так стыдно было возвращаться. А то, что у Вовки бы вся жизнь разрушилась — разве его волновало? Естественно, Владимир и не подумал бросать ВГИК — слишком дорогой ценой он ему достался. А еще большая цена стояла за ним: там его должны были научить тому, как записывать его истории, как превращать мечты в кино.
Догадывался, что Витька его устремлений не поймет. Но и предположить не мог, что тот опустится до такого: объявить брата мертвым, не позволить попрощаться с матерью, не пустить в родной дом…
По его примеру Владимир решил вычеркнуть брата из жизни. Пусть так. Только погибшим отныне следовало считать самого Витьку.
Однако без него было ох, как худо. Вроде и не произошло ничего особенного — подумаешь, разошлись пути, всякое в жизни бывает. В последние годы их дорожки и без того разошлись конкретно: у каждого были свои интересы, свои друзья. То есть… С интересами все верно — у каждого свои. С друзьями обстояло иначе: у Витьки их был вагон и маленькая тележка. У Володьки — только знакомые. Много, но не более чем приятели. Вместо друзей у него были книги и свои истории, и выдуманные герои.
Обида забирала очень много сил, но простить Витьку не получалось. Владимир до сих пор помнил тот шок, в который он впал, получив письмо от мамы. Та плакалась, что Витька всем соседям рассказал жуткую историю о гибели брата, и теперь, когда она пытается убедить собеседников в том, что сын глупо пошутил, те смотрят на нее, как на больную: бедная Настасья — сначала Бог мужа прибрал, а следом за ним сына.
Руки чесались от злости, хотелось начистить бестолковому Витьке, но для этого нужно было так далеко ехать. А тут, рядом, вокруг Владимира, происходило столько всего интересного, непривычного. Новые люди, и все, как один, немножко сумасшедшие: ничего-то их в жизни не интересовало, кроме своих фантазий. А какие преподаватели у них были? Сплошь известнейшие люди.
Время шло, острота впечатлений стерлась, но обида, хоть и существенно потускневшая, не проходила. В мечтах Владимир строил планы на будущее, как станет он знаменитым сценаристом (а может, со временем и на режиссуру замахнется, кто знает), появятся у него деньги и всевозможные материальные блага, и вот тогда Витька поймет, какую ошибку совершил. Приползет к нему п, прощенья просить станет. Но Владимир останется непреклонным: нет у него больше брата.
И вот сбылась мечта. Стал он сценаристом, но кроме того еще и писателем, довольно известным. Появились у него немалые деньги, хотя и богатым человеком он не мог себя назвать. И приехал Витька. По его глазам Володя прекрасно понимал, что судьбою своей брат крайне недоволен. Казалось бы — не об этом ли мечтал, не этого ли ожидал?
Его мечты сбылись, но мстить уже не было ни малейшего желания. Зачем его наказывать, он и так уже сам себя наказал. Жалость пересилила обиду и мечты о мести. Снова проснулись родственные чувства. Впрочем, они никогда его не оставляли: даже в самые первые дни, плохо было одному, вдали от брата.
Он тихонько прошел в комнату Виктора. Почему-то захотелось посмотреть на него. За столько лет отвык видеть свое лицо не в зеркале. Впрочем… какое свое? Они уже совершенно не похожи друг на друга. Витька и в тридцать три оставался мальчишкой, разве что глаза грустные. Владимир же теперь выглядел солидно: аккуратная бородка, волосы длинные. Не то чтобы ему было лень следить за своей внешностью, хотя и не без того.
Владимир тронул брата за плечо.
— А? Что?
— Мы собирались отметить встречу, помнишь?
Гость рывком сел в кровати, кивнул с закрытыми глазами, пробормотав:
— Да. Я щас.
— Да ладно, спи уж. - Владимир понял, что брат еще не выспался.
Покинув комнату, он тихонько прикрыл за собою дверь. Прошел в гостиную, включил телевизор. Однако мелькание картинок лишь вызвало раздражение, и он его выключил. Лучше он подумает, повспоминает их с братом общее детство, разобщенную юность. Когда между ними пролегла проклятая трещина?
Не прошло и пяти минут, как на пороге возник заспанный Виктор.
— Я готов, — проворчал он, присаживаясь в кресло.
Закуски хватило бы на десятерых: Наталья Станиславовна готовила много и разнообразно, никогда не допуская, чтобы Владимир дважды в день ел одно и то же. Кроме того, он и сам заехал в супермаркет, подкупил кое-чего к столу — хотелось, быть может, не столько побаловать брата, сколько удивить его, поразить воображение собственными возможностями: смотри, дескать, кого ты схоронил раньше времени!
— Ну что, Витька, вот и свиделись. Честно сказать, не думал, что еще когда-нибудь тебя увижу. После такого…
Рассказ "Два брата" 13 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈