Глава 16. Валера: бывший бывшим не бывает
Только за старой Мартой закрылась дверь, как в дверь снова постучали. Татьяна вздохнула, посмотрела на кота.
— Если это опять соседка с бигудями, я скажу, что у нас теперь секта и членство платное.
«Скажи, что мы переехали.»
Она посмотрела в глазок. На площадке маячило знакомое лицо — залысина, костюм, букет цветов (розы, целая охапка).
— Танюш, это я! Открой, я с сюрпризом!
Татьяна внутренне застонала.
— Фенхель, это Валера. Что ему надо?
«Падаль чувствует ресурс. У тебя теперь подписчики, популярность — он хочет встроиться в твою новую жизнь».
— Не выражайся. Хотя метко.
Она открыла дверь — не потому, что хотела его впустить, а потому что он всё равно бы достал. Лучше уж выслушать и выгнать. Валера возник на пороге. Свежевыбритый, пахнущий парфюмом, с огромным букетом в руках. Увидев Фенхеля, который сидел на диване с видом короля в изгнании, он поморщился, но промолчал.
— Проходи, раз пришёл, — сказала Татьяна, скрестив руки на груди. — Только если ты опять про «пожить у тебя», можешь разворачиваться.
— Танюш, ну что ты сразу в штыки? — Валера поставил цветы на стол, оглядел квартиру. — Я тут продукты принёс. Колбаса, сыр, масло, хлеб. Ты ж одна, тебе тяжело. А я... я рад, что у тебя всё налаживается. Я видел твой стрим. Ты теперь, говорят, блогер? Консультации даёшь?
Татьяна удивленно подняла бровь.
— Ты смотрел мой стрим? Тот, где я в кошачьих ушах?
— Ну да. Ты очень... харизматично выступала. Люди пишут, что ты помогаешь. Я даже пару комментариев оставил.
— Каких? — с подозрением спросила она.
— Ну... «поддерживаю», «дельные советы». Всё как положено. — Валера улыбнулся. — Тань, я знаю, ты на меня злишься. Но я правда изменился. Последний год много работал над собой.
Татьяна села на стул напротив, сложила руки на коленях.
— Валера, запомни раз и навсегда: если мужчина говорит «я изменился», значит просто сменил тактику. И судя по букету, тактика у тебя теперь — осада продуктами и комплиментами.
— Ну почему ты такая недоверчивая? — обиделся он.
— Потому что у меня есть кот, который умнее тебя. А он тебя не одобряет.
«Она преувеличивает. Я не просто не одобряю — я подозреваю тебя в промышленном шпионаже», — телепатически добавил Фенхель, но Валера, разумеется, этого не слышал.
— Ты, наверное, голодная, — не сдавался Валера. — Давай я ужин приготовлю? Я научился. Готовлю, убираю, даже стирать могу. Жить один — это школа жизни.
— Школа жизни? Ты про три года после развода? — Татьяна усмехнулась. — И что, школа научила тебя колбасу резать?
— Научила быть самостоятельным.
Валера вздохнул, поменял тактику. Пододвинулся ближе, заговорил тихо, проникновенно:
— Тань, я скучаю. Не по тому, что было, а по тебе. Ты стала... другой. Интереснее. Стримы твои смотреть — одно удовольствие. Давай, может, я пока у тебя поживу? Ну, чтобы ты не одна была. Помогу по хозяйству, с блогом, с консультациями.
Татьяна замерла. Она смотрела на него и видела — нет, не магией, а обычной женской интуицией — что ему действительно хочется вернуться. Но зачем? Ведь он не бедствует. Люся говорила, что Валера много зарабатывает, у него своя квартира, машина, стабильная работа. Значит, материальная сторона ни при чём. Не корысть. Тогда почему?
— Валера, — спросила она прямо, — у тебя что, женщин нет? Или ты решил, что в моём возрасте уже не до любви, а до удобств?
— Есть женщины, — признал он. — Но это всё не то. Ты — моя семья. Мы двадцать лет прожили. Это не выкинуть.
— Двадцать лет, — повторила Татьяна. — С таким бывшим и врагов заводить не надо. Ты один заменяешь целый ковен ненависти.
— Ты же не ненавидишь меня?
— Я не ненавижу. Мне просто... любопытно. Ты хочешь вернуться. Я не понимаю зачем. Деньги у тебя есть, жильё есть, здоровье есть. Чего тебе не хватает?
Валера замялся. Потупил взгляд, начал теребить край рукава. Открыл рот, закрыл.
— Танюш, ну... ты же... ты для меня... — Он вздохнул тяжело. — Ты единственная женщина, которую я по-настоящему любил. Понимаешь? Все эти... молодые — не то. А ты — родная. Двадцать лет — это не шутка. Мы же семья.
Татьяна молчала, скрестив руки на груди.
— Я без тебя... как без воздуха, — продолжал он, глядя в сторону. — Пойми, я многое переосмыслил. Твоя доброта, твоя забота... я это ценил, просто не умел показать. А теперь хочу исправиться.
— Валера, ты сейчас говоришь что-то бессвязное, — перебила Татьяна. — Я не слышу ни одной конкретной причины. Ни одной. Ты мямлишь про любовь, про семью, про воздух. А где факты? Где логика?
— А разве любовь — это логика? — обиженно спросил он.
— Любовь — это не логика, но когда человек хочет переехать к бывшей жене, у него должен быть внятный мотив. Ты богат, здоров, у тебя своя квартира. Зачем тебе моя?
Валера мялся, переминался с ноги на ногу. Пробормотал что-то про «одиночество», про «родные стены», про то, что «вдвоём веселее». Татьяна не верила ни единому слову. Она видела, как он избегает её глаз, как крутит в руках ключи от машины, как краснеет шеей.
— Ты сам не знаешь, зачем тебе это, — заключила она.
— Тань, ну зачем ты так грубо? — взмолился Валера.
— Я не грубая, я честная. Ты мне не нужен здесь. Даже если ты принёс колбасу. Колбасу я оставлю, а тебя попрошу уйти.
— Может, чаю хотя бы? — предпринял последнюю попытку Валера, заглядывая ей в глаза с надеждой щенка, которого не покормили.
— Чаю? Чай пьют с теми, кто не пытается подселиться. Ты пытаешься. Поэтому чаю не будет. Иди, Валера. Иди.
Она открыла дверь и сделала приглашающий жест.
Валера вздохнул, встал, поправил пиджак. На пороге обернулся:
— Ты ещё передумаешь. Я подожду.
— Жди. Только не здесь. Дверь закрыта.
Он ушёл. Татьяна закрыла замок, прислонилась к двери.
— Ну и зачем ему это? — спросила она у кота.
«Вопрос на тысячу лет. Некоторые мужчины не выносят одиночества. Другим нужна зрительница их успехов. Третьи просто не умеют за собой ухаживать. Может, у него крыша поехала от того, что ты стала знаменитой. Хочет урвать кусок твоей славы».
— Но он не бедствует. У него есть деньги, работа, своя квартира. Да и какая я знаменитость? Пара роликов в сети не делают меня ни знаменитой, ни богатой. Денег как не было так и нет.
Татьяна прошла на кухню, заварила чай.
— Ладно, Фенхель. Поживём — увидим. А пока — никаких Валер в нашем доме. Ты понял?
«Я понял. Если он сунется ещё раз, я его встречу зубами. У меня уже есть опыт — рукав Марты я прокусил насквозь».
— Вот и молодец. А сейчас — спать. Завтра новый день. И новые клиенты. Может, Марта позвонит. Может, этот тип из директ с предложением руки и сердца. А может, Исмаил попросит выйти на рынок за больного продавца.
«Спи, Вирдис. Завтра разберёмся».
Она легла, укрылась пледом, посмотрела в потолок. Чужая квартира, чужая жизнь, чужой бывший муж. И непонятно, зачем всё это. Фенхель свернулся у неё в ногах и замурлыкал. И в этом урчании было что-то успокаивающее — как будто даже в этом странном мире, полном Валер, мошенников и старых ведьм, есть место для простого тепла.
Спать хотелось больше, чем думать. Но мысли не уходили. Они кружились, как мотыльки вокруг лампы, и не давали уснуть. «Марта хочет вернуться, — подумала Татьяна. — Она собирает артефакты веками, мечтает открыть портал. А я? Хочу ли я вернуться?» Вопрос повис в тишине, тяжёлый и неудобный. Вернуться. В своё тело. В свой мир. Где она — Вирдис, Собирательница Проклятий, властная ведьма, которую боятся демоны и короли. Но что осталось в том мире? Ковен, который пытался её убить. Враги, которые жаждут свитка. И её собственное тело — живое ли оно? Или его уже сожгли, закопали, развеяли по ветру? А если она вернётся — в каком обличье? Бесплотным духом? Или она каким-то чудом займёт свою старую оболочку? Возможно ли вернуться в этом теле, если тела Вирдис уже не существует? «А выдержит ли это тело магию моего мира? — спросила она себя. — Вряд ли. Оно обычное, человеческое, без капли дара. Возможно, если портал откроется и я шагну в свой мир, я просто рассыплюсь. Марта об этом молчит. Или не знает. Или знает, но не говорит». Татьяна повернулась на бок, погладила Фенхеля. Кот приоткрыл один глаз, но промурлыкал — мол, не мешай, я сплю.
— Знаешь, — прошептала она ему в ухо, — мне кажется, Марта не всё рассказывает. Она так хочет домой, что готова поверить в любой портал, в любую возможность. А я... я не уверена, что хочу возвращаться. По крайней мере, сейчас.
«Почему?» — мысленно спросил кот, не разжимая глаз.
— Потому что здесь я в относительной безопасности, не считая поползновений Валеры. А там... там меня хотели убить. И может убьют снова, как только я вернусь, и убьют уже насовсем. Фенхель молчал. Но урчание стало чуть громче — знак одобрения.
— Но и отказываться от разговора с Мартой нельзя. Она знает больше, чем говорит. Возможно, у неё есть ответы на мои вопросы. Например, что происходит с телом из этого мира, если ведьма возвращается. Или можно ли перенести сознание обратно, не разрушив ничего. Или... может, есть третий путь. Остаться здесь, но с магией. С настоящей, а не с этими жалкими крохами из артефактов.
Она вздохнула.
— Сегодня был не день для разговоров. Марта напала, Валера ныл, я устала. Завтра позвоню ей. В спокойной обстановке. Попрошу рассказать всё, что она знает о порталах, о переносе сознания, о теле. А там посмотрим.
«Ты становишься рассудительной. Это пугает», — прокомментировал кот.
— Я всегда была рассудительной. Просто раньше у меня была магия, и я могла позволить себе эмоции. Теперь — только голый расчёт.
«И кот. У тебя есть кот. Это важнее любой магии».
— Ты прав. Кот — это тоже сила. Особенно такой наглый.
Она закрыла глаза, и наконец сон пришёл. Тяжёлый, без сновидений. Только урчание Фенхеля где-то на границе сознания и темнота, в которой не было ни Валеры, ни Марты, ни порталов. Только тишина и тепло.
***
В ожидании продолжения истории приглашаю вас почитать другие произведения автора:
«Лекарка без диплома и маг в нагрузку»
«Ведьма, кот и дверь на чердаке»
«Библиотека Теней»
«Методичка для избранных ( с рукописными правками)
Короткие рассказы. Мистика, Фэнтези, Юмор.
***
Если вы дочитали до конца, поддержите автора, подпишитесь на канал, поделитесь ссылкой, это поможет в продвижении канала.
Ставьте лайки, если нравится. Ставьте дизлайки, если не нравится. Пишите комментарии. #фэнтези #юмор #книга #рассказ #роман #сказка