***
***
Вера Павловна помолчала, глядя в окно. Потом встала, подошла к старому резному шкафу, достала из ящика небольшую записную книжку в потёртом кожаном переплёте.
— Есть в наших краях одна… — она запнулась, подбирая слово. — Не колдунья, не ведьма. Просто женщина, которая видит немного иное, звать ее Арина. Это черная ведьма, она вам как раз поможет. Живёт в Чёрном доме, за администрацией в соседнем поселке. Если кто и сможет помочь, то только она.
Вера Павловна записала на листке адрес и протянула Вере.
— Только, — добавила Вера Павловна, глядя ей прямо в глаза, — не ходи к ней сразу. Сначала сама реши: готова ли ты знать правду? Потому что правда эта не из лёгких.
Вера взяла листок, кивнула.
В этот момент дверь в комнату приоткрылась, и внутрь просунулась голова: молодая женщина с короткой стрижкой и лукавыми глазами.
— Бабушка, я не помешаю? — спросила она. — Слышала про Арину. Ты им про неё рассказываешь?
— Заходи, Василина, — вздохнула Вера Павловна. — Всё равно уже почти всё рассказала.
Василина шагнула в комнату, и тут с её запястья соскользнула маленькая изящная змейка, деловито проползла по столу, привстала на хвостике, оглядела Веру и Данилу и тоненьким голосом произнесла:
— Ну, наконец-то, гости, гостей кормят. А то сидим, слушаем, ждём. Я уже проголодался.
Вера ахнула, изумленно глядя на это чудо, но не успела испугаться. Василина взяла змейку на руки, та обвилась вокруг её пальцев.
— Это Коржик, — представила Василина. — Мой фамильяр. Не бойтесь, он не кусается. Только если вы не котлета.
(*от автора: Коржик — фамильяр Василины, маленький говорящий змей (уж). Умеет превращаться в браслет на руке хозяйки, может менять размер (становиться крошечным или большим, но предпочитает маленький). Обладает характером: обжора, язвительный, самоуверенный, но преданный. Любит поесть (особенно котлеты, печенье и всё вкусное), любит поспорить, обижается, но быстро отходит. Дружит с Гидрушей (гидрой Арины). Появился в жизни Василины, когда её дар пробудился — он спал много лет, дожидаясь своего человека. Связан с Василиной ментально, может разговаривать с людьми, которых «признаёт» (остальным отводит глаза).
про Василину, часть 1
https://dzen.ru/a/Z0UPT5FDMh5h7ePi
Коржик обиженно фыркнул и спрятал голову.
— Так вы к Арине собрались? — спросила Василина, деловито усаживаясь на стул. — Я с вами, мы с Ариной приятельствуем. И Коржик с её Гидрушей дружит.
— А ты кто? — спросил Данила, наконец обретя голос.
— Василина, внучка Веры Павловны, дочь её сына Егора, — она улыбнулась. — Так что поехали вместе? Я покажу дорогу, а то вы там без нас запутаетесь.
Коржик высунул голову, критически оглядел Веру и добавил:
— И котлет возьмите, для меня. Я в дороге есть всегда хочу.
Вера переглянулась с Данилой, потом посмотрела на Веру Павловну, та только развела руками:
— Василина, как всегда, всё сама решила, но она права, с ней вам будет проще.
Василина устроилась за столом поудобнее, Коржик тем временем сполз с её руки и принялся деловито обследовать тарелку с печеньем.
— Ты только что ел, — осадила его Василина.
— Это было два часа назад, — возмущённо выдал Коржик, даже не повернув головы. — Я уже высох. Мне срочно нужны калории.
— Змеи не сохнут, — вздохнула Василина.
— А я сохну, я особенный.
Вера смотрела на эту сцену, открыв рот. Данила наклонился к ней и тихо спросил:
— Он… говорящий?
Коржик мгновенно оторвался от печенья, повернул голову, прищурился и ответил:
— А ты догадливый, редкость среди людей.
Данила моргнул, но промолчал.
Василина тем временем налила себе чаю и начала рассказывать:
— Я экономистом работаю, на дому. Скукота, конечно, но зарплата нормальная. А в свободное время разбираюсь с жалобами на змей. Знаете, сколько людей звонят? «У нас в подвале уж! Спасите! Заберите!»
— И что ты делаешь? — спросила Вера.
— Приезжаю, договариваюсь. С ужами, не с людьми, — уточнила Василина. — Объясняю, что подвал не их территория, и вообще, зимовать лучше в лесу. Иногда спорят, но в основном уползают.
— А если не уползают? — поинтересовался Данила.
Коржик, доедающий третье печенье, поднял голову:
— Тогда я с ними разговариваю, вежливо, по-свойски.
— А ты что, всех змей знаешь? — улыбнулась Вера.
— Я дипломат, — важно сказал Коржик, облизываясь. — В змеином мире. Можно сказать, посол доброй воли.
Василина фыркнула:
— Посол обжорства, вот ты кто.
Коржик сделал вид, что не услышал, и полез за четвёртым печеньем.
Вера Павловна, наблюдавшая за этой перепалкой из кресла, наконец вмешалась:
— Василина, вы как раз собрались к Арине в гости? Съездили бы заодно с ребятами. Всё же ты в теме, да и Коржик с Гидрушей повидаются.
— А что, Гидруша там? Не уехала? — оживился Коржик, забыв про печенье.
— Она там живёт, куда уж ей ехать, — кивнула Вера Павловна.
— Поехали, — тут же заявил Коржик. — Я давно её не видел.
Василина вздохнула:
— Ну, раз Коржик согласен, то и я не против. В следующие выходные?
— Давайте, — кивнула Вера.
Вера Павловна с явным облегчением откинулась на спинку кресла:
— Ну и славно. А сейчас, пока вы тут, помогите-ка мне с травами на веранде. Василина, ты знаешь, что куда.
— А мы? — спросил Данила.
— И вы помогайте, — усмехнулась Василина. — Руки-ноги есть? Значит, пригодитесь.
Веранда встретила их густым травяным ароматом. На специальных стеллажах, подвешенных к потолку, сушились пучки растений — Вера узнала только мяту и зверобой, остальные пахли незнакомо.
Василина взяла в руки пук каких-то мелких цветков, начала аккуратно развешивать их на верёвках.
— Это ромашка аптечная, — пояснила она, кивнув Вере. — А это — душица, от бессонницы. Вон там, под потолком, зверобой.
— А вот это? — спросила Вера, показывая на тёмные веточки с мелкими листьями.
— Полынь, от плохих снов и нечистой силы. Бабушка верит, что помогает.
Коржик тем временем сполз на пол и начал деловито обследовать углы веранды, иногда пробуя на зуб упавшие листья.
— Не ешь траву, — сказала Василина, не оборачиваясь.
— А вдруг это мята? — донеслось из-под стеллажа.
— Это полынь, горькая.
— Горькую не люблю, — с сожалением вздохнул Коржик и переключился на изучение верёвок от сушилок.
Данила, пытаясь помочь, потянулся к корзине с сушёной мятой, но задел локтем другую корзину. Та опрокинулась, и содержимое рассыпалось по полу — сухие листья, цветы, что-то ещё, похожее на мелкие лепестки.
— Ой, — сказал Данила.
Василина обернулась, посмотрела на разгром, потом на него.
— Ты хотел сказать «прости, я неуклюжий увалень»?
— Прости, я неуклюжий увалень, — послушно повторил Данила.
Коржик, оказавшийся в эпицентре событий, вылез из-под кучи листьев, отряхнулся (насколько змей может отряхиваться) и с достоинством произнёс:
— Я это не ел, тут был не я.
— Я вижу, — вздохнула Василина. — Ладно, собирайте. Бабушка всё равно завтра новую партию сушить будет.
Они вчетвером (Коржик в основном мешался) собрали рассыпанные травы обратно в корзину. Вера Павловна, вышедшая на шум, оглядела веранду, крякнула и произнесла:
— Молодёжь…
— Бабуля, мы всё собрали, — виновато сказала Василина.
— Вижу, — ответила та и скрылась в доме.
Коржик заполз обратно на руку к Василине, свернулся в браслет и удовлетворённо заметил:
— Я считаю, день прошёл не зря, даже поел.
— Ты всегда считаешь, что день прошёл не зря, если поел, — фыркнула Василина.
— А разве не так? — удивился Коржик.
К вечеру, когда травы были развешаны, чай допит, а Коржик успел подремать на подоконнике, Василина сказала:
— Ну что, значит, в следующие выходные к Арине, я позвоню, предупрежу.
— А она не будет против? — спросила Вера.
— Арина? — Василина усмехнулась. — Она всегда заваривает такой кофе, что я готова везти ей любых гостей, да и Коржик хочет Гидрушу проведать. Правда, малыш?
Коржик на её руке снова материализовался из браслета, зевнул и кивнул:
— Гидруша обещала показать новое место, где прячут печенье. Очень важная разведывательная миссия.
— Ты просто хочешь съесть её печенье, — уличила Василина.
— И это тоже, — не стал спорить Коржик.
Вера улыбнулась. Несмотря на всё: на бункер, на странные письма, на Надины синяки, в этот момент, в доме, пахнущем мятой и полынью, слушая перепалку Василины и её говорящего змея, она вдруг почувствовала, что всё может наладиться.
— Договорились, — сказала она. — В следующие выходные.
Василина кивнула, Коржик удовлетворённо свернулся в браслет, а Вера Павловна только покачала головой:
— Ну вот, опять вы всё печенье съели.
— Я только пробовал, — донёсся из-под стола тоненький голос.
Вера засмеялась. И даже Данила, до сих пор смотревший на Коржика с выражением человека, у которого перезагружается реальность, не удержался и хмыкнул.
Вера Павловна на прощание дала ей травяной сбор:
- Половинку чайной ложки добавляй к обычной заварке. Просто для запаха. Сестре обязательно давай этот чай, лучше всей семье. Это поможет ей.
Следующую неделю Вера почти не вспоминала про бункер, почти.
Она ходила на пары, встречалась с Данилой, помогала Наде с Алисой, делала вид, что ничего страшного не происходит. Но по ночам её продолжали мучить сны: дверь, тишина, и кто-то, кто смотрит из темноты. Но словно ветерок с запахом мяты, полыни и еще чего-то ароматного пролетал между ней и взглядом, и тот терял резкость, пропадал, не мог разглядеть Веру.
Она просыпалась, сжималась и думала:
- Скоро. Всё скоро закончится.
К субботе Вера была готова. Родители , забрав внучку Алису ,уехали на дачу, Надя с осталась дома, а Вера сказала, что уходит на весь день с Данилой гулять.
— Что-то ты последнее время много гуляешь, — заметила Надя.
Но в её голосе не было любопытства. Вера поймала себя на мысли, что сестра говорит — как… автомат. Слова есть, а живого в них ничего нет.
— Я скоро вернусь, — пообещала Вера.
— Конечно, — ответила Надя и снова уставилась в окно.
Вера вышла на улицу, где уже ждал Данила. А в машине у подъезда сидела Василина и кормила Коржика кусочками курицы из контейнера.
— Ты опять его балуешь, — улыбнулась Вера.
— Это не балую, это стратегическое планирование, — ответила Василина. — Сытый фамильяр - добрый фамильяр.
— Я всегда добрый, — пробубнил Коржик.
— Так, поехали, — Василина захлопнула контейнер, поднялась. — Арина ждёт. И Гидруша, говорят, уже нетерпеливо хвостом дрыгает, бантики примеряет.
Они сели в машину, и та, весело чихнув двигателем, повезла их к Чёрному дому.