***
***
Катя так и не позвонила в те каникулы.
Рита ждала сначала с надеждой, потом с тихой грустью, потом просто перестала проверять телефон каждые пять минут. Светка молча клала руку ей на плечо и ничего не говорила. Иногда молчание бывает красноречивее любых слов.
Вместо этого они занялись делом: разузнали всё о переводе: какие документы нужны, какие сроки, какие хвосты придётся закрывать. К началу третьего курса всё было готово. Сами бы они не справились, бюрократическая машина перемалывает даже самых стойких, но Рита позвонила отцу. Тот, не задавая лишних вопросов, подключил свои связи и дело завертелось. Справки, подписи, печати, вызовы — всё утряслось за месяц, хотя обычно на это уходят семестры.
— Папа, ты волшебник, — сказала Рита, когда они уже заселялись в квартиру.
— Нет, дочка, — ответил он. — Просто у тебя теперь есть выбор, а я ему должен помочь. Да и контроль за вами мне нравится.
Отец вернулся, задержавшись там до ноября, девушки уже жили в городе, осваивались в новом ВУЗе. Рита встречала его и улыбалась легко, свободно, без оглядки. Светка стояла рядом, держала пакет с чипсами и улыбалась тоже.
— Знакомьтесь, — сказала Рита. — Это моя подруга. Света.
— Очень приятно, — отец пожал протянутую руку. — Я вам, девушки, доверяю, только порядок наводите, готовьте сами. Я не нянька.
— Да мы сами, — хором ответили они.
Света с Ритой осваивались на новом месте. Третий курс — это тебе не первый, когда можно заблудиться по дороге в столовую и спросить, где тут библиотека. Здесь всё серьёзнее: спецпредметы, практика, первые зачёты, которые ставят не «за красивые глаза».
Они обзаводились новыми приятелями. Кто-то смотрел настороженно: новенькие, блатные, перевелись. Кто-то, наоборот, тянулся: девчонки тихие, умные, без глупых амбиций. К концу первой недели Рита уже знала у кого можно списать лекции, а кого лучше обходить стороной. Светка разведала, где самая вкусная слойка в буфете и в какой аудитории теплее всего.
Появились и друзья, немного, но надёжные, проверенные первыми совместными проектами и ночными бдениями над учебниками.
Не забывали и про подработку. Клиенты, которые раньше заказывали письменные работы в их старом городе, передавали контакты новым. Сарафанное радио работало безотказно. Суммы в месяц выходили приличные, хватало и на жизнь, и на развлечения, и даже на то, чтобы откладывать по чуть-чуть.
Светка ещё и переводами занималась, практиковала переводы в международной юридической фирме, английский у неё был совершенный. Даже директор удивился, когда она отправила пробный перевод контракта: чистый, точный, стилистически выверенный.
— Ты где так выучила? — спросил он.
— Бабушка научила, — ответила Светка и улыбнулась.
Договоры, коммерческие предложения, даже техническая документация: всего понемногу, чтобы не забросить учёбу. Денег платили немного, но и опыта набиралась такого, о котором другие студенты могли только мечтать.
Однажды вечером, за чашкой чая, Рита спросила:
— Света, а откуда ты так английский знаешь? Небось, с репетиторами занималась с пелёнок?
— Нет, — Светка отставила кружку. — У меня бабушка свободно на нём говорила. Технические переводы делала, с немецкого и английского. Я помогала ей с десятого класса. Сначала тексты набирала, потом сама переводить начала. А после школы курсы прошла: юридический английский, деловой, вот это всё.
— А французский?
— Тоже бабушка. И немецкий немного. На бытовом уровне болтать могу, — Светка усмехнулась. — Но специализированные переводы по ним, конечно, не сделаю, пока тяжеловато Немецкий могу дотянуть, конечно, но мне это неактуально.
— Ты полиглот, — серьёзно сказала Рита.
— Есть немного, — Светка пожала плечами. — Вот доучусь и за китайский возьмусь. Это перспективное направление, вот тут буду сидеть до упора.
Рита покачала головой. Подумать только, два года жила с человеком и не знала, какие сокровища скрываются за скромной улыбкой и вечно растрёпанными волосами.
За окном темнело, зажигались фонари. В своей квартире, в своем городе, с новой жизнью, Рита чувствовала себя почти счастливой.